ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведённое в данной книге исследование показало подчи­нённую роль Европейского центрального банка в мировой фи­нансовой архитектуре. Его деятельность, а также экономическая политика ЕС в целом привела к повышению роли в европейском экономическом пространстве глобального финансового капита­ла и к десуверенизации долга в Еврозоне: регулятор долгое вре­мя придерживался правила не рефинансировать государствен­ные долговые обязательства, что усилило долговую зависимость от инвестиций со стороны международных финансовых групп.

В то же время заслуживает внимания проводимая в послед­ние годы политика ЕЦБ и ЕС по стимулированию экономиче­ского роста. Использование некоторых её элементов в россий­ской практике государственного регулирования способно при­нести положительные результаты, активизировать факторы эко­номического развития, что стало весьма актуальным на фоне продолжающихся западных санкций, повышенных валютных рисков в условиях открытости российской экономики, свобод­ного плавания российского рубля и необходимости преодолеть падение производства, вызванное карантинными мероприяти­ями в связи с эпидемией коронавирусной инфекции.

Опыт ЕС и еврозоны показывает важность использования гибкой адаптивной стратегии, которая максимально приближе­на к реальным потребностям хозяйственной деятельности. В ус­ловиях России, на наш взгляд, такая стратегия должна опирать­ся на регулирование валютного курса рубля в сочетании с таки­

ми мерами по сдерживанию инфляции, которые не были бы тормозом для экономического роста. Иными словами, антиин­фляционное регулирование не должно быть главным приорите­том, но лишь одним из условий обеспечения быстрого эконо­мического развития.

Другим условием служит совершенствование системы управ­ления национальным хозяйством на основе оптимального соче­тания методов государственного и рыночного регулирования, управленческой модели, основанной на рациональном сопряже­нии методов рыночного и государственного регулирования эко­номики, стратегического и индикативного планирования.

В последние годы появился новый объект денежного регу­лирования мирового масштаба - так называемая криптовалюта. Последняя пока не занимает сколько-нибудь значительное ме­сто во всей совокупности платежей и расчётов. Однако опросы показывают заинтересованность участников финансовых рын­ков в расширении финансовых операций на основе цифровых платёжных средств, что служит потенциально основой для их более широкого использования в будущем.

Новый тип денег пока не обрёл законченную легальную форму. Центральным банкам ещё предстоит решить, насколько частные криптовалюты могут быть интегрированы в каналы де­нежного оборота и насколько они отвечают требованиям нацио­нального законодательства. Отсюда весьма осторожное отноше­ние регуляторов к данному феномену. В то же время становит­ся всё более очевидно, что вполне возможно применять инфор­

мационные технологии, на основе которых функционируют ча­стные криптовалюты, для создания государственных цифровых денег и проведения цифровизации центральными банками си­стемы платежей на национальном и международном уровнях.

Важно отметить, что подходы ЕЦБ и Банка России к теме криптовалют - по существу, идентичны, что создаёт объектив­ную основу для их сотрудничества в определении политики по отношению к этим деньгам. Центральному банку России такое сотрудничество, безусловно, пошло бы на пользу, ибо опыт ЕЦБ аккумулирует мнения и наработки довольно значительного чи­сла стран ЕС.

Среди инструментов монетарного регулирования важную роль играют устанавливаемые центральными банками нормати­вы банковской деятельности, которые в связи с повсеместным распространением международных базельских стандартов пре­терпевают определённые трансформации. Стандарт Базель III - последнее новшество, внедрение которого в банковское регули­рование, однако, будет иметь, по нашему мнению, неоднознач­ные последствия. Дело в том, что он приведёт к удорожанию кредитов и снижению рентабельности банков, поскольку озна­чает ужесточение ограничений на инвестиции банковского сек­тора в экономику и увеличение резервов неиспользуемых бан­ковских средств. Угроза сокращения рентабельности в свою оче­редь, видимо, заставит часть банков проводить высокориско­вые, но сулящие повышенную прибыль, операции. Становится привлекательным также теневой бизнес. Другими словами, Ба­зель III заключает в себе некое противоречие: с одной стороны, он вводится для усиления финансовой устойчивости банков, ибо заставляет их создавать значительные резервы собственных средств, которые могут быть использованы в случае кризисных ситуаций для закрытия брешей в платёжеспособности кредит­ных институтов. С другой стороны, он снижает уровень доход­ности последних и их конкурентоспособность, что усиливает риски их дестабилизации.

Однако в нашей стране эту двойственную природу, кажется, не принимают в расчёт. Центральный банк, следуя базельским соглашениям, предполагает до 2022 г. ввести в действие в пол­ной мере на нашей территории Базель III. А это будет способст­вовать ликвидации многих небольших и средних банков, кон­центрации банковского капитала путём слияний и поглощений, монополизации сферы банковских услуг.