Экономическая реформа в России.

«Шоковой» либерализацией значительной части потребительских цен 2 января 1992 г. был дан старт рыночным реформам в России. Уже в январе 1992 г. розничные цены на товары народного потребления и платные услуги населению выросли в 3,21 раза по сравнению с декабрем 1991 г а оптовые цены предприятий-производителей - в 4,82 раза20. Первоочередная и неотложная задача отпуска цен состояла в том, чтобы одномоментно сбить ажиотажный спрос и в целом снизить давление на потребительский рынок.

Другими тесно связанными с либерализацией цен мероприятиями начального зіапа реформы явились либерализация внешнеэкономической деятельности и су- щественное смягчение правил валютного регулирования, призванные создать условия для^арсового импорта потребительских товаров и продовольствия и быстрого улучшения предложения на рынке, хотя бы и по высоким ценам, а также отмена ограничений на занятие предпринимательской деятельностью, позволившая в короткие сроки - всего за несколько месяцев - создать «критическую масяу»агентов рынка(лусть даже в самом примитивном виде и только в одном секторе экономики^ в торговле.

Важным составным элементом начального этапа реформ стал также курс на жесткое регулирование доходов основной массы населения, призванный хотя бы отчасти сдержать рост денежной массы в обращении и «сгладить» кривую роста инфляции.

Однако жесткая денежная политика привела к катастрофической нехватке денежных оборотных средств у предприятий, к нарастанию вала взаимных неплатежей в народном хозяйстве и неоправданно быстрому падению производства не только в отраслях тяжелой промышленности, но в легкой и пищевой промышленности, причем даже опережающими темпами. В относительно выгодном положении оказался нефтегазовый комплекс, получивший возможность наживать колоссальную прибыль от экспорта своей продукции в условиях огромной разницы мировых и внутренних цен на энергоносители. Так было положено начало углублению структурных перекосов в экономике России, унаследованных от советских времен, и резкой дифференциации доходов населения.

«Гайдаровские реформы», явившиеся на первом этапе типичной разновидностью так называемой «шоковой терапии», опробованной в ряде стран Восточной Европы, а до этого - в Латинской Америке (классическими примерами считаются Польша и Боливия), были в какой-то мере продиктованы сложившейся в стране на рубеже 1991-1992 гг. политической и экономической ситуацией. Однако в выборе конкретного варианта рыночных преобразований, отличавшегося намного большей степенью жесткости по сравнению, например, с рыночной по своей сути программой «500 дней» и попросту игнорировавшего интересы и реальные возможности социально-психологической адаптации большинства населения к характеру и темпам перемен, сыграли немаловажную роль и другие факторы. Сказались «теоретические пристрастия» Е.Т.Гайдара и его команды, взявшей на вооружение рецепты американского экономиста Дж.Сакса, отработанные последним при разработке антиинфляционной программы для Боливии в 80-е годы, но, как выяснилось впоследствии, по-иному действующие в высокомонополизированной экономике России. «Субъективный фактор» щюятт и в подходе к рыночной реформе как к некоему техническому мероприятию, своего рода экономико-математической игре, цель которой состоит в преобразовании макроэкономической модели из одного типа - нерыночного в другой тип - рыночный, без принятия в расчет тех или иных социальных издержек такой трансформации.

Развитие экономической ситуации уже в первые месяцы после начальной либерализации цен показало, что инициаторы реформы грубо просчитались в оценке возможных масштабов роста «освобожденных» цен в нерыночной российской экономике с большой долей естественных монополий, в оценке степени финансовых трудностей. Соответственно, в повестку дня были поставлены две кардинальные задачи, во многом определившие весь последующий ход реформы: приватизация государственного сектора экономики и достижение финансовой стабилизации. Был сделан акцент на быстрое дерегулирование инструментов макроэкономического контроля, разгосударствление экономики и так называемое создание эффективного слоя собственников при сугубо подчиненном и второстепенном характере мероприятий структурной перестройки народного хозяйства и минимизации объема социальных обязательств государства. Эта концепция была положена в основу рыночных реформ в России и воплощена в подготовленной правительством в июне 1992 г. «Программе углубления экономических реформ».

Программа не была избавлена от налета «рыночного романтизма» и чрезмерного оптимизма относительно сроков наступления общеэкономического эффекта от рыночных преобразований. Так, уже в 1994 г. ожидалось минимальное сокращение производства ВВП (93,5% к 1993 г.), а в 1995 г. - рост как валового продукта (1,1%), так и объемов промышленного и сельскохозяйственного производства (1,3 и 1% соответственно). Рост капитальных вложений и числа занятых предполагалось обеспечить уже с 1994 г. В то же время Программа наметила, казалось бы, логически правильные этапы преобразований - кризисное развитие (1992-1993), восстановление народного хозяйства (1994-1995) и экономический подъем, критерием которого должны были стать темпы экономического роста не менее 3-4% в год. Сформулированные в Программе 1992 г.

Если судить по внешним и формальным признакам, то в России за годы реформы был сделан крупный шаг на пути к созданию рыночной экономики. Существенных масштабов достигла приватизация народного хозяйства. Начатая с «ваучеризации» населения (1 ноября 1992 г. - 30 июня 1994 г.), она с 1 июля 1994 г. вступила во второй этап, основанный на продаже государственной собственности по рыночным ценам. На конец 1996 г. в Российской Федерации было приватизировано 124 600 предприятий (60% общего количества государственных предприятий в стране). Негосударственный сектор произвел в 199S г. около 70% ВВП21. В 1994 г. 85% розничного товарооборота пришлось на предприятия негосударственных форм собственности. Число фермерских хозяйств возросло с 49 тыс. на начало 1992 г. до 279 тыс. на начало 1995 г., а площадь предоставленных им земельных участков - с 2 млн. га до 11,9 млн. га22. Во внешнеэкономической сфере наблюдался устойчивый рост экспорта (правда, в основном за счет увеличения доли топливно-сырьевых ресурсов). Улучшилась, во многом за счет импорта, насыщенность потребительского рынка, хотя ряд товаров из-за высоких цен стал недоступен для значительной части населения. Вступление России на путь рыночных преобразований облегчило условия внешнего финансового заимствования, долги государства выросли. К 1996 г., как тогда казалось, удалось стабилизировать курс российскою рубля, снижались месячные индексы инфляции. Программа правительства Российской Федерации «Реформа и развитие российской экономики в 1995-1997 гг.»23 ориентировалась в общем и целом на продолжение принятого курса реформ, провозглашала скорейшее достижение макроэкономической стабилизации, обеспечение роста инвестиций и уровня жизни народа с возможным выходом на положительный рост ВВП и объемов промышленного и сельскохозяйственного производства уже в 1996 г.

Во многом с помощью жесточайшей кредитно-денежной политики и искусственного (за счет задержек выплаты зарплат и пенсий) сдерживания платежеспособного спроса населения в 1997 г. удалось снизить уровень инфляции до 14,7%. Однако в целом расчеты на положительную динамику экономического роста не оправдались. После крайне незначительного - порядка 0,2% прироста ВВП в 1997 г. Россия была ввергнута в затяжную полосу тяжелейшего экономического кризиса.

В 1998 г. ухудшение мировой конъюнктуры снизило доходы от экспорта российской нефти, что наряду с падением курсов акций российских предприятий в конечном счете сделало невозможным погашение государством своих обязательств по внешним и внутренним долгам. Запоздалое решение правительства С.В.Кириенко от 17 августа 1998 г. о повышении верхней границы «коридора» для обменного курса рубля не спасло ситуацию. Практически рухнула банковская система страны, втрое обесценился рубль, в 40 раз упала капитализация российского рынка ценных бумаг, разорилось огромное количество мелких предпринимателей. Вновь начался безудержный рост цен. В результате проводимой в стране экономической политики Россия (имея ВВП в размере 7,6% от американского) утратила статус великой державы, оказалась перед реальной угрозой фактической потери экономической самостоятельности и выпадения из диапазона минимально допустимых качественных параметров, характеризующих современное общество. Семь лет постсоветских реформ не только не решили ни одной из задач, стоящих перед Россией, но и предельно затруднили дальнейшую самоидентификацию страны, ее возвращение на рельсы мало-мальски нормального развития.

На наш взгляд, подлинно успешный путь реформ с российской спецификой может быть найден и реализован лишь в результате длительных целенаправленных усилий всех слоев российского общества. По-видимому, на это потребуются не годы, а, скорее, десятилетия серьезной корректировки экономической и социальной ПОЛИТИКИ.