Интервалютарные отношения

Глава об иитервалютарных отношениях—-одна из любо­пытных глав книги Кнаппа. Тут излагаются те явления, которые обозначаются обычно, как вексельный курс. Кнапп отвергает это обозначение, как недостаточное.

заботиться об их пантополических отношениях. Монетный паритет тогда образует вполне реальный центр, около кото­рого курс может колебаться в очень узких пределах, вдоба­вок эта колебания вполне поддаются определению и зависят от стоимости пересылки страховки и чеканки золота (Сб. «Новые идеи в экономике», № 6). Это обоснование нам кажется не вполне убедительным; наиболее простой и наглядный случай не исключает необходимости выработки более общей точки зрения, и когда тот же Лексис пишет: «Интер­валютарный курс определяется пантополически по мне­нию Кнаюгаа. Это положение теоретически правильно, если исходить из общего понятая денег, которое охватывает все виды денег, в том числе и бумажные с принудительным кур­сом», юн косвенным образом признают заслуги Кнаппа в обобщении большего числа теоретически возможных типов интервалютарных отношений и теоретического об’яснения. Между тем основное возражение против иантополического понимания интервалютарных отношений в духе Кнаппа должно! быть построено но двум линиям —< определение роли металла в интервалютарных отношениях (когда один и тот же металл образует основу валюты в обеих странах) и по линии оценки теоретической возможности интервалютарных отноше­ний без металлического базиса.

будто в этом случае интервалютарный курс определяется лантополическими отношениями; правильно лишь утвержде­ние, что колебание иитервалютарного курса происходит под влиянием пантополических отношений, но центр колебания и граница колебания даны в монетном паритете. Кнапп спасается от этого вывода тем, что об’являет нормальным состоянием постоянное колебание иитервалютарного курса, а в этом колебании видит отсутствие всякого центро-колеба- ния паритета, и задачей теории о б’являет не опре­деление ц е н т р а - к о л е б а и и я, а самих к о л е- б а н и й, Ошибка Кнаппа в том, что он хотя и не отрицает товарной природы золота на мировом рынке, он не продумал вытекающих отсюда следствий. Именно, как мировой товар, обладающий самостоятельной ценностью, товар, которого ни­когда не бывает слишком много, золото образует устойчивую точку колебаний иитервалютарного курса; здесь с особенной силой пробивается наружу характер золота, как мировых денег, и характер капиталистической системы, как стихийной неорганизованной системы.

ния иитервалютарного курса при металлической валюте. Посмотрим, как широки ее владения и пределы ее безраздель­ного господства. Чистый случай пантополического определения иитервалютарного курса—установление курса между двумя государствами с бумажной валютой. По мнению Кнаппа, ото вполне возможно. «Для этой цели не требуется ничего

другого, кроме решения двух государств, желающих устано­вить интервалютарный курс, избрать паритет и поддержи­вать его» (стр. 280). Если бы теоретически была доказана

. такая возможность, это содействовало бы укреплению хар- тальной теории и означала бы ее серьезную победу. Правда, для нее остались бы неразрешимыми по-прежнему вопросы теории денег, связанные с металлическим обращением, но она могла бы занять место теории денег в современном хо­зяйстве, точнее в его последней стадии — широко разветвлен­ной системе кредитных отношений внутри страны с вексель­ным обращением на мировом рынке..Конечно, и в этом случае теория Кнаппа нуждалась бы в еще очень большой дополни­тельной обработке. Надо было бы определить природу совре­менного кредитного хозяйства и его основу- Но вся беда в том, что предположенный случай невозможен.

стрирует это положение. Эта практическая неосуществимость прямого и непосредственного определения иитервалютарного курса через пантополические отношения теоретически свободно об’ясняется именно старой теорией интервалютарных отноше­ний и старой «металлической» теорией денег. Ошибка Кнаппа в том, что он постоянно сбивается на такое понимание денег, когда последние изображаются как нечто постороннее самому капиталистическому способу производства, как нечто не, свя­занное и логически и исторически с его природой. Логиче­ские возражения Кнаппа против монетного паритета вовсе неубедительны. Они в основном сводятся к следующему: ]) монетный паритет не существует между странами с неоди­наковой металлической валютой; 2) между двумя странами, из которых одна имеет металлическую, другая бумажную валюту; 3) монетный паритет может быть, но деньги в одном случае будут занимать положение валютарных, в другом случае акцессорных денег; 4) монетный паритет немыслим между двумя странами с чисто-бумажной валютой. Эти логические соображения увлекли мысль Кнаппа на невер­ный путь, заставили провозгласить последний решающей причиной иитервалютарного курса пантополические отно­шения, теоретически изгнать золото из его последнего убе­жища, вместо того, чтобы теоретически поставить и разо­брать два предельных случая: 1) интервалютарный курс между двумя странами с одинаковой металлической валютой и 2) курс для двух стран с бумажной валютой, когда стало бы со­вершенно очевидным, что в первом случае колебания интерва- лютарного курса заключены в пределы золотых точек, а во вто­ром международный оборот лишился бы всякой устойчивости и жестоко был бы наказан за доверие к номиналистическим уче­ниям. Теоретическая несостоятельность теории пантополизма вытекает из непонимания характера товаропроизводящего об­щества. Так как Кнапп во всем своем труде нигде не ставит себе задачу—подробной характеристики современного хозяй­ства, то требовать от него в его теории пантополических отно­шений экономической обстоятельной аргументации нельзя. С точки зрения архитектоники труда Кнаппа вся его глава о международном денежном обороте мало вяжется со всем под­ходом к проблеме денег.

Таким образом, заканчивая рассмотрение основных идей

труда Кнаппа, мы должны признать: 1) с формальной точки зрения его построение не является вполне выдержанным и за­конченным. Сознательно отстранив экономическую проблему денег, Кнапп иногда переходит к изучению влияния рыночных моментов в явлениях денег, что нарушает стройность и целост­ность его произведения (глава лаж на акцессорные деньги и международный денежный оборот); 2) ио существу государ­ственная теория денег не представляет собой теоретической кон­струкции, а является описательной работой; 3) классификаци­онный принцип, установленный государственной теорией денег в группировке различных видов денег, принес пользу экономи­ческой науке и представляется удобным и простым принципом, могущим служить основой классификации. Продолжателям Кнаппа оставалось сделать после учителя многое. Если они хо­тели и считали необходимым построить государственную те­орию денег, они должны были бы заново обосновать эту теорию; если они хотели видеть в теории Кнаппа основу для экономи­ческой номиналистической теории денег, они должны были по­ступить так же. Большинство из последователей Кнаппа пошло по второму пути. Они занялись экономической отделкой госу­дарственной теории денег. Они стали работать над теорией но­минализма. Заново строя номинализм, они совершенно на­прасно назвали Кнаппа своим учителем.