Глава V Об общественном праве людей, соединенных в общество под авторитетом верховной власти

Среди существующих обществ одни управляются монархической властью, другие — аристократическою, третьи — демократическою и т. д. Но не эти различные формы власти решают вопрос о сущности естественного права людей, соединенных в общество, так как законы сильно 'видоизменяются при каждой из этих форм.

т

хия; в подобном обществе положительные законы и власть покровительствуют и обеспечивают узурпацию сильных, уничтожая собственность и свободу слабых. Так что даже первобытное естественное состояние является более выгодным, чем это грубое состояние общества, подверженное всевозможного рода беспорядкам вследствие перемены форм, 'властей и государей. Это явление представляется столь неизбежным, что люди, занимающиеся изучением этих перемен, искренне убеждаются, что существует известный фатальный порядок, в силу которого правительства возникают, развиваются, достигают высшей степени своего могущества, приходят в упадок и погибают. Но эти люди должны были бы обратить внимание также и на то, что этот порядок не о-тличается вполне правильной последовательностью в явлениях, что происшествия совершаются тут более или менее быстро, внезапно, однообразно, неодинаково, более 'или менее усложняются непредвиденными обстоятельствами, благоприятными или гибельными, более или менее вызванными или случайными, в большей ил'и меньшей степени обязанными своим происхождением благоразумию или ошибкам, развитию или невежеству, мудрости или разнузданным страстям тех лиц, которые управляют.

Для того чтобы познать, как определять время и местонахождение, как регулировать мореплавание и обеспечить торговлю, понадобилось наблюдать и точно измерять законы движения небесных тел; точно так же, для того чтобы познать область применения естественного права людей, соединенных в общество, следует сосредоточиться на естественных основных законах возможно лучшего правления. Это правление, которому должны быть подчинены люди, заключается в естественном и положительном порядке, наиболее выгодном для людей, соединенных в общество.

Следовательно, люди, соединенные в общество, должны быть подчинены естественным и положительным законам.

Естественные законы бывают либо физические, либо моральные.

При этом под физическим законом понимается правильное течение всякого физического явления из области естественного порядка, очевидно, наиболее выгодного для людей.

Под моральным же законом подразумевается здесь правильное течение каждого человеческого действия из области морального порядка, согласного с физическим порядком, очевидно, наиболее выгодным для человеческого рода.

Совокупность этих законов составляет то, что называется естественным законом. Все люди и все человеческие власти должны быть подчинены этим верховным законам, установленным верховным Существом; эти законы незыблемы, ненарушимы и вообще самые лучшие законы, какие только могут существовать[§§§§§§§§§§§§§§§§§§§]; основанием наилучшего правительства является, следовательно, основное правило всех положительных законов; так как положительные законы суть не что иное, как законы управления, относящиеся к естественному порядку, очевидно, наиболее выгодному для человеческого рода.

Положительные законы суть правила, изданные верховной властью для того, чтобы установить порядок в администрации и управлении, обеспечить защиту общества и точное соблюдение естественных законов, чтобы видоизменить или поддержать существующие в народе обычаи и бытовые привычки (les couftimes of les usages), чтобы регулировать частные права подданных применительно к их различным состояниям, чтобы восстановить положительный порядок в сомнительных случаях, возникающих из различия во мнениях и взглядах, чтобы привести в исполнение решения распределительной справедливости.

заключается в установлении публичного и частного обучения законам естественного порядка, являющегося руководящим образцом для всякого человеческого законодательства и всякой гражданской, политической, экономической и социальной организации. Без этого основного постановления государственное управление и человеческое поведение было бы лишь блужданием в потемках, отличаясь путаницей и беспорядочностью; без знания естественных законов, которые должны служить руководством для человеческого законодательства и верховными правилами для человеческого поведения, не было бы никакого различия между справедливым .и несправедливым, сколько-нибудь ясного понятия об естественном праве, физическом и моральном порядке; никакого представления о существенном различии между общим и частным интересом, о настоящих причинах процветания и упадка народов; никакого понятия о сущности морального -блага и зла, о священных правах тех, которые правят, и обязанностях тех, которым социальный порядок предписывает повиновение.

Положительное законодательство заключается, стало быть, в декларации естественных законов, на коих зиждется порядок, очевидно, наиболее выгодный для людей, соединенных в общество; можно было бы сказать совершенно просто: порядок наиболее выгодный для государя, так как то, что в действительности наиболее выгодно для государя, наиболее выгодно и для подданных. Одно только знание этих высших законов может прочно обеспечить спокойствие и процветание какой-либо империи, и чем более приблизится нация к этому знанию, тем в большей степени будет господствовать в ней естественный порядок и тем более целесообразным окажется положительный порядок. В таком государстве не предложат неразумного закона, так как правительство и граждане тотчас же заметят его нелепость.

Основанием общества являются средства для существования людей и богатства, необходимые для содержания силы, которая должна их защищать.

рией государства. Если светоч разума просветит правительства, все положительные законы, враждебные для Общества и государя, исчезнут.

Здесь идет речь о глубоком разуме, развитом и усовершенствованном на изучении естественных законов. Так как простой рассудок не поднимает человека выше животного; в сущности рассудок есть не что иное, как способность или навык, с помощью которого человек может приобрести необходимые для него сведения и при 'посредстве последних раздобыть себе физические и моральные блага, требуемые природой его существа. Разум же по отношению к душе является тем же, чем являются глаза для тела; без глаз человек не может пользоваться светом, а без света он ничего не может 'видеть.

Так что в своем поведении человек не может руководиться одним рассудком; с помощью последнего он должен приобрести необходимые для него сведения и пользоваться этими сведениями для того, чтобы вести себя достойным образом и обеспечить себе блага, в которых чувствует потребность. Невежество есть первобытное свойство человека грубого и одинокого; в общественном быту оно представляет из себя наиболее пагубный человеческий недостаток; оно является даже преступлением, так как люди, одаренные разумом, должны подняться выше животного состояния; по своему составу преступление это ужасно, являясь наиболее частой причиной несчастий человеческого рода и его недостойного поведения по отношению к Творцу природы, к вечному свету, высшему разуму и первой причине всякого блага.

Но просвещенный разум, развитой и усовершенствованный до ясного представления о ходе естественных законов, является необходимым руководителем возможно лучшего правительства; соблюдая эти верховные законы, последнее значительно содействовало бы возрастанию богатств, необходимых для существования людей и содержания попечительной власти, покровительство которой гарантирует людям, соединенным в общество, собственность их богатств и безопасность их личности.

Таким образом, очевидно, что естественное право каждого человека расширяется по мере того, как рас

пространяется соблюдение возможно лучших законов, устанавливающих порядок, наиболее выгодный для людей, соединенных в общество.

Эти законы совсем не стесняют свободы человека, составляющей часть его естественного права, так как выгоды этих высших законов являются результатом наилучшего пользования свободой Разумный человек не может отказаться от должного повиновения этим законам, иначе его свобода оказалась бы вредной как для него самого, так и для других, она явилась бы свободой безумного, который три хорошем правительстве должен быть сдерживаем и укрощаем воздействием авторитета положительных законов общества