СОСЛОВНОЕ ОБЩЕСТВО

Общине охотников и собирателей необходимы огромные территории, чтобы прокормиться. По оценкам специалистов, в условиях Сибири на одного человека требовалось примерно 50 квадратных километров, в более благоприятном климате - 10-20 кв.

Но 7-8 тысяч лет назад человек перестал довольствоваться тем, что находил готовым в природе, и начал выращивать для себя съедобные растения и разводить прирученных животных. В XX веке это было названо неолитической революцией.

Переход от присваивающего к производящему хозяйству не был мгновенным, он занял несколько тысяч лет. Вначале этот переход даже не позволял получать намного больше пищи, но важно другое - источник пищи был теперь всегда под рукой, ее получение уже не так зависело от случайностей, как прежде. Появилась возможность на той же территории прокормить больше людей, оставить в живых больше новорожденных детей. Прежде взрослые мужчины погибали в войнах, а тех, кто уже не способен быть воином и охотником, с почтением убивало само племя. Теперь их уже не убивают, и лишь после наступления настоящей дряхлости «выводят» в лес или пустынное место. И возрастной класс стариков, хранителей памяти и мудрости, становится теперь более многочисленным.

С VIII - V тысячелетия до н. э. в некоторых очагах раннего земледелия урожайность возделываемых зерновых культур достигла около 250 кг/га. Теперь зерно, собранное с одного квадратного километра полей, могло прокормить уже 50 человек, и люди начали переходить от полуоседлого к полностью оседлому образу жизни. Их общины насчитывали 150 - 200 человек - почти в десять раз больше, чем общины охотников и собирателей, а поселки располагались намного ближе друг к другу, чем прежде.

Поскольку земледельцы теперь производили намного больше продукции, чем потребляли сами, то исчезла необходимость в том, чтобы землю возделывали все работники без исключения.

Следующим был этап перехода к интенсивному ирригационному земледелию. В Южной Месопотамии ячмень давал уже 1200 - 1400 кг/га, причем получали по два урожая в год. Это позволяло прокормить с одного квадратного километра около уже 500 человек. Выращивать зерно, изготавливать посуду и ткани теперь стали не только для потребления внутри своей общины, но все больше и больше специально для обмена. Между общинами устанавливается разделение труда и завязывается меновая торговля - иначе говоря, впервые появляются экономические отношения.

Еще прежде появления государственной власти в обществе выделяются три социальных слоя: жрецы, воины и простой народ, чей удел - повседневная хозяйственная деятельность. Известно, что арии, пришедшие в Индию в начале П-го тысячелетия до н. э., делились на три «варны» - на жрецов-брахманов, воинов- кшатриев и общинников-вайшьев, а покоренное местное население было впоследствии включено в две более низкие варны; эта структура сохраняется и в современной Индии. Похожее устройство общества продолжало существовать на протяжении тысяч лет во всем мире и дожило почти до нашего времени.

Государственная власть сама по себе не создает неравенства. Она всего лишь надстраивается над уже сложившимся неравенством, над сословным устройством общества. Но еще прежде утверждения настоящей государственности в обществах, которые уже перешли к производящему хозяйству, появляется новый сорт людей - рабы. В рабство попадали не только захваченные на войне пленники - «живые убитые», как называли их древние египтяне, - но и обедневшие сородичи. В отличие от пленников, эти последние оставались членами общины, их хозяева сохраняли по отношению к ним религиозные обязательства и со временем должны были отпускать их на волю.

Выше рабов могли стоять зависимые земледельцы, напоминающие крепостных средневековой Европы; еще выше - лично свободные общинники, возможно, даже владевшие своим участком земли.

Каждый человек в этом обществе занимал свою «ступеньку» на иерархической лестнице как член определенного сословия, и в большинстве случаев занимал ее всю жизнь - от рождения до смерти. И права, и обязанности человека - профессиональные, юридические, религиозные - определялись его сословным статусом. Например, у хеттов за убийство чужого раба или причиненное ему увечье выплачивалась вдвое меньшая сумма, чем за убийство или увечье свободного человека; если в колдовстве и наведении порчи на другого уличали свободного, он должен был заплатить пострадавшему 1 мину серебра (по разным оценкам - от 300 до 500 граммов), а раба за то же самое полагалось убить.

Знатные люди носили одежды из тонких тканей и дорогие украшения, а простолюдинам это запрещалось - нередко под страхом смертной казни. Одна и та же религия могла предписывать совершенно разное поведение членам разных сословий: так, в Индии изучение Вед для брахмана является обязанностью, а употребление спиртного - тяжким грехом; для шудры же, наоборот, изучение Вед - грех, а пить спиртные напитки ему не возбранялось.

Правитель в раннем государстве - это все тот же священный вождь первобытного племени, только еще более могущественный. Его двор напоминает храм, и придворные служат ему так же, как жрецы служат богам. Жрецы же с утра до вечера обслуживали богов подобно тому, как обслуживали царей их придворные: одевали и кормили идолов, водили их на прогулки и в гости к другим богам, услаждали пением, музыкой и искусством танцовщиц, воскуряли благовония, а по ночам вводили в покои их «жен» - служительниц храма - и сами исполняли роль бога в обряде «священного брака».

Знания, которыми обладали люди в цивилизованных обществах древности, были намного обширнее, чем в племенах собирателей. Но способы передачи навыков каждого отдельного ремесла не изменились - научиться чему-либо можно было, только подражая примеру старших, постепенно усваивая их опыт.

У всякого знания, у всякого ремесла есть свой бог - основатель и покровитель. Согласно греческой мифологии (вспомним ее как самую известную), земледелие дала людям Деметра, кузнечное дело - Гефест, врачевание - Асклепий, торговле покровительствовал Гермес, ткачеству, выращиванию оливок и ученым занятиям - Афина. К богам-покровителям возводили свое происхождение семьи и целые роды, занимающиеся ремеслом или другой деятельностью. А сами боги представлялись большой семьей, состоявшей из нескольких поколений, как и обычная земная семья, - это позволяло связать воедино все стороны мироздания: природные явления, человеческие занятия, человеческие и божественные законы. Так «устроена» мифология не только греков, но и любого традиционного общества.

Представление о том, что каждое занятие должно иметь своего божественного покровителя, пережило языческие религии: в средневековой Западной Европе у каждого ремесла был такой покровитель среди христианских святых, а у каждого городского цеха - свою церковь во имя этого покровителя. Оно не исчезло и в наше время. Совсем недавно пользователи Интернета из числа верующих католиков заявляли, что чувствовали бы себя более уверенно под покровительством собственного святого, да и система «под присмотром» работала бы надежнее. По требованию паствы в Ватикане задались вопросом, следует ли этим покровителем назначить св. Антония Падуанского, св. Клару Ассизскую или кого-то еще. Некоторые непочтительные миряне, впрочем, предлагали сразу - при жизни - утвердить Билла Гейтса, а католическим святым сделать его потом. Наконец, после двухлетнего обсуждения было решено, что отныне патроном Интернета является св. Исидор Севильский - составитель первой средневековой энциклопедии.

Но вернемся из компьютерного века в те времена, когда все это было не пережитками прошлого, а живыми представлениями. Магическими обрядами, молитвами, жертвоприношениями богам плодородия или богу - покровителю ремесла сопровождались и обучение, и испытания, и сам процесс работы. Шумерский текст «Во время оно земледелец...» (Междуречье, III тысячелетие до н. э.), наставляет владельца крупного поместья: когда пробьются первые ростки ячменя, помолись богине полевых мышей, чтобы грызуны не попортили урожай, - и отгоняй от поля птиц; «в день, когда приступаешь к очистке ячменя, ... прочти молитву вечером и ночью».

А потому и сословия были не только профессиональными, но и религиозными объединениями. Общие праздники, общие пиры давали их членам живое ощущение единства. Во главе их стояли свои старейшины - даже у тех групп, которые занимали весьма низкое положение в обществе; эти старейшины улаживали конфликты внутри самого сословия и выступали как посредники в отношениях его рядовых членов с властями.

В каждом ремесле были свои секреты - не просто технология, а священное эзотерическое знание. А поскольку обучали этим секретам в семье, то, чтобы сохранить их в тайне от посторонних, браки стремились заключать между своими. Со временем профессиональные объединения превращаются и в замкнутые брачные сообщества. Наиболее известны индийские «джати», развившиеся из средневековых гильдий (европейцы называют их кастами). Девочек выдавали замуж, как правило, далеко от дома, но за мужчин из своей джати. Приемы ремесла благодаря этому оставались тайной для посторонних, но быстро распространялись в своей среде. И в средневековой Европе подмастерье мог унаследовать дело своего хозяина и учителя, если женился на его дочери.

Сословные организации - гильдии, цехи - следили за тем, чтобы у каждого был гарантированный заработок, чтобы вдовам и детям, оставшимся сиротами, были обеспечены средства хотя бы для скромной жизни. Но следили также и за тем, чтобы рабочий день не превышал установленного предела, чтобы строго соблюдались традиционные приемы и не использовались какие-нибудь новомодные, - в частности, и для того, чтобы никто не зарабатывал намного больше других! Таким образом, эти объединения средневековых ремесленников играли роль профсоюза, кассы взаимопомощи, органов стандартизации и контроля качества и многого другого.

Каждый работает на общее благо, оставаясь на своем месте, - вот идеальный принцип устройства традиционного сословного общества. При этом все оно пронизано сетью родственных и внутрисословных связей, и его стабильность обеспечивается корпоративной и родственной саморегуляцией не меньше, чем отношениями власти и подчинения.

Как сельские общины во всем мире существовали почти в неизменном виде с тех самых пор, когда сложилось производящее хозяйство, - так и сословная система оказалась весьма устойчивой. За тысячи лет исчезли древние религии, способы правления изменились, но самые общие черты в устройстве государства, так сказать, его скелет, еще узнаваемы. «Король-Солнце» Людовик XIV мало похож на фараона Хеопса, но и при нем во Франции дворянство и духовенство были привилегированными, «третье сословие» было разделено на цехи и гильдии и платило все налоги на содержание государства и королевского двора, а еще ниже него стояло бесправное «четвертое сословие» крестьян. Это разделение было уничтожено только революцией 1789 г., а в других странах Европы оно сохранялось еще дольше.