МАГИЧЕСКАЯ СИЛА ВОЖДЯ

В дикой природе экономических отношений еще, разумеется, нет. Животные потребляют то, что находят на своей кормовой территории, но сами на появление на ней биоресурсов сознательно не влияют.

Сообщество животных, например стая обезьян, скрепляется отношениями доминирования и подчинения. Стаю возглавляет вожак - взрослый и сильный самец, и по своему положению он имеет право на лучшие куски пищи и на «гарем» самок. Человек может называть разные причины того, почему он хочет успеха и признания в обществе, он может добиваться этого успеха, забывая про еду, отдых и нормальную семейную жизнь. У животных все проще - от статуса особи внутри стаи напрямую зависит количество и качество пищи, которую она получает, и количество потомства, которое ей удастся оставить.

Нередко у самцов животных имеются органы, которые помогают им и утверждать себя в «мужском обществе», и привлекать самок. Роскошная грива льва не позволяет ему охотиться, но необходима для обольщения львиц. Те загоняют дичь и затем покорно ждут, пока их повелитель насытится. Разве может быть иначе - ведь он такой красавец! Льву приходится демонстрировать свою физическую силу только тогда, когда его прайду угрожает опасность.

Статус обезьяны-носача определяется размерами отвислого выроста на носу, и старым самцам приходится отодвигать рукой это украшение, чтобы поесть. Этот вырост - резонатор звука, необходимый в спорах за лидерство. Поединки у носачей проходят так: самцы усаживаются нос к носу и начинают орать что есть сил. Чем больше нос, тем громче крик; кто громче кричит, тот и победитель.

В некоторых случаях у животных появляются и внешние признаки статуса, и эти признаки гораздо больше зависят от ума и способностей особи, чем от физических данных. У шимпанзе только самцы высших рангов громко барабанят по стволам деревьев, предупреждая: это моя территория, плоды здесь рву я! Но если право производить шум принадлежит лидеру, то можно и стать лидером, если осмелиться шуметь. Известный специалист по диким обезьянам Джейн ван Лавик Гудолл описала случай, когда молодой шимпанзе сумел распорядиться брошенными людьми жестяными бидонами. Бросая их с грохотом и колотя друг об друга, бывший аутсайдер добился совершенно исключительной власти и уважения в своей стае.

Вообще у шимпанзе ум и дипломатические способности приносят успех гораздо больше, чем грубая сила. Нередко претендент на звание вожака проводит настоящую агитационную кампанию: подбадривающе хлопает по плечу младших самцов, на виду у всей стаи берет на руки и ласкает детенышей, чтобы завоевать расположение самок.

И люди, как свидетельствуют данные раскопок, очень рано начали использовать предметы, которые служили внешними признаками их силы и статуса. Эти предметы можно было находить в природе, накапливать, одаривать ими членов своей группы или обмениваться с соседями. Обладание ими занимало важное место в представлениях о магической силе вождя, благополучии племени и связи живых людей с потусторонним миром.

Среди орудий труда, изготовленных из прочного делового камня, на стоянках первобытных людей нередко встречаются и другие - выполненные из красивых минералов. По прочности рубила из полудрагоценного халцедона, яшмы и цветного кварца не могли не уступать настоящим, кремниевым или обсидиановым, но, судя по всему, ценились такие инструменты выше обычных. Они служили не практическим, а ритуальным и престижным целям. Как показатель статуса имели значение и другие предметы, изготовленные руками людей, - одежда, татуировка на коже, ожерелья из зубов убитых животных.

Но не всегда племя могло добывать на своей территории камень для орудий, пищевую соль или хотя бы соленосные растения, краску, употреблявшуюся в ритуалах.

Человек был частью своей большой семьи, своего племени, впоследствии - частью своего сословия, частью государства. Без племени, без семьи он просто не смог бы выжить. Естественно, что в большой семье особое положение занимает ее глава, хозяин дома, а остальные - младшие братья, дети и внуки, жены, невестки, домашние рабы, когда они появляются, - находятся у него в подчинении. Точно так же особое положение в племени, как главный из полноправных мужчин, занимает вождь.

Глава семьи, вождь племени были посредниками между миром людей и миром богов и предков. Вождь приносил жертвы за все племя, через него же передавалась племени и его земле сила плодородия. Но для успешного выполнения своих обязанностей вождь должен был обладать особой магической силой, которая на земном уровне проявляется как красота и мощь, сила мышц, сексуальная неутомимость.

Поэтому быть вождем нелегко. Если жизнь других членов племени была обставлена множеством ритуальных ограничений, то жизнь вождя буквально ограждена ими со всех сторон. Нередко, чтобы не утратить свою силу, вождь не мог стричь волосы и ногти - в крайнем случае их обкусывали другие, не мог ступать ногой на землю - он проводил жизнь в подвешенном в хижине гамаке, а при необходимости его носили, не должен был показываться при солнечном свете или смотреть в сторону севера...

Сила вождя может и возрастать, и уменьшаться. Ее увеличивают военные подвиги, многочисленные жены, обладание предметами, в которых присутствует магическая сила. Ради увеличения этой силы вождь обязан накапливать богатства и редкие красивые вещи, но накапливать не для личного пользования. При этом у одних первобытных народов сам вождь может жить в роскоши, у других, напротив, считается, что он должен ходить в рваной одежде и умереть в бедности. Противоречия здесь нет: и в том, и в другом случае важнейшее качество вождя - щедрость. Оделяя членов племени своим богатством, он передавал им и свою силу. Вождь раздавал пищу, особенно на пирах после жертвоприношений. Племенные, родовые, дружинные пиры были основой жизни и первобытного, и более поздних обществ, они позволяли всем участникам непосредственно ощутить свое единство и свою связь с богами и предками.

Охотники и собиратели - и в доисторические времена, и теперь - не создают запасов пищи и никогда не убивают лишних животных, охоту на которых не разыграли предварительно. Но уже на стадии развитого присваивающего хозяйства появляются излишки - их стали откладывать на будущие пиры, на престижный обмен. И нередко вожди и «большие люди» заставляли соплеменников к лишнему добавлять и из самого необходимого. С одной стороны, смягчалась суровость первобытной жизни, которая требовала умерщвлять все лишние рты - стариков, военнопленных. С другой, повседневное питание становилось все более скудным, однообразным. Растет богатство верхушки, совершенствуются ремесла, развивается торговля; но именно в это время появляется бедность.

Среди историков известна концепция «престижной экономики» как стимула интенсификации хозяйственной деятельности на определенном этапе развития. Сам этот термин был предложен еще в 30-х годах американским этнографом Корой Дюбуа, которая утверждала, что именно потребность в престижных вещах заставляла общество наращивать производство и пищи, и бытовых предметов, и предметов роскоши.

Нам осталось сказать, что уже задолго до настоящего имущественного неравенства отношение к богатству было двойственным. Если, например, человек находил в лесу гнездо пчел - это было удачей, два гнезда - большой удачей, но тот, кто нашел сразу три гнезда, - наверняка опасный колдун. Если вождь владел слишком большим богатством, это вызывало глухое недовольство. Если при этом он был еще и скуп, племя могло убить его и поделить его сокровища «по справедливости». Таким образом, и престижное потребление, и уравнительные настроения так же древни, как и само человечество.