Стационарное состояние - это такое состояние сообщества на первом этапе развития, когда оно сохраняет примерно одицаковое количество своих членов.

Очевидно, что цель всех этих обычаев - остановить рост населения и поддержать стационарное состояние. Горные долины повсюду имеют очень малую емкость резервуара, быстро наполняются и также быстро исчерпывают внутренние возможности для развития. Поэтому жители многих горных районов практикуют весьма интенсивное сельское хозяйство. В высокогорных гималайских долинах, где зима длиться 9-10 месяцев в году, а морозы редко бывают меньше 30 градусов по Цельсию, крестьяне вынуждены запасать с осени землю, для того чтобы для ускорения таяния снегов, в мае, рассыпать ее по поверхности снега. Главные сельскохозяйчтвенные культуры здесь - ячмень и горох. Кое-где с трудом произрастает пшеница. В некоторых деревнях, находящихся выше обычного, даже ячмень не успевает созревать. В этом случае колосья срезают до наступления спелости.

Очевидно, что сельское хозяйство в Гималаях является очень интенсивным и дальнейшие возможности для его интенсификации в данных условиях исчерпаны. Поэтому эти районы находяться в стационарном состоянии, численность населения тут практически стабильна, а развитие остановлено.

Весьма распространенным фактором стабилизации роста населения является также массовая эмиграция. Примеров такого рода можно привести множество, взять хотя бы Ирландию. Впрочем, конкретные методы остановки роста населения не так уж важны. Главным в данном случае является то что все они направлены на чтобы поддержать стационарное состояние. Оче- видно также, что для выработки таких обычаев, многие из которых, безусловно, травмируют базовые инстинкты людей, понадобилось немало времени и крови. При этом обычаи столь сильно входят в культуру населения, что появление возможности интенсификации сельского хозяйства и роста критической плотности не всегда сразу воспринимается.

Переход сообщества в стационарное состояние приводит к остановке развития. Регион, выражаясь современным языком, становиться депрессивным. Поскольку рост населения является на первой стадии прогресса основным движителем развития, то раз нет роста населения, нет и прогресса. Сообщество как бы погружается в анабиоз. Застывает все - экономика, культура, искусство. Консервируются обычаи и традиции.

Влияние более передовых сообществ является важнейшей частью механизма прогресса. Человеческие сообщества в стационарном состоянии, также как и сообщества, находящиеся в стадии заполнения резервуара, не собственного импульса для развития, могут получить такой импульс в форме заимствования более высокого уровня потребления. Такие заимствования обычно происходят когда отсталые сообщества имеют торговые или иные контакты с передовыми странами. Прежде всего более высокий уровень потребления заимствуется верхними социальными слоями. Более высокий уровень потребления формирует более высокий уровень потребностей и соответствующий уровень развития, особенно это характерно для новых поколений, которые выросли при более высоком уровне потребления. Постепенно более высокий уровень потребления будет усваиваться более низкими социальными слоями и таким образом влиять на все сообщество.

Особенно сильно такое влияние проявляется на относительно высоких ступенях развития, когда возникают образовательные учреждения. Преимущества более развитых стран признаются во всем мире и образование поэтому заимствуется наиболее легко. Изучение интеллектуальных продуктов передовых человеческих сообществ есть очень сложная развивающая деятельность для молодых людей из отсталых стран. Очевидно, что они сформируют более высокий уровень развития, чем их соотечественники. Кроме того молодые люди во время обучения быстро усваивают некоторые элементы уровня потребления характерного для передовых стран. Впоследствии они будут оказывать влияние на все их сообщество, но некоторым образом они станут чужими в собственной стране. Таким образом во многих отсталых странах формировалась интеллигенция. В развитых странах такая социальная группа никогда не существовала. Например в английском языке вообще нет слова интеллигент. Главная отличительная черта интеллигенции - это уровень развития более высокий, чем мог бы сформироваться у соответствующего социального слоя без заимствований. Такой уровень развития не может быть сформирован спонтанно внутри данного человеческого сообщества.

Впрочем, значение заимствований нельзя преувеличивать. Действительно, они могут ускорить до определенной степени развитие отсталого сообщества. Но пока не возникнут условия, необходимые для развития, ничего принципиально не измениться. Человеческое сообщество в стационарном состоянии может практически не развиваться столетиями или даже тысячелетиями. Казалось бы, сообщество, длительное время находящееся в стационарное состояние, настолько к нему приспосабливается, что его невозможно вывести из этого состояния. Однако всегда в таком сообществе, каким бы спокойным оно внешне не казалось, существует внутреннее напряжение. Причина его состоит в том, что любой метод стабилизации роста населения, кроме методов стабилизации предотвращающих зачатие, принятых в индустриальных обществах, противоречит базовым инстинктам человека. Разве детоубийство не травмирует инстинкт заботы о потомстве, безусловно, так же присущий эскимосам и бушменам, как и всем людям? Да, эскимосы и бушмены практиковали детоубийство, так же как и предки современных высокоразвитых народов, скажем, греков. Но ведь оно не считалось у них чем- то хорошим. Например, у скандинавов обычай детоубийства просуществовал до начала второго тысячелетия нашей эры. Память о нем сохранилась в сагах. Там говориться, что бедные многодетные люди могли оставлять своих новорожденных детей в пус- тынных местах погибать. «Но и тогда считалось, что это - нехорошо» - замечает пересказчик саги. Или разве кровавые братоубийственные войны между представителями одного народа одобрялись этим народом? Когда человек сознательно причиняет зло другому человеку, он должен быть готов к тому, что так же поступят и с ним. Молодой человек, убивающий своего состарившегося деда, должен быть готов умереть подобным же образом через 30 или 40 лет. Поэтому, подобные методы стабилизации роста населения не могли не породить желание найти другой выход. Ведь даже безбрачие или позднее вступление в брак не могли не порождать недовольство людей, обреченных на такую жизнь. Поэтому остановка роста населения и переход к стационарному состоянию процесс длительный и болезненный.

Тут автор хотел бы обратить внимание читателя на то, что данная модель, принимая многие положения, разработанные Мальтусом вместе с тем использует как один из важнейших механизмов концепцию Бозеруп о переходе к более интенсивным методам хозяйства под давлением роста населения. Бозеруп неоднократно называла свою концепцию противоположной концепции Мальтуса. Действительно, для Мальтуса увеличение производства продуктов питания происходит независимо от состояния общества. Для Бозеруп же население начинает производить больше продовольствия, интенсифицируя хозяйство только тогда, когда прожить по старому становиться невозможным вследствие роста населения. Предлагаемая модель прогресса примиряет, казалось бы, непримиримые подходы. С этой точки зрения и Бозеруп и Мальтусу правы по-своему - действительно, население перейдет к более интенсивной ступени развития сельского хозяйства только тогда когда возросшая плотность населения достигнет критического уровня и начнет снижаться уровень потребления. То есть то, что Мальтусу представлялось злом, которое нужно избегать - рост социального напряжения, голод и т.д., предлагаемая модель прогресса рассматривает как единственное средство, которое заставляет население идти вперед по пути прогресса или попросту говоря, умнеть. Вместе с тем, существует масса примеров, когда человеческие сообщества веками, а то и тысячелетиями остаются на одном уровне развития, балансируя на грани критической плотности именно за счет тех механизмов остановки роста населения которому Мальтус посвящает так много места в своих работах. Да и динамично развивающиеся сообщества далеко не всегда идут по пути интенсификации, испробовав прежде всего то, что предсказывал Мальтус - голод, войны и революции. Ключевым условием для ответа на вопрос - погрузиться ли сообщество в стационарное состояние или будет развиваться дальше является наличие у данного сообщества возможностей или условий для развития.

Возможности или условия для развития - это условия, которые необходимы для роста уровня развития при достижении сообществом критической плотности.

Возможности для развития бывают внутренними и внешни-

Под внутренними возможностями для развития следует понимать те возможности, которые существуют внутри данного резервуара. На первом этапе главными внутренними возможностями для развития являются природно-климатические условия с той точки зрения в какой степени они позволяют интенсифицировать хозяйство. Вместе с тем важным резервом внутренних возможностей для развития является емкость резервуара. Чем большие массы людей позволяет накопить емкость резервуара, тем более глубокий уровень разделения труда может быть ими достигнут, то есть более высокий уровень развития. Например жители пустынь в жарких районах земного шара так же как и жители арктических пустынь на севере Евразии и Америки, несмотря на то, что критическая плотность там крайне низка, и резервуары наполняются быстро, не могут в принципе создать сколько-нибудь глубоко стратифицированное сообщество.

Если вследствие природно-климатических условий возможности для интенсификации сельского хозяйства велики, то это тоже позволяет данному сообществу в конечном счете достигнуть более высокого уровня развития. Как уже отмечалось выше, каждая ступень интенсификации - это усложнение производственного процесса, требующее от населения больших волевых усилий, более сложного поведения, лучшего мышления. Все это предполагает более высокий уровень развития.

Внешние условия для развития определяются обменом с другими резервуарами. Внешними условиями для развития на первом его этапе является наличие неких уникальных природных возможностей, например полезных ископаемых - драгоценных и не драгоценных металлов и камней или уникальных природно-климатических условия для выращивания растений, которые в других местах не растут. Внешние условия для развития всегда предполагают обмен. Нужно сказать, что тема обмена наиболее глубоко исследована экономистами. Хорошо известно, что первоначальные формы обмена существовали со времени возникновения самого человека. Историки и археологи говорят об обмене у древних народов, а этнографы у современных отсталых народов украшениями (ожерелья из зубов животных, раковин) шкурами животных, предметами питания (рыба, зерно, мясо, орехи и т.д.) изделиями из дерева, растительных волокон (мебель, корзины, циновки и т.п.). Список этот поистине необъятен. Но в глаза бросается то, что в отличие от современного общества обмен этот носит необязательный характер. То есть, если прекращение обмена в индустриальном обществе означает катастрофу, то ранние человеческие сообщества в принципе вполне могли бы без него обойтись. Большинство товаров, которыми обмениваются в это время носят характер престижных предметов, подчеркивающих социальный статус их владельца. Именно поэтому обмен такими предметами особенно усиливается по мере возникновения и углубления социальной стратификации общества. Спецификой такой торговли является то, что покупатели товаров обменивают их на продукты, полученные не в результате собственного труда, а главным образом за счет внеэкономического принуждения низших социальных страт или за счет военной добычи. Такую торговлю можно назвать элитной торговлей. Таким образом, элитная торговля - это торговля предметами, обладание которыми означает определенный высокий социальный статус их владельца и которые обмениваются на товары, полученные неэкономическим путем.