Подчиненность зла добру
Остановимся на минутку на понятии «зло». Откуда вообще оно берется? В представлении иудеев зло всегда подчинено добру. Во времена раннего христианства существовало дуалистическое течение, утверждавшее, что добро и зло находятся на одном онтологическом уровне.
Отсюда: Бог и Сатана – соперники, противоположности, стоящие на одной онтологической ступени. Августин до перемены мировоззрения придерживался пропагандируемых этим учением идей. Позднее он полностью их отверг, посчитав манихейской ловушкой[867], и склонился к мнению, что Сатана, или зло, не могут находиться на одном уровне с Богом, или добром.Сатана является одним из ангелов Божьих (хотя и падшим) и, значит, остается слугой, существом, которое ничего не может сделать без разрешения или согласия Бога (или человека)[868]. Это хорошо показано в Книге Иова. Хотя (технически) не кто иной как Сатана наслал на Иова болезни и горе, сделать такое он мог лишь с ведома Бога и при Его одобрении, и потому Иов жалуется именно Богу[869]: «Ибо стрелы Вседержителя во мне; яд их пьет дух мой; ужасы Божии ополчились против меня»[870]. Так как зло ничего не может совершать без Божьего дозволения, то Иов даже не пытается обращаться к Сатане (кажется, что этот праведник не знает о существовании падшего ангела), а предпочитает свои сетования и упреки адресовать прямо Всевышнему[871].
Добро само творит себе цели, а Зло должно их у него заимствовать: своих у него нет[872]. В его основе не лежит собственная онтологическая сущность. В чистом виде зло не существует, оно всегда каким‑либо способом паразитирует на добре[873]. Если мы делаем что‑то плохое, у нас всегда есть этому оправдание. Причина зла всегда в добре (даже несмотря на то, что человеку, творящему зло, мир видится искаженно). Если кто‑то что‑то крадет, то он просто хочет быть богаче.
Однако в богатстве как таковом ничего плохого нет. Никто не ворует ради самого воровства. Некоторые люди воспринимают кражу как приключение, новое впечатление и даже испытывают возбуждение при ее совершении. Но ведь приключение или возбуждение – вещь опять же позитивная, вот потому некоторые и решаются на преступление. В обоих случаях плохие средства использованы для достижения целей, которых можно было достичь и без зла. Только мы сами выбираем этот неверный короткий путь к реализации своих замыслов.Итак, зло всегда должно служить некоему высшему добру. Альтернативой такой точке зрения является моральное манихейство, вера, что эти категории нравственности находятся на одном онтологическом уровне. Говоря языком математики, их абсолютные ценности равны. Если мы от такого подхода отказываемся (что сделало большинство монотеистических религий и, как мы видели, Августин и Фома Аквинский), то зло, в определенном смысле , всегда должно быть в подчиненном состоянии. И значит, в онтологическом и теологическом смысле существование принципа трансформации его в благо оправдано[874].
Еще по теме Подчиненность зла добру:
- Подчиненные
- 10 Ось добра и зла и библии экономики
- Единство подчинения
- Ось добра и зла
- Способы воздействия на подчиненных
- Неистребимость зла: притча о плевелах
- Делегирование прав и ответственности подчиненным
- «Империя зла»
- Лекция 11. 35. Подчиненность.
- Глава 8 Руководитель и подчиненные
- Основные типы подчиненных
- Стадность и психологическое подчинение
- Польза добра и зла
- Экономика добра и зла
- История прообразов и укрощение зла
- Экономика добра и зла: окупается ли добро?
- Экономика добра и зла в Новом Завете
- Деньги - корень зла, или тюльпаномания 1633-1637