КАРАЙ amp; Ко.

В 1970—1980-х годах доля работающих женщин в США быстро увеличивалась. Рост, хотя и не столь быстрый, продолжился и в 1990-е годы. Фактически рост общего уровня занятости, о котором мы говорили в главе 2, почти полностью определяется увеличением числа работающих женщин3.

3 Ср.: Freeman (2000).

Италия

Франция

Германия

США

Источник: 0ECD (2003Ь),рр. 74-75, 170-171,180-181, 320-331.

* Для Франции и США данные за 2001 г. и 2000 г. соответственно.

   Рис. 11.2. Доля женщин в составе рабочей силы в Италии, Франции, Г ермании и США (в % к численности женского населения в возрасте lt; 15 до 64 лет).

В целом вовлечение женщин в состав рабочей силы считается желательным явлением. Или, по крайней мере, так считают правительства стран, входящих в Евросоюз. «Европейская стратегия занятости», впервые состряпанная Европейским Союзом в 1997 г., нацелена на увеличение уровня занятости женщин в странах — членах ЕС до 60% к2010г.[208]А почему бы нет? Когда женщины выводят на работу, в большинстве случаев они делают это не потому, что у них нет другого выбора.

Почему же тогда в Европе, а порой и в США, с подозрением относятся к повышению уровня занятости американских женщин? Причина, возможно, в том, что в последние десятилетия в Америке на рынок труда вышло непропорционально большое число замужних женщин с маленькими детьми. В США работают 6 из 10 замужних женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет; в Германии этот показатель примерно вдвое меньше[210].

Однако это может быть в большей степени связано с запретительно высокой предельной ставкой налога на семьи с двумя работающими в Германии и более благоприятными возможностями для сочетания труда и семейной жизни в США. Да, в отличие от немецких, американские родители не имеют права на помощь государства по уходу за детьми в возрасте от 3 до 6 лет. Но при этом только 2,3% американцев, работавших менее 35 часов в неделю, упоминали в 2003 г. «проблему ухода за детьми» в качестве причины укороченной рабочей недели[211].

Кроме того, не вызывает сомнений, что сегодня американки намного ближе к состоянию равенства возможностей, чем немки. Возьмите в качестве примера Allianz AG, крупнейшую немецкую страховую компанию. В ее дочерней компании Allianz Life USA, расположенной в Миннессоте, доля женщин в руководстве в октябре 2002 г. составляла 55%. Из 45 служащих, которых сама компания относит к числу высших руководителей, 42 %, в том числе финансо - вый директор, были женщинами. Для сравнения: в Германии в корпорации ALianz в конце 2002 г. доля женщин на четырех высших уровнях управления составляла 19%[212].

Женщины стоят у руля немалого числа крупнейших амери - канских компаний. Вспомните о Керли Флорина из Hewlett Packard, Энн Мукехи из Xerox, Пэт Руссо из Lucent и Мег Уайтмен из eBay. Женщины покорили даже компании, традиционно бывшие оплотом мужской силы. В таких корпорациях, как Bank One, Ноте Depot, J.P. Morgan, Merck и Verizon, пост финансового директора занимают женщины. В 2003 г. в каждой из 100 крупнейшихпо величине продаж корпораций США, по крайней мере, один из директорских постов был занят женщиной. И, наконец, женщины занимают 13,6% мест в советах директоров корпораций, составляющих список Fortune 500, что отражает более чем 40 -процентное увеличение всего за восемь лет[213].

В Германии и Италии женщины на высших корпоративных постах все еще исключение. Если вы заглянете в список журнала Fortune «50 самых влиятельных женщин» за пределами США, вы обнаружите, что Франция представлена пятью именами. Но там всего две итальянки — в сравнении с тремя женщинами из крошечного Сингапура. Вы найдете там женщин из Филиппин, Саудовской Аравии и Турции, но ни одной немки[214].