1.1. Радикальные преобразования в сфере услуг

Расширение позиций сектора услуг в экономике, как одна из важнейших структурных закономерностей мирохозяйственного развития, обусловлена тесным взаимодействием фундаментальных закономерностей - поступательного движения производительных сил и «возвышения потребностей» по мере усложнения экономики и социальных условий, повышения уровня жизни, образования, культуры населения.

На количественные и другие параметры самого сектора услуг сильное влияние в первые послевоенные десятилетия оказала перестройка прежде крайне раздробленной рыночной структуры целого ряда отраслей. Крупный бизнес, и ранее занимавший видное место на рынках кредитно-финансовых услуг, транспорта, связи, киноиндустрии, довольно активно осваивал такие сферы, как розничная торговля и массовое питание, рекреация, гостиничный бизнес и т.д., используя в целях рыночной экспансии эффективные организационные модели - сетевые (цепные) системы, франчайз и т.п.

Ра с смотренные и ряд других долговременных традиционных причин и факторов расширения сектора услуг с конца 70-х гг. существенно дополнились воздействием новых процессов и явлений, которые сопровождали вступление развитой экономики в постиндустриальную стадию. Их совокупный результат - радикальные изменения целого ряда базовых, родовых характеристик, которые считались имманентно присущими производству услуг и его продукту. По странам ход и масштабы преобразований в рассматриваемом секторе заметно разнятся, тем не менее, на общем пестром фоне довольно четко прослеживается целый ряд новых тенденций и сдвигов, присущих большинству или многим видам услуг.

В комплексе инновационных по сути и универсальных перемен по значимости выделяется в первую очередь трансформация материальной базы рассматриваемого сектора - переход практически всех отраслей на современные технологии, сердцевину которых образуют информационно-коммуникационные технологии (ИКТ). Совершившаяся в мире информационная революция для производства услуг имеет особое значение: если сфера действия предшествующих трансформационных технологий прорывного характера обычно ограничивалась отраслями материального производства, то информационные технологии действительно универсальны и востребованы во всех отраслях хозяйства. При этом принципиально важно, что в отраслях услуг они находят чрезвычайно благоприятную почву и, отвечая в полной мере специфике производства многих видов невещного продукта, приносят особенно высокий эффект.

С ИКТ связан наиболее глубокий на протяжении всей эволюции сектора услуг прорыв по многим направлениям. Во многих отраслях ныне они образуют технологическую основу производственных процессов и операций. Перевод на электронные технологии и технические средства производства в услугах стало стратегическим направлением инвестиционной стратегии и практики бизнеса и других структур, а их эффективное использование - ключевым условием роста производства, рыночной экспансии, эффективности и конкурентоспособности.

Воздействие ИКТ на рассматриваемую сферу особенно убедительно проявляется в создании и хозяйственном освоении Интернета, как инновационного механизма, само предназначение которого заключается в реализации широчайшего круга услуг. Интернет демонстрирует кардинально новую модель сервиса - выполнение операций в виртуальном пространстве и обладает колоссальным потенциалом развития и рыночной экспансии услуг, поскольку Сеть располагает глобальными возможностями для повышения их              экономичности. Освоение

Интернета, как и многих других прорывных инноваций особенно на начальных стадиях, идет стремительно, но далеко не просто, порождает множество проблем - технологических, экономических, социальных, правовых, этических и т.д. тем не менее через Интернет реализуются крупные объемы финансовых, информационных, профессиональных и деловых, образовательных услуг, торговли, медиа - бизнеса и т.д. Крупные и растущие объемы операций проводит через Интернет в целях сокращения транзакционных издержек бизнес всех отраслей хозяйства. Растет его популярность в удовлетворении потребительского спроса на самые разные услуги - от покупки товаров до услуг финансовой сферы, страхования, медицины, образования, рекреации; в виртуальное пространство переносится все более широкий круг услуг государства.

Инновационный технологический прорыв оказывает сильнейшее влияние на многие параметры рассматриваемого сектора. Его отраслевой состав обогатился за счет нового блока услуг информационного профиля - коммуникационных, прежде всего мобильных видов связи, по созданию и предоставлению баз данных, обработке информационных потоков разного рода, разработке программного обеспечения (ПО), системной интеграции, обслуживанию и управлению компьютерных сетей и т.п. Стремительный прогресс ИКТ и их хозяйственного освоения сопровождался активной диверсификацией производства каждого из этих видов услуг.

Не менее значимый процесс - многоплановые изменения и функциональное усложнение традиционных видов услуг. Неузнаваемо преобразился финансовый сектор: резко возросли масштабы операций, разнообразие типов учреждений и набора услуг, появилось множество их новых видов, сформировались глобальные финансовые рынки. Радикально меняются материальная база, бизнес- процессы, организационно-управленческие принципы, методы обслуживания в торговле, на транспорте, в службе быта. На базе ИКТ перестраиваются образовательный процесс и методы, а компьютеры стали базовым материальным элементом всех видов обучения. На качественно более высокую ступень поднялась система охраны здоровья человека - профилактика и лечение заболеваний, фармакология, уход за пациентами и т.д. Высокие технологии утвердились в той или иной степени и в таких, казалось бы, далеких от техники видах деятельности, как библиотечное и музейное дело, театр, эстрада, масс-медиа, кинопроизводство и прокат и т.п.

П ринципиальное значение для развития услуг имеет модификация под воздействием ИКТ ряда их родовых характеристик, таких как локальная привязанность производства, его совпадение с потреблением во времени и пространстве, невозможность для многих видов сервиса накопления, хранения, передачи на расстояние. Снятие или смягчение такого рода временных и пространственных ограничений в производстве и реализации многих услуг означает возможность передачи продукта на расстояние на различных носителях, его потребления в режиме реального времени, сохранения в той или иной форме. Наибольшее влияние ИКТ оказывает на услуги, функцией которых является создание или передача той или иной содержательной информации - кредитнофинансовые, профессиональные и деловые, телекоммуникации, образовательные и ряд других. В ходе информационной революции оно распространялось на многие другие области - торговлю, транспорт, медицину, бытовой сервис, культурнорекреационную сферу.

Технологический прорыв открывал для сектора услуг новые рынки, а рост масштабов производства способствовал экономии ресурсов и повышению эффективности. С устранением локальной привязанности и временных ограничений связаны стремительный в последние 2-3 десятилетия выход многих услуг в глобальное хозяйственное пространство и общее ускорение процесса глобализации. На новой технологической основе значительно повышается качество сервиса: расширился спектр вариантов потребительского выбора; более полно и точно учитываются предпочтения и запросы клиентуры; модели массового обслуживания дополняются или замещаются сервисом индивидуализированным и кастомизированным. Растущие потребности производства также удовлетворяются разнообразными услугами более сложного функционального содержания.

В числе первостепенных причин трансформации рассматриваемого сектора - институциональные изменения в ходе реформирования государства в развитых странах. Программами разгосударствления собственности, начало которым было положено в конце 70-х гг. в США и Великобритании, предусматривались в одних случаях демонтаж, в других - смягчение жестких систем регламентации хозяйственной деятельности, оправданных требованиями своего времени, но уже не соответствующих новым реалиям. Полное или частичное дерегулирование, как и приватизация, распространились на многие услуги,              поскольку по причинам,

известным в экономической теории, как провалы рынка (наличие информационной асимметрии, сильное воздействие экстерналий, монополизм, необходимость мер по социальной поддержке и охране здоровья населения, окружающей среды, обеспечению безопасности и т.п.), регулятивные ограничения на рынках услуг были более многочисленными и высокими, чем в промышленном и аграрном секторах. Накопившиеся к этому времени весьма серьезные дефекты государственного регулирования - излишне жесткая регламентация многих сторон деятельности, не всегда оправданная и часто диктуемая групповыми интересами, в сочетании с сильной локальной монополией - стали серьезным тормозом в развитии сектора услуг и, учитывая его крупные размеры, всей экономики. Высокие барьеры для вхождения на рынок новых производителей подавляли конкуренцию и другие стимулы к расширению бизнеса, повышению эффективности и качества обслуживания. Меры по ограничению размеров производства и набора сервисов, регулированию цен, времени работы предприятий, порядку их территориального размещения и т.д. не позволяли бизнесу в полной мере реализовать выгоды от масштабов операций или от синергии, осложняли и замедляли его адаптацию к требованиям рынка, прогрессу технологий, сдерживали инновации. Сравнительно более высоким уровнем регулирования в развитых странах выделялись транспорт, телекоммуникации, финансовые, профессиональные услуги и розничная торговля. В условиях прогресса технологий, изменений в характере спроса, совершенствования механизмов регулирования все более отчетливо проявлялись неадекватность одних принципов и методов государственного вмешательства, устарелость других.

Программы приватизации и дерегулирования в разных странах заметно разнились по темпам, масштабам и формам, при этом в англо-саксонских они отличались сравнительно большей интенсивностью и глубиной. В США на протяжении 2,5 десятилетий была реализована система мер по полной или частичной либерализации банковских услуг, дерегулированию транспортной инфраструктуры (авиа и автотранспорт, междугородные автобусные перевозки, железные дороги), отрасли телекоммуникаций, снят ряд ограничений в розничной торговле. Если в 1977г. на долю полностью регулируемых отраслей приходилось 17% ВВП, то уже к 1988 г. она снизилась до 6,6%[5]. Раскрепощение хозяйственного пространства приносило реальные плоды: на рынки вышло множество новых производителей; оживилась конкуренция, стимулируя инвестиции и инновационную деятельность; за счет новых сервисов расширялся их набор, улучшалось качество, существенно сокращались издержки и цены. На авиатранспорте количество компаний на внутренних маршрутах выросло с 15 в 1978г. до 32 в 2002г.; за счет снижения цен на авиабилеты только за 1977-1996 гг. на 40%, потребители ежегодно экономили около 14,8 млрд. долл.; возросла частота рейсов, расширился набор челночных и регулярных маршрутов. Значительно - за 1980-1999 гг. на 50% - снизились тарифы на железнодорожные грузоперевозки, а также на услуги автотранспорта. Еще более внушительным было удешевление услуг телекоммуникаций, особенно тарифов на дальние виды телефонной связи: с 1984 по 2000г. внутри штатов - на 54%, между штатами - на 64%.[6]

П о пути институциональных перемен шли и другие страны. Одной из последних - только в конце прошлого века - в активную стадию дерегулирования вступила Япония. И здесь эти меры распространились преимущественно на услуги - электроснабжение (по национальной классификации отрасль относится к сектору услуг), телекоммуникации и автомобильный транспорт - и дали внушительный эффект. В каждой из отраслей отмечались рекордное снижение цен и резкий скачок спроса, В отрасли телекоммуникаций при 20-ти кратном росте количества мобильных телефонов цена на них упала на 60%. Оценивая потребительский эффект от реформы регулирования за 1995-2005 гг. в 17,6 трлн. иен, что равно 3,5% ВВП, эксперты подчеркивают, что наибольший эффект был получен в отраслях услуг. Упор на услуги сохраняется и в детально разработанной в 2007г. новой программе разгосударствления: среди 15 приоритетных сфер - образование и научные исследования, информационные отрасли, транспорт, здравоохранение,              финансы              и              торговля[7].

Р а скрепощение хозяйственной деятельности придало мощное ускорение производству услуг, но осуществлялось далеко не просто и приводило в ряде случаев к негативным последствиям. В США, например, в некоторых малонаселенных районах ухудшилось положение с транспортным и коммуникационным обслуживанием. К неоднозначным результатам в ряде стран приводили институциональные преобразования на железнодорожном транспорте. Но возникающие проблемы обычно становились объектом пристального внимания общества и со временем находили решение. В итоге политика приватизации и дерегулирования в рассматриваемом секторе, по оценкам экспертов, полностью себя оправдала, а в масштабах хозяйства способствовала более эффективной аллокации ресурсов и более полному удовлетворению потребностей производства и населения.

Мощным импульсом для развития многих услуг послужила крупномасштабная реструктуризация хозяйства ведущих стран в кризисные 70-80-е гг. Промышленные структуры, в первую очередь крупные - конгломераты, вертикально-интегрированные концерны - в целях повышения эффективности и конкурентоспособности и в поисках новых инвестиционных возможностей «выпрямляли» производственные линии, концентрировали внимание и ресурсы на основном или на новых производствах, освобождаясь в массовом порядке от непрофильных видов деятельности,. В результате отпочкования активов такого рода, или практики аутсорсинга, на хозяйственное поле вышло множество самостоятельных фирм. В большей части они специализировались на сервисных операциях, и наиболее благоприятную среду нашли в сферах информатизации и компьютеризации, в профессиональных и деловых услугах - бухучета и аудита, консалтинга, научных исследований, занятости, логистики, маркетинга и рекламы, менеджмента, по связям с общественностью и т.п. Строго говоря, в ходе реструктуризации, особенно на ее начальном этапе, происходило простое перераспределение активов между двумя секторами хозяйства. Но отделившиеся структуры, опираясь на прогресс телекоммуникаций и логистики, как правило, быстро расширяли рыночные позиции, привлекали новую клиентуру, используя выгоды от масштабов и преимущества глубокой специализации. В расчете на многообещающие перспективы аутсорсинга эту сферу стало осваивать множество новых производителей. В результате реструктуризации хозяйства границы сектора услуг существенно раздвинулись за счет новых бизнесов, работающих на потребности производства.

За аутсорсингом сохраняется стимулирующая роль в развитии услуг и по завершении стадии активной реструктуризации индустриального сектора. Растет его использование в общественном секторе: государство, сокращая масштабы хозяйственной деятельности, приобретает по контрактам растущие объемы услуг у внешних поставщиков - бизнеса и некоммерческих организаций. По аутсорсингу частные фирмы выполняют во многих странах              основные              работы по

информатизации государственных служб, включая использование Интернета, предоставляют аудиторские, бухгалтерские и другие услуги. Бизнесу передаются и такие сугубо бюрократические функции, как составление бюджетов разных уровней управления, сбор налогов, начисление заработной платы госслужащим и т.п. Частные и некоммерческие структуры все более активно привлекаются и к реализации государственных социальных программ, участвуют в управлении образовательными, медицинскими, пенитенциарными и другими учреждениями.

Перераспределение функций между основными секторами приводит к более рациональному использованию ресурсов: работники общественного сектора могут сосредоточиться на решении стратегических задач, а его контрагенты получают новые возможности расширения рынков. В ряду важнейших воздействий аутсорсинга на сектор услуг и все хозяйство - открытие рынков для нового бизнеса, прежде всего мелкого и среднего, способного найти место в удовлетворении, нередко только на первых порах, нишевого спроса.

Практика аутсорсинга интенсивно осваивается и компаниями самого сектора услуг. Углубляя специализацию или уходя с менее перспективных рынков, крупные фирмы освобождаются от тех или иных производств или создают отдельные подразделения, как правило, с высокой степенью автономии. Из состава аудиторских компаний часто выделяется консалтинг, в блоке информационных - более четко разграничиваются счетно-вычислительные услуги, разработка софта, услуги по системной интеграции, обслуживанию и управлению компьютерными сетями.

Следует отметить, что, несмотря на бурное развитие аутсорсинга услуг, в компаниях действуют по тем или иным причинам и разного рода соображениям, в частности стратегического порядка, собственные подразделения, которые чаще всего специализируются в области научных исследований (ИР), маркетинга, долгосрочного планирования и прогнозирования, разработки инвестиционных программ и т.п. Но при решении обычно более конкретных задач бизнес обращается к услугам сторонних поставщиков. Спрос современного производства на услуги удовлетворяются, таким образом, в самых разных формах, и компании принимают решения о целесообразности того или иного варианта - собственными силами или за счет аутсорсинга-, руководствуясь стратегией и рыночной конъюнктурой.

Развитие этой организационной модели сильно подтолкнуло интеграцию услуг в воспроизводственный процесс в качестве оборотного компонента общественного продукта. Если в прошлом продукция отраслей услуг в основном или значительной части предназначались для целей конечного потребления, то с изменением хозяйственных условий, источников экономического роста, усилением фрагментации общественного производства, в том числе и за счет аутсорсинга, их растущие объемы стали потребляться, как промежуточный продукт. В последние 3 десятилетия потоки услуг транспорта, связи, торговли, финансов, существенно пополнились продукцией крупного блока информационных, профессиональных и деловых услуг, в значительной части работающих на нужды бизнеса и других секторов. Соответственно возрастает доля промежуточного спроса в структуре реализации продукции рассматриваемых отраслей. В США, например, за 1998-2007 гг. в общих расходах производства на товары и услуги этот показатель вырос с 52 до 56%.[8]В начале текущего десятилетия в развитых странах в производство направлялось более % продукции транспорта и связи, 40% - финансовых и 60% - профессиональных и деловых услуг, а по динамике впереди идут телекоммуникации, компьютерные услуги, службы занятости и другие виды услуг бизнесу. [9]

Практика опровергает, таким образом, довольно распространенное, особенно в российских экономических исследованиях, утверждение о преимущественной направленности производства услуг на удовлетворение конечного спроса и в частности социальных потребностей населения. В США за период с 1988 по 2000г. продажи услуг производству увеличились на 56%, потребительскому сектору - на 29%; численность занятых в услугах производственного назначения выросла на 88%, потребительского - на 49%, в услугах смешанного характера - на 34%. В результате доля услуг, направляемая в производство, повысилась за эти годы с 45 до 48%, на потребительский рынок - уменьшилась с 53 до 51% (их небольшая часть потребляется в госаппарате).[10]То есть продукция сектора распределяется между конечным и промежуточным спросом примерно в равных долях.

Новое и весьма значимое явление с позиций источников роста сектора услуг в последние 2,5-3 десятилетия - существенное усиление роли науки и инноваций. Многие отрасли длительное время находились на обочине магистральных направлений научно-технического прогресса, а их производственная база совершенствовалась главным образом за счет внешних связей - с поставщиками оборудования, материалов, фирмами фармацевтической и химической промышленности т.д. Эффект такой модели технологического развития не мог быть высоким, поскольку смежники, если и учитывали производственную специфику услуг, то далеко не в полной мере. Обычная практика сводилась к адаптации к нуждам сервисных отраслей              оборудования, материалов, инструментария

общепромышленного назначения с теми или иными модификациями. В современной экономике эта ситуация меняется кардинально. Сегодня услуги втянуты в общий поток инноваций и научно-технологических преобразований, а целый ряд отраслей оказались в его центре.

Бизнес в услугах, как и в других отраслях, исходит сегодня в своей деятельности из тесной зависимости рыночного успеха от постоянного притока собственных инноваций, все более весомо дополняющих накопленный производственный и деловой опыт, а также нововведения, поступающие от смежников и другие факторы. Научные исследования и разработки становятся приоритетным направлением деятельности растущего числа фирм, а расходы на эти цели в рассматриваемом секторе стремительно увеличиваются и в последние 2-3 десятилетия по темпам превосходят промышленность. В период с 1995 по 2004г. среднегодовой показатель их прироста в Ирландии и Испании составил 20%, в большинстве других стран ОЭСР варьировал в диапазоне от 9 до 16%, тогда как в обрабатывающей промышленности не достигал 10%. При сопоставлении следует учитывать более низкую исходную базу в услугах, тем не менее, высокая динамика не вызывают сомнений. В середине текущего десятилетия доля рассматриваемого сектора в общих расходах бизнеса на ИР в ряде стран превысила 1/3, в Австралии и Новой Зеландии достигала 41%, в США - 36%, Дании и Норвегии - 35%, Чехии и Ирландии - 34%. Значительно ниже - на уровне 10% - этот индекс в Германии, Японии и Корее, что эксперты частично связывают с низким охватом услуг в соответствующих обследованиях.[11]

Показательно, что в целом ряде сервисных отраслей показатель наукоинтенсивности продукции, (отношение расходов на ИР к чистой выручке) ныне намного превосходит его среднее значение в обрабатывающей промышленности и частном секторе хозяйства. В США в 2005г. в разработке софта он составлял 21,9%, услугах по системной интеграции и управлению информационными системами - 10,0%, в архитектурно-инджиниринговых - 9,4%, научно-исследовательских фирмах - 35,6%, тогда как в промышленности и обрабатывающей индустрии - соответственно 3,7% и 4,0%. Среди 1400 крупнейших компаний мира, ранжированных по индексу наукоинтенсивности в 2007г., 6-ое место занимали производители программного продукта и компьютерных услуг - 9,8%, 12-е место - медицинского оборудования и услуг - 6,8%, а возглавляли список фирмы, работающие в области фармацевтики и биотехнологий (15,9%) при среднем показателе, равном 3,4%.[12]В ряд лидеров в расширении ИР быстро выдвигаются фирмы профессиональных и деловых услуг, Интернет-компании и т.п.

Научные исследования активизируются и в традиционных отраслях, и некоторые из них быстро преодолевают средний порог наукоинтенсивности. Наиболее показательна ситуация в США, где затраты на ИР в розничной торговле - в 2001 г. 24,3 млрд. долл. - были не намного меньше, чем в транспортном машиностроении, и выше, чем в химической промышленности, а индекс наукоинтенсивности отрасли - 5,3% -, превышал средний показатель по компаниям частного сектора и обрабатывающей индустрии.[13]В европейских странах отмечается быстрый прогресс в этом отношении услуг рекреации, гостиничного и медиа-бизнеса и т.п. Не безосновательно, на наш взгляд, высказываемое в научных кругах мнение о возможной в перспективе замене ИКТ в роли локомотива экономического роста биотехнологиями и рядом традиционных отраслей.[14]В то же время анализ показывает, что интеграция услуг в экономику знания осуществляется при глубоких отраслевых различиях в уровнях и динамике ИР, и этот сектор по показателю наукоинтенсивости в большинстве стран уступает промышленности и частному сектору хозяйства.

В последние десятилетия явно изменилось отношение отраслей-смежников к запросам их потребителей в сфере услуг. Под давлением конкуренции и в целях сохранения крупных и растущих рынков они целенаправленно работают на их потребности, досконально изучают и максимально учитывают специфику каждого вида деятельности. Тематика, связанная с услугами преобладает в научных подразделениях компаний ИКТ, занимает все более заметное место и в других промышленных компаниях, ориентированных на поиск новых перспективных рынков, разработку инноваций прорывного характера. В исследованиях учитывается растущая интеграция и во многих случаях неотделимость материального продукта и услуги, а товары изначально разрабатываются в единстве с набором услуг.

Крупный и растущий вклад в развитие научного потенциала отраслей услуг вносит современное государство. Как и в индустрии, здесь практикуется софинансирование ИР. Доля госбюджета в расходах на совместные проекты в услугах скромнее, чем в промышленности, не в последнюю очередь из-за их сравнительно слабой вовлеченности в систему оборонного заказа, но растет довольно динамично. Бюджетные средства в основном направляются в частные научно-исследовательские центры и лаборатории, фирмы информационных услуг, прежде всего в сферу теле- и радиовещания и инженерно-строительный бизнес. Но главный канал воздействия государства на развитие ИР в услугах - бюджетное финансирование фундаментальных исследований в области              естественных, общественных и гуманитарных наук. В этом отношении лидируют США, где расходы на эти научные направления увеличились за 1990-2007 гг. с 42 до 56% федерального научного бюджета. Безусловный приоритет отдается при этом сфере здравоохранения: при росте всех расходов федерального уровня на ИР за 19902007гг. в 2,4 раза затраты на здравоохранение увеличились в 3,4 раза и достигли 30 млрд. долл., что почти втрое больше расходов на космические исследования и вторая после расходов оборонного назначения позиция в научном бюджете. Страна расходует на ИР в сфере здравоохранения 0,22% ВВП, что выше, чем в среднем по странам ОЭСР- 0,11% и тем более в ЕС и Японии - в 2006г. соответственно 0,05 и 0,03%. Разрыв между странами, однако, сглаживается, если учитывать другие источники финансирования науки - медицинские центры, университеты, различные организации научного профиля и особенно фармацевтическую промышленность. При таком подходе к планке, установленной США, подтягиваются Швеция и ряд других стран.[15]Результаты государственного финансирования естественных, гуманитарных, социальных наук, как, впрочем, и инженерных, выходят в той или иной степени на отрасли услуг, совершенствуя качество нематериальных ресурсов и производства, способствуя развитию человека и системы общественных отношений.

Выход целого ряда услуг на передовые рубежи прогресса знаний кардинально меняет их устоявшиеся характеристики. Разрушается миф о категорической несовместимости производства многих услуг с наукой, техникой, технологиями. Будучи в прошлом преимущественно потребителями науки и инноваций, сегодня они становятся их производителями и встраиваются в этом качестве в экономику знания, как ее интегральный элемент.

Рассматриваемые отрасли в целом не испытывали сколько-нибудь жестких ограничений со стороны традиционных источников ресурсного обеспечения. Потребности в капиталовложениях - а доля услуг повысилась в развитых странах за 3 десятилетия примерно с 1/2 до 2/3 общего объема частных инвестиций - покрывались за счет внутренних накоплений, кредитов, перелива капитала из других секторов хозяйства, значительного притока иностранных инвестиций. Не было особых проблем и с трудовыми ресурсами, несмотря на то, что интенсивная «технологизация» большинства отраслей не меняла их высоко трудоемкого характера, и они по прежнему нуждались в масштабном притоке рабочей силы. Развитый рынок труда в общем удовлетворял запросы производства по численности и качеству рабочей силы - уровню образования, профессиональной подготовки и другим критериям. На протяжении трех предкризисных десятилетий доля сектора услуг повышалась в общей численности занятых всех стран и к 2007 г. самого высокого уровня - 75-79% - достигла в Австралии, Норвегии, Швеции, США и Великобритании. В среднем по странам ОЭСР за 1995-2007гг. она выросла с 64 до 70%.[16]

Наряду с новыми процессами не ослабевало действие основополагающих движущих сил производства услуг. На основе повышения уровня и качества жизни населения, диверсификации набора услуг расширялся потребительский спрос. В сфере конечного потребления также прослеживается сдвиг в направлении услуг более высокого класса. В бюджете домашних хозяйств расходы на традиционные виды коммунального, бытового и рекреационного сервиса - косметических салонов, прачечных и химчистки, ремонтных, мастерских, автообслуживания и т.п.

относительно сокращаются в пользу образования, здравоохранения, культуры. Все более востребованы услуги специалистов в области семейных отношений, воспитания детей, финансовых и инвестиционных консультантов, дизайнеров помещений и земельных участков и т.п. Активным участником рынка стало государство, направлявшее на потребление услуг населением внушительные объемы бюджетных средств. Известный исследователь экономики услуг А. Вельфль (Anita Wolfl) подчеркивает, что эффект расширения конечного спроса на услуги усиливался такими его особенностями, как «высокая эластичность спроса на ряд услуг по доходам, демографические изменения в обществе, а именно постарение населения, и растущие объемы предоставления некоторых услуг в форме общественных благ».[17]

Анализ сектора услуг показывает, что и при безусловном сходстве основных направлений и форм многоплановых изменений он по-прежнему сохраняет национальную специфику, а страновые динамические и структурные параметры в той или иной степени отклоняются от общего тренда. По-разному складывалось по странам соотношение рассмотренных факторов экономического роста. В каждой из них на первый план в разные периоды выдвигались то или иные стимулы, но наилучшие результаты давали, как правило, глубина преобразований и их совпадение во времени. Высокие темпы роста экономики и услуг в рассматриваемый период в США, Великобритании, Новой Зеландии - во многом результат тесного взаимодействия технологических и институциональных сдвигов, реструктуризации экономики. В то же время пример Японии показывает, что промедление с институциональными реформами было одним из факторов торможения экономического роста, несмотря на впечатляющий прогресс страны в области информатизации хозяйства и услуг.

Р а зличались по значимости и основные источники роста на отраслевом уровне. Так, исследователи финансового сектора на первое место среди них ставят не информатизацию и компьютеризацию, что казалось бы, не вызывает сомнений, а качество человеческого капитала, высокий профессионализм и творческий потенциал рабочей силы.[18]Тем не менее, при явных страновых и отраслевых различиях в динамике услуг для современной стадии экономического развития характерны, во-первых, расширение позиций сферы услуг в экономике, и, во- вторых, быстро возрастающее сходство секторальной структуры производства в развитых странах (см. табл.1.1.)

В результате систематического опережающего роста нематериального производства экономика развитых стран функционирует как экономика услуг: доля этого сектора в ВВП в конце первого десятилетия XXI в. варьирует по странам в пределах 65-75% ВВП, в ЕС - составляет 72%. Из единообразной картины выпадает Норвегия, где вследствие открытия и разработки богатых нефтегазовых месторождений произошло перераспределение позиций между услугами и

добывающей промышленностью. При оценке этой «аномалии» следует, однако, учитывать, во-первых, высокий уровень развития сферы услуг в предшествующий период, и,              во-вторых, определенную стабилизацию пропорций в текущем

десятилетии.

Таблица 1.1. Удельный вес секторов хозяйства в ВВП ряда стран, (%)

Рассчитано по: OECD Factbook 2009. Economic, Environmental and Social Statistics. OECD 2009 P.62,63; OECD in Figures 1997 P.30,31; 2009 P.16,17..

Общий тренд эволюции современной глобальной экономики в направлении услуг, определяемый группой развитых стран, получает в последние годы сильный импульс со стороны государств с развивающимися рынками, ориентированных в недавнем прошлом на рост индустрии и/или задержавшихся на этой стадии - Польши, Чехии, Кореи, Испании, а также Китая, где доля услуг в ВВП за 19952005 гг. выросла с 33 до 41%, и Индии, где она превысила 55%.[19]В мировом ВВП и секторальные пропорции меняются еще более интенсивно (см. рис.1. и рис. 2).

80 70 60 50 40 30 20

70

60

50

40

30

   Диаграмма

Источник и сноска те же, что в рис.1

Выводы об опережающей динамике сектора услуг и его преобладании в хозяйственной структуре основываются на расчете продукции в текущих ценах, и исследователи нередко подвергают их сомнению, считая этот феномен в основном результатом относительного удорожания услуг, вызванного высокой динамикой спроса и низкой - производительности труда. Ценовая составляющая, безусловно, оказывает влияние на динамику услуг, но не отменяет правомерность этого подхода, поскольку на действующих ценах строится вся экономическая система, а их ожидаемые изменения определяют ее перспективы. К тому же сильное когда-то влияние ценового фактора на динамику рассматриваемого сектора, на наш взгляд, ослабевает из-за изменения в новых условиях сложившегося в прошлом соотношения динамики цен на услуги и материальный продукт. Общеизвестно непрерывное и резкое удешевление продукции информационного комплекса, да и в целом ряде традиционных услуг рост цен замедляется или они снижаются. В США, например, товарная часть ВВП за 1995-2008 гг. повысилась в цене на 31%, а представленная услугами - на 29%; на 60% упали цены на продукцию информационного комплекса. В составе промежуточного продукта в период с 1998 по 2007 гг. цены на энергетические ресурсы в среднем в год повышались на 6,7%,

на другие виды сырья и материалов - на 2,5%, тогда как на услуги - на 1,9%.И хотя сервис других, главным образом потребительских и социальных отраслей, продолжает дорожать, расхождения в индексах роста продукции, измеренной по разным ценам, за короткие периоды невелики, но при сравнении темпов за длительные периоды возникает проблема адекватности ценового дефлятора, отражения в нем многосложных изменений.

О причинах сдвигов в ценовых пропорциях - вызваны они перегревом конъюнктуры, рывком цен на энергетические и сырьевые ресурсы в последние 1,5 десятилетия или действием глубинных причин - можно будет более обоснованно судить по окончании глобального кризиса. Но решение этой проблемы, как и многих других, касающихся развития сектора услуг, критически зависит от совершенствования статистической базы, разработки методологии и системы показателей, которые давали бы адекватную характеристику основных параметров современной динамичной, высоко диверсифицированной экономики с крупным нематериальным компонентом. Развернувшаяся в последние десятилетия работа статистических и экономических служб развитых стран по совершенствованию статистики, в первую очередь в отраслях услуг, вселяет надежду на более полное и достоверное отражение современной многосложной действительности.