§3. Трудовые ресурсы. Занятость и безработица

Структура занятости населения в отраслях экономики развитых стран. Рассмотрим эволюцию структур занятости населения в стра­нах «большой семерки», и в странах так называемого «ядра» глобаль­ной экономики.

Даже в середине XX в. во многих развитых странах значительная доля рабочей силы была занята в сельском хозяйстве. Общая тенденция вплоть до начала 1970-х гг. была направлена к структуре занятости, которую характеризовал одновременный рост занятости в промышленности и сфере услуг за счет сельского хозяйства. Иначе говоря, процесс индустриализации способствовал перераспределению избытка сельскохозяйственного населения между промышленным производством (особенно в обрабатывающей промышленности) и услугами.

В США с 1930 по 1970 г. произошло увеличение занятости в обрабатывающей промышленности с 24,5 % до 25,9 %; в Канаде - с 17 % в 1921 г. до 22 % в 1971 г. В Японии также наблюдался заметный рост рабочей силы в индуст­риальном секторе (с 16,6% в 1920 г. до 26,0% в 1970 г.). Увеличива­лась занятость в промышленности в Германии, Франции, Италии, Ве­ликобритании.

Иными словами, первоначально сдвиг в структуре занятости в поль­зу сферы услуг и строительства происходил за счет сельского хозяй­ства; а не за счет промышленного производства. Но в последующие десятилетия процесс экономической реструктуризации и технологи­ческой трансформации привел к сокращению занятости в промыш­ленности во всех развитых странах.

Однако происходил данный процесс в разных странах неодинако­во, указывая на значительную разницу социальных структур, соответствующую особенностям экономической политики государств, а так­же стратегий транснациональных корпораций. Так, некоторые страны (Великобритания, США, Италия), сокращая долю занятых в обрабатывающей промышленности, переживали быструю деиндустриализацию. А вот Япония и Германия сокращали долю промышленной рабочей силы умеренно.

Рост занятости в сфере услуг в последней четверти XX в. укрепило господство этого сектора в экономике развитых стран, вступивших в эпоху постиндустриализма. В настоящее время большая доля ВВП создает­ся именно в сфере услуг, и большинство населения во всех экономи­чески развитых странах занято в этой сфере. Необходимо, однако, дифференцированно рассматривать эволюцию каждого типа услуг: услуги производителям, которые рассматриваются как обеспечивающие информацию и поддержку роста производительности и эффективно­сти работы; социальные услуги; распределительные услуги; бытовые услуги и др. Так, например, обработка информации является наибо­лее продуктивной тогда, когда она встроена в материальное производ­ство или в сферу товарных операций, вместо того чтобы выделиться в самостоятельный вид деятельности в новом разделении труда.

Иными словами, эволюция занятости населения мира во второй по­ловине XX в. в развитых странах показывает общую тенденцию струк­турного сокращения рабочих мест в индустриальном секторе эконо­мики. Однако одновременно в обрабатывающей промышленности, наряду с сокращением промышленной занятости, отмечается значи­тельное расширение занятости в сфере производственных услуг.

Структура занятости населения в развивающихся странах. В от­личие от процессов, происходящих в развитых странах в связи с их вступлением в фазу постиндустриализма, большинство развивающих­ся стран находится еще только на пути перехода из доиндустриальной фазы в индустриальную, в связи с чем занятость населения в промыш­ленном секторе экономики этих стран возрастает.

Таким образом, рассуждая о постиндустриализме, следует отме­тить, что в конце XX в. мировое хозяйство фактически переживало одну из величайших волн индустриализации в истории. Например, такой показатель, как абсолютная численность промышленных рабо­чих, демонстрирует продолжающийся рост. Это происходит как за счет быстрых темпов увеличения численности населения развивающихся стран, так и вследствие структурной перестройки их экономики.

За последние 50 лет разрыв в средних значениях показателя ВВП в расчете на душу населения в Европе и в развивающихся странах вырос почти втрое — с 23 до 60 раз. И даже в отношении азиатских НИС, столь успешно развивавшихся, речь идет в большей степени лишь об ускоренном индустриальном развитии. Оно может подталкиваться политическими или экономи­ческими методами. Но результат будет лишь в увеличении производства товаров массового спроса. Уровень жизни можно повысить с помощью радикального ускорения хозяйственного развития, но создать постиндустриальное общество подобными методами нельзя.

Иными словами, постиндустриальный мир становится фактически все более замкнутым: между Западной Европой, США, Японией и еще несколькими развитыми странами. Именно между ними происходит свыше 75 % всех осуществляющихся на планете торговых трансакций, на них же приходится более 80 % всех иностранных инвестиций. Стра­ны ЕС и США в настоящее время контролируют более 75 % мирового парка компьютеров, свыше 80 % всех выданных в мире патентов на изобретения и почти 90 % рынка программного обеспечения.

Глобальный рынок труда. Существует ли в настоящее время гло­бальный рынок труда и глобальная рабочая сила? В то время как су­ществует миграция капитала в финансовых сетях мировой экономики, труд остается ограниченным границами, культурой, законодательством и т. д. Лишь небольшая, хотя и увеличивающаяся год от года, часть глобальной рабочей силы трудится за пределами своих стран, при этом довольно велика доля нелегальных мигрантов. Важным фактором в дви­жении населения являются массовые перемещения людей из-за воен­ных действий и голода.

Тем не менее, в последние десятилетия международная миграция на­чинает оказывать все возрастающее влияние на мировой рынок труда.

Она охватывает все континенты, социальные слои и группы населе­ния, вовлекая их в различные сферы жизнедеятельности мирового сооб­щества. Так, согласно оценкам, численность международных мигран­тов в 1965 г. составляла 75 млн. человек, в 1990 г. эта цифра увеличилась до 120 млн. человек, а в начале 2000-х гг. оценивается в 140-150 млн. человек. Вектор международных миграционных потоков направлен от менее развитых стран к более развитым.

Главными поставщиками рабочей силы являются страны — доноры мигрантов: Египет, Ирак, Ливан, Сирия, Иордания, Китай, Филиппи­ны, Таиланд, Вьетнам и др. С начала 1990-х гг. значительно увеличился отток рабочей силы из стран Восточной Европы (включая республики бывшего СССР), активно включившихся в мировой миграционный обмен. Эмиграция стала превышать иммиграцию даже в странах Ла­тинской Америки, некоторые из которых в последние годы вынужде­ны разрабатывать специальные программы по привлечению иностран­ной рабочей силы.

Лидируют среди принимающих стран США, где число иммигран­тов установилось на уровне 800 тыс. человек в год. Крупнейшими стра­нами-реципиентами по-прежнему остаются ФРГ, Канада, Великобри­тания, Австралия, Франция, Нидерланды. Уже с середины 1970-х гг. одним из центров притяжения иностранной рабочей силы стали неф­тедобывающие страны Персидского залива. Причем в ряде стран (Ку­вейт, Бахрейн, Катар) доля иностранцев столь велика, что местное население выступает уже в качестве меньшинства населения. Увели­чились в 1990-е гг. потоки мигрантов в регионе Центрально-Восточ­ной Европы. При этом странами — донорами мигрантов выступают Албания, Болгария, Польша, Румыния и многие страны СНГ, а центрами притяжения иностранной рабочей силы, которая в некоторой степени смягчает происходящие в этих странах негативные процессы депопуляции населения, стали Венгрия, Словения, Чехия.

После распада СССР главным центром притяжения мигрантов для населения многих стран СНГ и Балтии стала Россия. Так, в период с 1992 по 2002 г. в Россию официально въехало 4,6 млн. человек (в ос­новном из стран «ближнего зарубежья», в первую очередь из Казах­стана, Украины, Узбекистана и др.). А выбыло из нашей страны за тот же период 2,4 млн. жителей. Однако в последние годы масштабы мигра­ционных процессов заметно сократились. Так, положительное сальдо миграции в России сократилось с 500 тысяч человек в 1995 г. до 78 ты­сяч в 2002 г., когда прибыло в страну почти 185 тыс. человек, а выеха­ло около 107 тыс. Тем не менее, из России по-прежнему происходит отток генофонда страны, наиболее квалифицированной рабочей силы в «дальнее зарубежье» (в первую очередь в Германию, Израиль и США). Одновременно возрастает приток в страну мигрантов из менее разви­тых стран, в том числе из Азии и Африки, малоквалифицированной рабочей силы, криминальных элементов и т. д.

В последние годы на мировом рынке труда прослеживается общая тенденция к росту эмиграции высококвалифицированных специали­стов. Кроме России и других стран Восточной Европы, основными по­ставщиками кадров высокой квалификации являются Индия, Паки­стан, Египет. Эта часть рабочей силы мигрирует в наиболее развитые страны мира, где их труд может быть оценен более высоко.

Одной из наиболее острых проблем современного мира является нелегальная иммиграция рабочей силы, размеры которой определить практически невозможно. Так, согласно экспертным оценкам, числен­ность нелегальных иммигрантов в США колеблется в пределах от 2 до 15 млн. человек, в Западной Европе — от 1,5 до 5 млн. человек, в Рос­сии — от 4,5 до 5 млн. Живучесть нелегальной миграции населения объясняется в первую очередь тем, что нелегалы представляют собой самую дешевую и бесправную категорию рабочей силы, а ее использо­вание выгодно не только местным предпринимателям, но и принима­ющему государству в целом. Существенную роль с точки зрения тру­доустройства мигрантов играют такие характеристики, как пол, возраст, национальность, уровень квалификации, профессиональный опыт, знание языка местного населения и др.

Иностранные рабочие в разных странах больше подвержены безра­ботице, чем коренное население, при этом они концентрируются в основ­ном в отраслях, находящихся в упадке или в стадии реструктуризации (отдельные отрасли добывающей и обрабатывающей промышленно­сти), подверженных конъюнктурным колебаниям (строительство, об­щественные работы), а также в отраслях, не пользующихся спросом у местного населения (дворники, мусорщики и др.). Так, например, во Франции мигранты составляют примерно 25 % занятых в строитель­стве, в Швейцарии — около 40 %, а в России — более 50 %.

Иными словами, глобализация и либерализация мировой экономики позволяют все полнее использовать преимущества рыночного хозяй­ства и открытого общества на глобальном рынке труда. Однако меж­дународная миграция и глобальная конкуренция ведут к усилению неравенства между странами, потере рабочих мест, созданию новых условий занятости населения, которые на поверку обеспечивают меньше социальных благ. При этом согласно данным экспертов Международной организации труда (МОТ), растет безработица, которая составляет около 6,5 % всего трудоспособного населения планеты. Зачастую имен­но безработные пополняют ряды работников теневого сектора, масштабы которого в мировом хозяйстве, согласно оценкам, уже превыша­ют официальную экономику. С одной стороны, международную миграцию рабочей силы можно рассматривать как средство сглаживания многих демографических проблем, в том числе обусловленных процессами старения и депопу­ляции населения в отдельных странах. Повышение мобильности трудовых ресурсов способствует экономическому росту. Свободное переме­щение людей как внутри страны, так и за ее пределами предоставляет людям возможность наиболее выгодно применить свои знания, опыт и профессиональные навыки. Иммигранты могут менять в лучшую сторону соотношение между работающим и неработающим населени­ем. С другой стороны, возрастающие масштабы международной миграции населения зачастую ведут к обострению разного рода конфликтов (этнических, религиозных, социальных и др.), криминализации общества и расширению теневой экономики. Существенное влияние, миграционные процессы оказывают на многие развивающиеся страны, которые выступают в качестве стран-доноров и при этом утрачивают часть своего населения. В этих государствах формируется нехватка трудовых ресурсов, так как на заработки в другие страны выезжают наиболее здоровые, молодые и более квалифицированные и профес­сионально подготовленные работники. Иначе говоря, миграционные процессы оказывают далеко не однозначное воздействие на отдельные страны и их уровень международной конкурентоспособности.