Уместность модели Мински в современном мире

Модель Ммнски может быть применена к международному валютному рынку и к периодам переоцененности и недооцененное™ национальных валют. Изменение международного курса валют имеет существенное отношение к стоимостному балансу, несмотря на значительные рыночные интервенции Центральных банков.

приводят к значительным потерям для некоторых компаний и банков, в то время как другие получают существенную торговую прибыль [8].

Внешние долги Мексики, Бразилии, Аргентины и других развивающихся стран с 1972 по 1982 г. возросли со $125 до $800 млрд. Банковские кредиты этим странам увеличивались ежегодно на 30%, темны прироста внешнего долга составили 20% в год. В основном эти кредиты предоставлялись сроком на 8 лет по плавающей процентной ставке LIB OR, Лондонской ставки предложения по межбанковским депозитам плюс определенная маржа. В среднем процентные ставки находились на уровне 8%, хотя в течение десятилетия наблюдалась тенденция к их росту. Денежные средства, которые заемщики получали в виде новых кредитов, были значительно больше, чем процентные платежи по уже имеющейся задолженности, поэтому они не испытывали проблем или трудностей но своевременному обслуживанию своих долгов.

Приток иностранных фондов привел к реальному повышению курса валют стран — импортеров капитала, что было необходимо для того, чтобы дефицит по торговым и текущим счетам мог бы более или менее соответствовать избытку по счетам движения капитала. Очевидно, что в какой-то момент времени приток денежных средств на основе новых займов стал бы недостаточным для выплаты процентных платежей по просроченной задолженности, и, одновременно, произошло бы снижение валютного курса. Уменьшение притока капитала привело к необходимости наличия излишка по торговым и текущим счетам для уплаты процентных долгов иностранным кредиторам. Многие из этих заемщиков объявили дефолт по долгам, когда выдача новых займов была приостановлена.

В течение 1980-х гг. цены на недвижимость в Японии возросли в 10 раз, а на ценные бумаги — в 6-7 раз; во второй половине того же десятилетия в этой стране произошел экономический бум. Темпы дохода на капитал, вложенный в недвижимость, составляли около 30% в год. Коммерческие предприятия осознали, что прибыль от вложений в недвижимость гораздо выше, чем от производства стали, автомобилей или телевизоров. Поэтому они начали активно вкладывать заемные средства в приобретение этого вида активов. Цены на недвижимость росли во много раз быстрее, чем арендная плата. На каком-то этапе чистый доход по арендной плате упал ниже, чем процентные платежи по кредитам, взятым для приобретения недвижимости, и в результате у заемщиков возник отрицательный денежный поток. Заемщики могли бы получить средства, необходимые для уплаты процентов, путем увеличения своих займов под объекты, которые уже находились у них в собственности. В начале 1990-х гг. управляющий Банком Японии настоятельно рекомендовал коммерческим банкам ограничить рост новых кредитов на приобретение недвижимости в общем объеме кредитования. Как только рост объемов таких кредитов сократился с 30% до 5-6% годовых, некоторым компаниям и инвесторам, нуждающимся в денежных средствах для уплаты процентов по существующей задолженности, доступ к кредитам был закрыт. Тогда они начали продавать недвижимость — это привело к тому, что «пузырь» на рынке недвижимости лопнул.

Современные международные финансовые позиции США в некоторой степени схожи с ситуацией в Мексике, Бразилии и Аргентине в 1970-х гг. Эти страны имели значительный дефицит по текущим счетам и получали денежные средства для уплаты задолженности иностранным кредиторам от самих же иностранных кредиторов. Смысл происходящего заключается в том, что в США положение с уплатой внешнего долга также неустойчиво.

Эта книга представляет собой исследование истории финансов и не преследует цели создания экономических прогнозов. Складывается впечатление, что инвесторы не извлекают уроки из исторического опыта.

з