Политические деятели, ответственные за осуществление денежно-кредитной политики

С тех самых пор, когда Банк Англии постепенно превратился из частного учреждения в первый в мире центральный банк государства, сотрудники центральных банков образуют первую линию обороны от экономических потрясений.

Одной из главных функций руководства и сотрудников центральных банков является попытка управления основной движущей силой экономики — доверием в бизнесе, или его близким аналогом — кредитом. Вот что писал в своей книге Lombard Street: A Description of the Money Market («Ломбард-стрит: описание рынка денег») (і8дб) Уолтер Бэджет (впоследствии редактор газеты The Economist): «Одним из наиболее изменчивых является кредит — склонность одного человека доверять другому. Следствием произошедшего в Англии огромного бедствия становится всеобщее недоверие, когда каждый подозревает каждого; по мере того, как это бедствие забывается, каждый вновь с доверием относится к каждому. В соответствии со сложившейся у нас системой, Банк Англии обязан не только поддерживать крупные резервы на случай возникновения паники, но и эффективно использовать их, когда начинается всеобщее замешательство»^[148]. Обязанности, заключающиеся в попытках управлять такими вещами, как подозрения или паника и всеобщее замешательство, является трудными по самой своей природе, независимо от того, на кого они возлагаются.

Знаменитый Боб Вудворд в биографии-бестселлере (2001) называет Алана Гринспена, возглавлявшего деятельность ФРС в 1987-2006 гг., «маэстро», в знак признания его заслуг перед американской экономикой. Книга вышла в свет перед самым окончанием впечатляющего подъема фондового рынка и экономического бума 1990-х гг.^[149] Деятельность А. Гринспена снискала широкое восхищение. Многие называли его гением. Но, как выяснилось несколько позже, он оказался у руля ФРС во времена неустойчивого экономического подъема, который после отставки А. Гринспена в 2006 г., сменился глубоким финансовым кризисом, после чего его почему-то перестали воспринимать как гениального экономиста.

Полный финансовый крах стал настоящей проверкой способностей центральных банков всех стран мира к обеспечению стабильного развития национальных экономик. Центральные банки были вынуждены перейти к импровизации и разработке новых решений. Но принимаемые ими меры оказались недостаточными для предотвращения мирового финансового кризиса. Взаимосвязи и взаимозависимости мировой финансовой системы, вызвавшие первоначальные кризисы на рынке жилья и на рынке субстандартной жилищной ипотеки в США, инициировали цепную реакцию по всему миру.

Трудности, с которыми сталкиваются центральные банки, коренятся в проблеме предсказания кризисов или подготовки к ним. В опубликованном ю мая 2006 г. заявлении федерального комитета по операциям на открытом рынке ФРС США (комитет центрального банка, непосредственно ответственный за стабилизацию экономики посредством контроля над процентными ставками и кредитом) не содержится ни малейшего намека на грядущий кризис: «Комитет исходит из замедления в ближайшем будущем темпов роста экономики, приобретающего в значительной степени устойчивый характер, что отчасти отражает постепенное „охлаждение" жилищного рынка и отложенные эффекты повышения процентных ставок и цен на энергоносители.

В июле 2006 г. во вступительном заявлении, предварявшем решение Европейского центрального банка о процентных ставках, его руководитель Жан-Клод Трише писал: «Глобальная экономическая деятельность остается сильной, обеспечивая поддержку экспорту из еврозоны. Мы ожидаем увеличения объема инвестиций, обусловленного сохраняющимися в течение длительного времени очень благоприятными финансовыми условиями, реструктурированием баланса и накоплением средств, а также повышением доходов и эффективности хозяйственной деятельности»^[151].

Никаких крупных, способных привести к кризису, проблем не наблюдал и тесно взаимодействующий с центральными банками Международный валютный фонд (МВФ). В опубликованном в апреле 2006 г. обзоре «Перспективы развития мировой экономики» говорилось: «Несмотря на повышение цен на нефть и стихийные бедствия, мировые темпы экономического роста по-прежнему превосходят ожидания, чему способствуют благоприятные условия на финансовых рынках и продолжение адаптивной макроэкономической политики. Что касается будущего, базисный прогноз предусматривает дальнейший активный рост, хотя... риски все еще смещены в сторону ухудшения, особенно ввиду продолжающегося возрастания значения ключевых факторов уязвимости — прежде всего глобальных дисбалансов»^[152].

Озабоченность «глобальными дисбалансами» — давний рефрен МВФ, которому не дают покоя внешнеторговый дефицит США и профицит во внешней торговле Китая. В то же время аналитики не увидели никаких фундаментальных причин, указывавших на начало в 2007 г. глубокого финансового кризиса. В обзоре содержалось лишь краткое упоминание о существовавшей в США «ключевой неопределенности», связанной с инфляцией на рынке жилья^[153]. К какому заключению мог прийти человек, прочитавший обзор с первой страницы до последней? К выводу о неизбежности «продолжения уверенного роста», обусловленного «благоприятными условиями на финансовом рынке».

В июне 2006 г. в публикации Банка международных расчетов из Швейцарии, тесно взаимодействующего с центральными банками, указывалось исключительно на «признаки возможных в будущем проблем» на рынках высокооцениваемых активов^[154].

Правда заключается в том, что ни один из центральных банков не «разглядел» грядущего кризиса даже в том момент, когда он уже стоял на пороге. В 2006 г. Мартин Чихак провел исследование самых новых на тот момент времени отчетов о финансовой стабильности 47 центральных банков различных стран мира. Он пришел к выводу, что «практически все из отчетов (96%) начинались с положительных оценок прочности внутренней системы; при характеристике ее состояния использовались такие выражения, как „в хорошей форме^[155], „надежная⁴⁴ или, по крайней мере, „улучшающаяся⁴⁴»¹¹.

Тотальное фиаско руководства и сотрудников центральных банков, не предвидевших глубокий финансовый кризис, во многом обусловлено тем, что их деятельность в значительной степени носит политический характер, а также специфическими трудностями, с которыми всегда приходится иметь дело всем тем, кто пытается прогнозировать развитие политической ситуации. Банкиры, как профессионалы, стремились избегать любых проявлений тревоги до тех пор, пока они не будут располагать надежными свидетельствами. Однако любые фактические данные о наступающем кризисе необходимо было проанализировать и вынести собственную интуитивную оценку. Вдобавок отсутствовал политически правильный консенсус, который побуждал бы банкиров к тому, чтобы сделать свои интуитивные догадки достоянием публики.

Для того чтобы «рассмотреть» приближающийся кризис, необходимо было учесть такие факторы, как склонность людей к принятию желаемого за действительное, которая привела к надуванию жилищного «мыльного пузыря»; сомнительные с точки зрения морали поступки многих руководителей, избегавших критиковать его; политические причины, вынудившие регулятивные органы и рейтинговые компании отказаться от противостояния, а также открытую «пузырем» удобную возможность политикам использовать в отношении всемирных взрывов недовольства углублением социального неравенства стратегии «позволим им проесть кредит» (если использовать термин, предложенный Ра- гурамом Раджаном после экономического коллапса)^[156].

Осуществлявшиеся сразу после начала финансового кризиса реформы включали в себя создание новых государственных ведомств, ответственных за получение и анализ информации о финансовых проблемах, а также выработку политики, направленной на их устранение. В США, в соответствии с принятым в 2010 г. законом Додда — Франка, был создан Совет по надзору за финансовой стабильностью (FSOC), а в Европейском союзе, согласно решению Европарламента,—Европейский совет по системным рискам (первоначально его деятельность осуществлялась под эгидой Европейского центрального банка).

В будущем эти ведомства неизбежно столкнутся с очень сложными задачами. Они должны будут неким образом заранее знать о грядущих трудностях и принимать меры, направленные на борьбу с ними. Соответствующие действия сопряжены с необходимостью преодоления различных политических барьеров. Известно, что в центральных банках давно функционируют огромные исследовательские отделы, сотрудники которых регулярно участвуют в международных конференциях. Несмотря на все аналитические ресурсы этих отделов, им не удалось своевременно обнаружить практически никаких признаков наступления текущего кризиса. И поэтому у нас есть все основания скептически воспринимать заявления о будущих прогностических успехах этих структур.

Глубина мирового кризиса позволяет предположить, что предпринятые центральными банками усилия, пусть и запоздалые, позволили предотвратить развитие кризиса по катастрофическому сценарию. Но денежно-кредитной политики самой по себе недостаточно, для того чтобы воспрепятствовать экономическому спаду с его тяжелыми последствиями. Еще одним важнейшим инструментом стабилизации современной экономики является налогово-бюджетная политика, политика налогообложения и государственных расходов.