РАЗВИТИЕ ОБРАЗОВАНИЯ ДИСБАЛАНС СПРОСА И ПРЕДЛОЖЕНИЯ НА РЫНКЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

И. В. Абанкина,

Т.В. Абанкина,

Л.М. Филатова,

Е.А. Николаенко

Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

На протяжении длительного времени с 1995 по 2005 гг.

Последствия финансового кризиса, демографический спад, снижение ус­тойчивости доходов населения повлияли на рынок образовательных услуг, ко­торый под давлением происходящих событий кардинально сократился.

Связано это, в первую очередь, с изменением численности обучающихся в разных сегментах образовательной системы. Демографический спад привел к сокращению численности выпускников школ, что напрямую затронуло пока­затели приема студентов в высшие учебные заведения. Структурные перемеще­ния внутри уровней образования в 2006-2011 гг. привели к смене условий на рынке профессионального образования, которые на данном этапе можно оха­рактеризовать как сжимающийся рынок.

Исследование тенденций общественного спроса в России позволило выя­вить существенные отличия в разных периодах функционирования сферы выс­шего образования, результаты которого имеют важное значение для формирова­ния перспектив развития системы образования с учетом сложившихся трендов^[12].

Потребительские расходы населения на образование

Структура платных услуг населению в системе образования на протяже­нии длительного периода времени с 2000 по 2010 гг., несмотря на кризис, за­нимала очень устойчивые позиции и оказывалась абсолютно нечувствительна к любым изменениям (рис. 1).

Рис. 1. Структура платных услуг населению в России, в % к итогу

Источник: Платное обслуживание населения в России: стат.

Траектория ежегодных отчислений населения на образовательные услуги весьма стабильна и составляет от 7,1% в 2007 г. до 6,7% в 2010 г. Расходы на образование попадают в ту группу услуг, которая структурно устойчива для населения, при этом незначительно выше, чем на оказание медицинских услуг, но, тем не менее, не подвержена существенным влияниям, как транспортные или коммунальные услуги, а также услуги связи.

В период подъема платных услуг (2005-2008 гг.) потоки общего объема средств населения в сферу образования и темпы их роста явно превышали уро­вень инфляции на данный период и по темпам их наращивания свидетельство - вали о приоритетности образовательных услуг (рис. 2).

Рис. 2. Объем платных услуг в системе образования

Источник: Платное обслуживание населения в России: стат. сб. M.: Росстат, 2011.

После финансового кризиса сфера образования ощутила резкий спад фи­нансовой активности на оказание платных услуг, темпы роста которых были ниже уровня инфляции. Таким образом, рынок образовательных услуг является в последние годы в России сжимающимся, и в реальном исчислении не ком­пенсируется дополнительным притоком денежных средств.

Оценим распределение потребительских расходов домашних хозяйств на оплату услуг в системе образования по 10-процентным (децильным) группам населения. Наибольшие доходы и, соответственно, потребительские расходы относятся к десятой группе домохозяйств, но если оценить исключительно рас­ходы на образовательные услуги, то в данной группе домохозяйств отмечается неоднородность динамики на оплату этих услуг. Это свидетельствует о том, что именно высокодоходные группы домохозяйств имеют тенденцию к снижению расходов на образование (см. рис. 3).

Для низкодоходных групп домохозяйств (первая группа домохозяйств) затраты на образование составляют весьма устойчивую часть от общих по­требительских расходов, которая является обязательной даже независимо от низкого уровня доходов.

Политика семей в структурировании своих расходов для высокодоходных групп домохозяйств после кризиса теряет свои позиции в сфере услуг на обра­зование, т.е. именно высокодоходные группы в первую очередь сокращают свои расходы на образование, причем особенно заметно - на высшее образование.

Рис. 3. Потребительские расходы домашних хозяйств на оплату услуг в системе образования, по 10-процентным (децильным) группам населения, в среднем на члена домохозяйства в месяц, руб.

Источник'. Платное обслуживание населения в России: стат. сб. M.: Росстат, 2011.

Таким образом, семьи, особенно высокодоходные, сокращают свое участие в софинансировании образования. В структуре расходов высокодоходных групп домохозяйств расходы на образовательные услуги снижаются, а группы домохо­зяйств с более низкими доходами сохраняют устойчивую структуру расходов.

Система образования: структура образовательной деятельности и тенденции финансирования

Численность студентов в системе высшего профессионального образова­ния (ВПО) до 2008 г. сохраняла определенную стабильность [Балыхин и др., 2005], но после 2008 г. обозначилась тенденция ее снижения. Эти процессы на­прямую повлияли на структурные изменения по формам обучения. Числен-

ность студентов на очной форме обучения стала ниже численности студентов, обучающихся заочно.

Важно подчеркнуть, что с 2011 г. изменилась структура приема в высшие профессиональные учреждения по уровням обучения. Связано это с переходом на двухуровневую систему обучения в высшем образовании по программам обучения бакалавриата и магистратуры. Принятие мер к полному переходу на двухуровневую систему обучения началось в 2007 г., когда вышел закон об

2

уровневом высшем образовании , это позволило в 2011 г. осуществить прием 81% обучающихся на программы бакалавриата. В структуре выпускников и контингента студентов эти сдвиги еще не заметны, но, тем не менее, переход на двухуровневую систему обучения в России все-таки произошел [Абанкина И., Филатова, 2008; Dobryakova, Froumin, 2010].

Финансирование учреждений ВПО характеризуется активными поступ­лениями денежных средств из всех источников до 2009 г. включительно в пре­делах 581 млрд руб. и их снижением на 2,9% к 2010 г. до 565 млрд руб. При этом денежные средства из бюджетных источников имеют растущую динамику с темпами прироста в 2,8% и являются стабильным источником финансовых поступлений [Абанкина Т., 2008; Государственное финансирование... 2008; The Effects of Reform. 2012]. В 2010 г. отмечается явное снижение объемов поступлений внебюджетных источников финансирования и сокращение средств от населения (рис. 4).

Сохранение объемов финансирования высшего образования происходит за счет бюджетных средств при сокращении поступлений со стороны семей и на­учных грантов, участвующих в софинансировании высшего образования [Кузь­минов, Рудник, 2005]. Если сравнивать 2007 и 2010 гг., то грантовая поддержка из внебюджетных фондов существенно сократилась с 22,6 до 1,9%.

Из всех внебюджетных источников средства населения в 2007 г. составля­ли 54%. В посткризисный период они остались фактически единственным ис­точником внебюджетных доходов для вузов, их доля составила 74% в струк­туре внебюджетных источников финансирования. Однако в потребительском поведении семей четко прослеживается их ориентация на сжатие своих расхо­дов в софинансировании высшего образования. Это подтверждается сниже­нием на 9,8% поступлений от населения в систему ВПО в 2010 г. относи­тельно 2009 г.

² Федеральный закон № 232-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части установления уровней высшего профессионального образо­вания)» от 24 октября 2007 г.

Рис. 4. Распределение доходов образовательных учреждений ВПО

Источник: Платное обслуживание населения в России: стат. сб. M.: Росстат, 2011.

Дополнительной тенденцией, приводящей к сокращению потребительского спроса со стороны населения, является отмеченное снижение численности обу­чающихся в системе ВПО и, соответственно, сокращение количества семей, го­товых участвовать в софинансировании высшего образования.

Слияния и поглощения высших учебных заведений в Российской Федерации

Объективные обстоятельства, такие как демографический спад и струк­турные изменения в экономике страны, вызвали серьезные преобразования в российской системе высшего профессионального образования. Одним из спо­собов таких преобразований является организационная интеграция, характер­ными формами которой являются слияние (merge)и поглощение (acquisition) (сокращенная форма M&A).

В ряде стран (Великобритания, США, ЮАР, Финляндия, Австрия и т.д.) в сфере высшего образования уже прошли «волны» M&A, накоплен опреде­ленный опыт, использованы разнообразные методы слияний и поглощений [Gale, 2010]. В России в этой сфере имелся лишь ограниченный опыт. Напри­

мер, на базе двух вузов в 1993 г. был создан Новгородский государственный университет, а в 2006 г. слияние нескольких вузов привело к образованию Си­бирского и Южного федеральных университетов, в 2007 г. к Марийскому госу­дарственному университету был присоединен Марийский государственный пе­дагогический институт им. Н.К. Крупской.

Российское правительство и Министерство образования и науки Россий­ской Федерации фактически дали старт активным слияниям и поглощениям вузов с 1 января 2011 г.^[13]Конечной целью интеграционных процессов в области высшего профессионального образования должно стать повышение качества подготовки студентов за счет объединения финансовых, материально-техниче­ских и интеллектуальных ресурсов. Концепция сокращения вузов полностью укладывается в проект нового федерального закона «Об образовании».

Осенью 2010 г. слились Академия народного хозяйства (АНХ) при Пра­вительстве РФ и Российская академия государственной службы (РАГС) при президенте РФ вместе со своими региональными филиалами. Объединенный вуз получил название Российской академии народного хозяйства и государствен­ной службы при президенте РФ (РАНХ и ГС). В 2011 г. еще десять региональных вузов государственной службы стали частью упомянутого выше вуза Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ.

В 2011 г. пятнадцать государственных вузов России официально объяви­ли о своей реорганизации. Таким образом, в процессе реорганизации были об­новлены 16 вузов, которые присоединили к себе 23 вуза и слились с четырьмя вузами. Шесть педагогических вузов, расположенных в провинциальных цент­рах, были присоединены к классическим университетам. Поглощение девяти технических вузов в основном имело место в столичных городах, в Москве и Санкт-Петербурге. При слиянии двух вузов - Псковского государственного пе­дагогического университета им. С.М. Кирова и Псковского государственного политехнического института - образовался Псковский государственный универ­ситет, а на базе Поморского государственного университета имени М.В. Ломо­носова и двух учреждений среднего профессионального образования был обра­зован Северный (Арктический) федеральный университет им. М. В. Ломоносова.

В 2012 г. интеграционный процесс в сфере высшего профессионального образования продолжился.

Влияние экономического кризиса и демографического спада на развитие образования в России

Начиная с 2001 г. со стороны Правительства России были предприняты меры, позволившие вывести образование в приоритетную социальную от- расль^[14]. Эти решения способствовали существенному увеличению расходов на образование в консолидированном бюджете с 9,7% в 2001 г. до 13,3% в 2005 г. Финансирование на данном этапе выросло в 2,8 раза, что позволило обеспечить развитие ведущей группы вузов (рис. 5).

Рис. 5. Динамика ВВП, консолидированный бюджет и расходы консолидированного бюджета на образование, млрд руб.

Источник: Финансы России. 2010: стат.сб. М.: Росстат, 2010.

В дальнейшем не удалось удержать темпы роста расходов на образование даже с учетом реализации приоритетного национального проекта «Образова- ние»^[15]. В следующие пять лет доля расходов на образование наглядно свиде­

тельствует о снижающейся динамике - это результаты компенсационных ре­шений и следствие кризисных явлений.

На протяжении десятилетия 1995-2005 гг. общественный спрос на про­фессиональное образование в России рос очень высокими темпами. Данный пе­риод можно с уверенностью охарактеризовать как экстенсивный рост на рас­тущем образовательном рынке.

Вместе с тем с 2006 г. тенденция начинает постепенно меняться. Основ­ными причинами, вызвавшими резкое снижение общественного спроса на про­фессиональное образование, стали два ключевых фактора - демографический спад и финансовый кризис. Волна демографического спада докатилась до вузов как раз в период финансового кризиса. Эти два неблагоприятных фактора, дей­ствовавших одновременно, ускорили и усилили эффект: образовательный рынок быстро потерял набранный темп роста, а затем в очень сжатые сроки (букваль­но за два-три года) из расширяющегося превратился в сжимающийся рынок.

Именно в этот момент должны были включиться компенсаторные меха­низмы и начаться процесс реструктуризации, препятствующий неблагоприят­ным тенденциям. Но этого сделано не было. Наоборот, были развернуты меры, маскирующие системные изменения. В систему высшего образования был на­правлен мощный дополнительный финансовый поток бюджетных денег. Си­туация растущего рынка сохранялась только для сектора заочного образования, а сектор очного образования сжимался. Именно проблема спада приема на оч­ное профессиональное образование была замаскирована вливанием бюджетных средств.

В период демографического спада и финансового кризиса университетам были созданы льготные нерыночные условия бюджетного финансирования, ко­торые затормозили процесс эффективной реструктуризации, снизили конку­ренцию по качеству на рынке образовательных услуг. Фактически финансовые потери вузов от сжатия общественного спроса (снижение приема как бюджет­ных, так и платных студентов) и обвального сокращения договорных работ на выполнение научно-исследовательских работ (НИР) и научно-исследователь­ских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по заказу бизнеса были за­мещены бюджетными ресурсами. Но необходимых структурных изменений не произошло. В результате вузы на короткий период оказались нечувствительны­ми к кардинальным изменениям тенденций образовательного рынка.

С 2008 г. рынок профессионального образования переходит в категорию «сжимающегося» рынка. Теперь уже стоит задача повышенной сложности - переломить неблагоприятную тенденцию до того момента, когда наступает

«точка невозврата». Объективные условия складываются следующим образом: новая волна небольшого демографического всплеска «докатится» до вузов к 2020 г.; число выпускников школ в 2020 г. достигнет уровня 2004-2005 гг., не­значительно вырастет к 2023-2024 гг. и снова начнет снижаться. Прием студен­тов на платные места сокращается более быстрыми темпами, а наращивается, соответственно, замедленными темпами.

Таким образом, если вузам не удастся компенсировать потери финансо­вых ресурсов от сокращения приема из-за демографического спада и сверты­вания заказов на НИР и НИОКР из-за финансового кризиса, то в 2015-2016 гг. наступает «точка невозврата» для негосударственных вузов, а в 2017-2018 гг. «точка невозврата» наступает для государственного сектора высшего образова­ния. Такого роста бюджетного финансирования вузов, который наблюдался в период 2006-2009 гг. ожидать не приходится. На ближайшие 10 лет бюджетная политика ужесточается, возрастают требования к сокращению бюджетного де­фицита, кроме того, на первый план выходят другие приоритеты бюджетной политики - пенсионная система, военная реформа и здравоохранение. Расходы вузов, прежде всего, по содержанию имущественного комплекса и эксплуата­ции дорогостоящего оборудования, приобретенного на предыдущем этапе, бу­дут возрастать из-за роста тарифов, расходов на ремонт и т.п. В результате вузы снова окажутся в ситуации хронического недофинансирования, не имея ста­бильных источников покрытия финансового дефицита в среднесрочной пер­спективе.

Заключение

Российская система профессионального образования после 2008 г. пере­живает серьезные перемены, обусловленные демографическим спадом и финан­совым кризисом. Негативные последствия этих воздействий ускорили процесс перехода рынка профессиональных образовательных услуг из расширяющегося в сжимающийся рынок.

В этой ситуации, несомненно, нужна эффективная реструктуризация. У нас нет опыта работы на сжимающемся рынке, поэтому невозможно распространить опыт предыдущих сценариев, а также отсутствуют обоснованные технологии и рычаги. Делаются попытки перехода от реальной модели высшего образования к модели управления результатами, конкурентными по качеству. Это задачи пе­реходного периода, по которым были сделаны осторожные попытки на социаль­ные гарантии к равному доступу и качеству между государственным и частным секторами.

Интеграционные процессы в области высшего профессионального обра­зования, развернувшиеся с 2011 г., на базе объединения финансовых, матери­ально-технических и интеллектуальных ресурсов должны способствовать по­вышению качества подготовки студентов и обеспечению конкурентоспособ­ности на рынке труда.

Профессиональным учебным заведениям для поддержания потребитель­ского спроса необходимо проявлять инициативу по совершенствованию со­временных образовательных программ. Для того чтобы обеспечить развитие сектора профессионального образования и, одновременно, придать импульс к повышению качества, необходимо осуществить переход от управления обра­зовательными учреждениями к управлению образовательными программами.

Литература

Абанкина И.В., Филатова Л.М. Двухуровневое образование в России: ана­лиз подготовки бакалавров и магистров // Ректор вуза. 2008. № 6.

Абанкина Т.В. Стратегии и тактики образовательных реформ: результаты сравнений // Отечественные записки. 2008. № 1.

Балыхин Г.А., Суровое М.В., Маркова О.П., Коновалов B.B.Государствен­ное задание на подготовку специалистов как механизм реализации государствен­ной политики в области модернизации образования / Спрос и предложение на рынке труда и рынке образовательных услуг в регионах России: сб. докл. Кн. III. Петрозаводский гос. ун-т, 2005.

Государственное финансирование высшего профессионального образова­ния. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2008.

Кузьминов Я.И., Рудник Б.Л. О системе инструментов бюджетного финан­сирования высшего профессионального образования // Модернизация экономики и выращивание институтов. Кн. 2 / отв. ред. Е.Г. Ясин. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2005.

Dobryakova M., Froumin I. Higher Engineering Education in Russia: Incentives for Real Change // International Journal for Engineering Education. 2010. Vol. 26. № 5.

Gale S. Etschmaier, Mergers and Acquisitions as Instruments of Strategic Change Management in Higher Education: Assessment Measures and Perceptions of Success. University of Pennsylvania, 2010.

The Effects of Reform on the Performance of Higher Education Institutions / Abankina I., Abankina T., Filatova L. et al. // Journal of Applied Research in Higher Education. Emerald Group Publishing Limited. 2012. Vol. 4. Iss. 1. Р. 23-41.