ЭВОЛЮЦИЯ СТАТУСА НИЗОВЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ АГЕНТОВ (на примере деревни)

Проблемы обеспечения адекватной задачам экономического роста и требованиям реформируемого хозяйственного механизма деятельности низовых экономических агентов встала в повестку дня как одна из приоритетных с первых лет экономических преобразований в КНР.

Во многом изменилось само содержание понятия «низовые экономические агенты», расширившееся за счет появления хозяйственных субъектов необобществленных форм собственности и новых видов экономической деятельности (операции с недвижимостью, ценными бумагами и т.п.), возникновения многочисленного отряда управленцев-менеджеров (в китайском варианте - хозяйствующие лица - цзиньинцзя») и предпринимателей (*циецзя>). По мере укрепления и расширения рыночных начал в народном хозяйстве страны эволюционировали и конкретные цели реформы на уровне предприятий: на смену задаче «расширения прав» предприятий пришла задача их преобразования в полноценных социалистических товаропроизводителей, не только самостоятельно ведущих хозяйственную деятельность, но и отвечающих за прибыли и убытки, и в дальнейшем - в современные предприятия, организационно представляющие собой компании различных типов, способные нормально функционировать в конкурентной рыночной среде. Значительно более диверсифицированный характер обрела структура доходов и расходов экономически активного населения страны.

Экономическая реформа в Китае убедительно продемонстрировала теснейшую взаимосвязь и взаимозависимость преобразований на микроуровне с постепенным вызреванием рыночной среды и трансформацией системы макроэкономического управления и контроля. Она показала, что в отрыве от реальной замены партийно- административных методов макроуправления методами экономическими и юридическими - вслед за переводом экономики на рыночные принципы функционирования - любые права низовых производителей оставались декларированными и плохо реализуемыми на практике.

Как известно, экономическая реформа в Китае еще далеко не завершена1, поэтому вполне закономерно, что задача повышения «качества» низовых экономических агентов, отыскания их оптимального статуса в общем механизме функционирования экономики и сегодня является весьма актуальной для страны, а в тех или иных формах, применительно к тем или иным конкретным субъектам хозяйственной жизни она постоянно будет возникать и впредь. Тем не менее, два десятилетия - вполне достаточный срок для «инвентаризации» и обобщения особенностей и результатов реформы в микроэкономической сфере в Китае, для попыток спрогнозировать варианты последующих преобразований.

На наш взгляд, более или менее полный «набор» низовых экономических агентов, заслуживающих внимания, должен включать хозяйствующие субъекты деревни, производственные предприятия, и прежде всего государственные, трудящихся и наемных работников, управленцев и менеджеров, предпринимателей. Каждый из этих типов экономических агентов заслуживает специального исследования. В данной главе мы рассматриваем преобразования в организации хозяйственной жизни в китайской деревне, затронувшие наибольшую часть населения Китая.

Вставший на путь реформ Китай унаследовал от дореформенного периода систему народных коммун, совмещавших политико-административные и хозяйственные функции. В 1978 г. примерно 180 млн. крестьянских дворов были объединены в 52,7 тыс. коммун, подразделявшихся на 690 тью. больших производственных бригад и 4,8 млн. производственных бригад (в среднем 7 производственных бригад составляли одну большую производственную бригаду, а 13 больших производственных бригад - народную коммуну). Формально основной хозрасчетной единицей по Положению о народных коммунах 1962 г. считалась производственная бригада (как правило - естественная деревня), однако нередко эту функцию выполняли большие производственные бригады (в 1980 г.

На рубеже 70-80-х годов годовые и долгосрочные планы производственно- хозяйственной деятельности были обязаны составлять все три звена народных коммун. В частности, годовой план включал планы развития производства (раздельно по сельскому хозяйству и по предприятиям коммун и бригад), планы капитального строительства, использования рабочей силы, распределения доходов, коллективного благосостояния, финансовый и «планового деторождения». В растениеводстве директивно планировались не только объемы производства многих культур - зерна, хлопка, масла, лубяных культур, шелка, чая, сахароносов, рапса, табака, фруктов, медицинского сырья, но и посевные площади под ними и урожайность с единицы площади. Главным инструментом выполнения плановых заданий выступали госзакупки основных видов сельхозпродукции, включавшие, например, в случае с зерном три компонента: обязательные поставки в счет сельхозналога (*чжэншоу»1 твердые, или централизованные, закупки (<дингоу», <тунгоу») и дополнительные закупки по премиальным ценам, проводившиеся в том случае, если первые два вида сборов не удовлетворяли потребности страны в зерне.

Распределение доходов в коммунах и производственных бригадах, львиную долю которых составляло натуральное распределение, и прежде всего зерновой паек, предусматривало не только уплату сельхозналога государству (примерно 3- 4% валового дохода) и выплату персонального дохода членам коммун, но и отчисления в ряд коллективных фондов - общественного благосостояния (рекомендовалось отчислять сюда 2-4% распределяемого дохода), общественного накопления (порядка 5%)*, резервный фонд и т.п.

На практике, однако, события развивались по-другому. Стихийно возникшее в 1979 г. и получившее широкое распространение в первой половине 1980 г. массо- вое внедрение подрядных взаимоотношений между крестьянскими дворами и производственными бригадами положило начало скоротечному процёссу демонтажа всей системы сельских народных коммун и произвошяенных бригад^ с октября ТЗКГг. получившему юридическую базу в виде «Уведомления ЦК КПК и Госсовета КНР о разделении административных и хозяйственных функций народных коммун и создании волостных правительств» и завершившемуся в основном уже к 1985 г., как это и предусматривалось вышеназванным документом7. Хотя прежние формы организации сельхозпроизводства частично сохранились (по состоянию на конец 1984 г. в КНР оставалось 249 народных коммун, 7 тью. больших производственных бригад и 128 тыс. производственных бригад)*, на арену вышли новые агенты экономической жизни: свыше 900 тыс. комитетов сельских жителей и крестьянские дворы (семьи), применяющие различные методы подрядного хозяйствования.

Когда переход к подряду стал свершившимся фактом, китайское руководство официально одобрило его (сентябрь 1980 г., документ ЦК КПК № 75), стремясь в то же время ограничить распространение такой формы подряда, как «полная ответственность двора за производство» (<да баогань»% позже получил название <цзятин чэнбао» - семейный подряд), беднейшими и отдаленными районами страны, охватившими около 20% сельского населения. Приоритет же в 1981-1982 гг. формально отдавался другим видам подряда, с заметно более выраженным коллективистским началом организации сельхозпроизводства - «системе производственной ответственности, соединяющей единое хозяйствование и доведение заданий до конкретных работников», и специализированному подряду (на какой-либо конкретный вид деятельности, например, откорм скота). В случае применения метода «полной ответственности двора за производство» запрещались сдача подрядной земли в субаренду, использование наемного труда, а отчисления в коллективные фонды устанавливались не менее чем в 15% доходов от подрядного хозяйствования9. В реальной жизни подворный подряд оказался исключительно жизнеспособным и в считанные годы вытеснил остальные формы подряда: к концу 1984 г. его применяли 97,9% крестьянских дворов10. С 1985 г. срок пользования подрядной землей продлили до 15 лет, а впоследствии и до 30 лет. Как-то мало-помалу исчез из обихода и сам термин «подряд», на смену которому пришло понятие «семейное хозяйствование».

Переход к семейному хозяйствованию как основной форме организации сельхозпроизводства в Китае дал толчок существенным сдвигам и во всех остальных сферах экономической жизни деревни. Значителыю ослабевает плановый контроль, быстро растут объем и доля закупок сельхозпродукции по сверхпланова премиальным, договорным и рыночным ценам (табл. 4).

Таблица 4 Цены 1978 г. 1980 г. 1981 г. 1982 г. 1983 г. 1984 г. Твердые 84,7 64,4 58,2 57,5 48,0 33,9 Премиальные 7,9 17,9 20,9 20,8 28,1 33,6 Договорные 1.8 9,5 11.5 11.5 13,4 14,4 Рыночные 5.6 8,2 9,4 10,2 10,5 18,1 Источитг; Чжунго цзинцзи няньцзянь 1965 С Ш~42

Доля закупок по видам цен в общем объеме закупок сельхозпродукции в Китае (%)

В результате начавшейся в 1985 г. - вслед за ростом объемов производства и закупок - реформой системы госзакупок зерна быстро расширяется ассортимент самостоятельно реализуемой крестьянами сельхозпродукции, охвативший к середине 90-х годов подавляющее большинство ее видов за исключением хлопка, торговля которым стала переводиться на рыночные принципы только в 1998 г.

Либерализация процесса производства и сбыта сельхозпродукции привела к росту производительности аграрного труда и последующему высвобождению из этой сферы примерно 200 млн. человек (около 40% экономически активного населения деревни). Примерно две трети из них влились в предприятия волостей и поселков (бывшие предприятия коммун и бригад) в качестве как наемных работников, так и индивидуальных и частных предпринимателей, а остальные мигрировали в города и поселки. Соответственно, изменилась структура занятости сельских жителей. В 1997 г. из примерно 460 млн. человек, составлявших по статистике раоочую силу села, в аграрной сфере было занято 324 млн. человек, в промышленности - 40,3, строительстве - 23,7, на транспорте - 10,6 и в торговле и общественном питании - 13,8 млн. человек11. Средний опок рабочей силы с каждого крестьянского двора «на сторону», в середине 80-х годов еще практически отсутствовавший, составил 0,07 человек в 1990 г. и в среднем 0,16 человек в 1993-1995 гг. Показатель занятости сельских жителей на волостных и деревенских предприятиях довольно устойчив и колеблется с середины 80-х годов в диапазоне 0,12-0,15 человек на крестьянский двор12. ^ ^С

При в целом достаточно последовательной тенденции роста доходов крестьян - среднедушевой чистый доход жителей деревни в сопоставимых ценах вырос в 1997 г. в 4,37 раза по сравнению с 1978 г." - их структура претерпела за годы реформ радикальную трансформацию. Примерно до 1985 г. доходы от подрядного хозяйствования китайская статистика включала в общие доходы крестьян от кол- лективного хозяйства, вследствие чего официальные данные демонстрировали плавную картину постепенного повышения доли доходов крестьян от занятия подсобными промыслами (табл. 5).

Таблица 5

Структура доходов крестьянских семей в Китае в 1978-1983 гг. Наименование 1978 г. 1979 г. 1980 г. юани % юани % юани % Среднедушевой доход, всего 133,57 100 160,17 100 191,33 100 От коллективного хозяйства 88,53 66,28 101,97 63,66 108,37 56,64 От домашнего подсобного хозяйства 35,79 26,79 44,00 27,47 62,55 32,69 Прочие доходы, помимо кредитов** 9,25 6,93 14,20 8,87 20,41 10,67 Наименование 1981 г. 1982 г.* 1983 г.* юани % юани % юани % Среднедушевой доход, всего 223,44 100 270,11 100 309,77 100 От коллективного хозяйства 116,20 52,0 140,12 51,87 169,47 54,7 От домашнего подсобного хозяйства 84,52 37,83 102,80 38,06 112,13 36,2 Прочие доходы, помимо кредитов** 22,72 10,17 27,19 10,07 28,17 9.1 "Лапше за 1962-1983 гг даны а первоначальной верст. В тньнеЯшеш первсыотрвны. " 'Прочие доход*' включают в основно* различные дотация в субсидии и двнеямые пврвщы tkfumma: Чхунго гунцзи чявйво 1963. С. 64, 97. С середины 80-х годов данные о доходах от подрядного ведения хозяйства стали включаться в раздел «доходы от семейного .озяйствова' ія». Соответственно, пересмотренные данные за 1982-1983 гг. явили миру объективную картину обвального сокращения доходов крестьян от коллективного хозяйства - до 21,5% в 1982 г. вместо прежних 51,9% и до 11,6% в 1983 г. вместо 54,7%".JL 2984_г_доля доходов от коллективного хозяйства в среднем в Китае составляет менее 10%. В целом же структура доходов жителей села становится все более диверсифицированной. В 1995 г. около 5% их базовых доходов составляли поступления от трансфера и использования имущества (скорее всего, от возмездной передачи права пользования подрядной землей). В чистом же доходе крестьян абсолютно преобладали доходы от семейного хозяйствования (1125 ю. из 1577, или свыше 71%), в том числе доходы от растениеводства составляли в среднем 775 ю. (около 50%), от животноводства 111 ю. (7%). Доходы, получаемые в качестве оплаты за труд в различных предприятиях и организациях, составили 353 ю. (свыше 22%), в том числе доходы от работы в коллективных организациях - 68,7 ю. (4,3%)15.

Законные интересы и права крестьян, ведущих подрядное или семейное хозяйствование на остающейся по-прежнему в коллективной собственности земле, призван обеспечивать Закон КНР о сельском хозяйстве, принятый на заседании Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей 8-го созыва 2 июля 1993 г. Закон констатирует защиту прав отдельных лиц или коллективов на подрядное ведение хозяйства, на принятие подрядчиком самостоятельных решений по вопросам производства и распределения продукции и распоряжения доходами в части, выходящей за рамки подрядного контракта. Зафиксировано и право крестьян отказываться от принудительного сбора средств на те или иные цели, от требований «сверху» выделять людские, финансовые и материальные ресурсы на любые мероприятия в нарушение действующих нормативных актов.

Вместе с тем самостоятельность крестьян в выборе производственной специализации даже в условиях главенства рыночного регулирования в обращении сельхозпродукции не следует абсолютизировать. Интересы государства обеспечиваются методами макроэкономического регулирования, главным из которых по Закону о сепьском хозяйстве фактически названа закупка важнейших видов сельхозпродукции, организуемая правительствами провинциального уровня по уполномочию Госсовета19. В октябре 1996 г. был принят Закон КНР о волостных и поселковых предприятиях, регулирующий статус примерно 130 млн. человек, занятых в настоящее время в данном секторе экономики. Законом предусмотрено предоставление налоговых льгот волостным и поселковым предприятиям, занимающимся хранением, переработкой и транспортировкой зерна, мяса и кормов, а также функционирующим в отдаленных и бедных районах. Законодательно закреплена и обязанность этих предприятий выделять часть средств на производственные нужды сельского хозяйства и социальные программы на селе с определением конкретных параметров отчислений правительствами провинциального уровня

Законодательное закрепление прав крестьян и других низовых экономически) агентов деревни не стало, однако, непреодолимым препятствием на пути посяга- тельств вышестоящих административных органов и иных инстанций на интересы сельских товаропроизводителей.

В 1993 г. ЦК КПК и Госсовет приняли специальный циркуляр, предписывающий устранить или снизить многочисленные конкретные поборы с крестьян (например, отменялись сборы средств на строительство туалетов и кинотеатров в деревнях, на борьбу с грызунами и кровососущими насекомыми, на дотации сельским врачам и т.п. - всего 37 видов). Однако и оставленный без изменений перечень «сборов» был все еще весьма внушительным и охватывал 29 позиций (например, сборы на противоэрозионные мероприятия, лесопосадки, сверхнормативное загрязнение окружающей среды и т.д.)11. В 1996 г. ЦК КПК и Госсовет приняли еще одно «Решение о надлежащем ведении работы по облегчению бремени крестьян», которым отчисления крестьян на общие нужды деревень и волостей ограничивались 5% среднедушевого дохода за предыдущий год. Пока же, по оценкам, примерно у половины крестьян такие сборы превышают установленный норматив19.

В официальных документах, например, в Постановлении ЦК КПК о некоторых вопросах создания системы социалистической рыночной экономики (ноябрь 1993 г.), в докладе Цзян Цзэминя на XV съезде КПК (1997 г.), декларируется курс на долгосрочное сохранение нынешней двухуровневой (коллективный и семейный уровень) системы хозяйствования в агросфере. Вместе с тем подрядные крестьянские хозяйства в их сегодняшнем виде постоянно испытывают давление с двух сторон. С одной стороны, хотя периодически возникавшая идея некоей повторной «коллективизации» сельхозпроизводства в политическом плане не популярна ни на официальном уровне, ни среди крестьян, элементарная экономическая целесообразность объективно ставит в повестку дня вопрос о хотя бы частичной кооперации труда и капитала, как минимум, в до- и послепроизводственных стадиях процесса производства сельхозпродукции. В последние годы определенные надежды в этом плане связываются с паевыми кооперативными хозяйствами. Насколько устойчивыми и жизнеспособными они окажутся, судить пока рано, ведь так называемые специализированные дворы и новые хозяйственные объединения, во второй половине 60-х годов казавшиеся многообещающими прогрессивными формами организации сель- хозтруда, постепенно практически сошли на нет. С другой стороны, крепнет и объективная потребность в укрупнении подрядных хозяйств, что позволило бы получить эффект так называемой масштабной экономики. В целом пока ситуация со статусом низовых экономических агентов в китайской деревне выглядит статичной и не предвещающей радикальных изменений. Однако эта статичность уже довольно основательно подточена развитием рыноч- ных отношений в стране, что заставляет воздерживаться от прогнозирования сохранения нынешнего статус-кво в данной сфере на длительную перспективу. На наш взгляд, здесь возможны достаточно серьезные и масштабные сдвиги, прежде всего в направлении существенного роста числа крупных фермерских хозяйств.

Примечания

' Симптоматично, что монография известного американского китаеведа H. Ларди озаглавлена «Неоконченная экономическая революция в Китае» (Nicholas lardy. Chras Unfinished Economic Revolution. Washington, 1998).

2 См.: Чжунго тунцзи няньцзянь 1981. Пекин, 1982. С. 131.

1 23 июня 1978 г. ЦК КПК на примере уезда Сянсян пров. Хунань поставил вопрос об искоренении ставших повсеместными явлений безвозмездного изъятия рабочей силы, материальных и финансовых ресурсов производственных бригад вышестоящими инстанциями (прежде всего народными коммунами и большими производственными бригадами) на нужды ирригационного и непроизводственного строительства. Широко практиковалось и занижение сортности, а, следовательно, и закупочных цен на сельхозпродукцию, усугублявшее и без того значительный в конце 70-х годов «зазор» ножниц цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию.

4 Чжунго іунцзи няньцзянь 1981. С 132; В&тва Л А Ввформа в китайской деревне. М., 1990. С &

1 См.: Нунцунь жэньминь гуншэ цзинъин гуаньли (Хозяйственное управление в сельской народной коммуне). Чжэнчжоу, 1981. С. 135-136, 305-306. *

Там же. С. 312-313; Ду Сючан. Нунъе цзинцзи гуаньли гайлунь (Управление сельской экономикой). Ханчжоу, 1981. С. 256. В 1983 г. в совокупном доходе деревни (404 млрд. ю.) 33,2% составили производственные издержки, 66,8% - чистый доход, направленный на индивидуальное потребление (58,7%), коллективные отчисления (5,3%) и уплату госналога (2,8%). Чжунго цзинцзи мньцэянь 1985. С. 111-78.

7 См.: Чжунго нунцунь фагуй (1983) (Законодательные и нормативные акты по проблемам китайской деревни). Пекин, 1985. С. 41-43. I

Чжунго цзинцзи няньцзянь 1985. С. 111-13. *

Нунъе шэнчань цзэжэньчжи шисин баньфа (Экспериментальные методы функционирования системы производственной ответственности в сельском хозяйстве). Пекин, 1981. С. 22-23.

" Чжунго цзинцзи няньцзянь 1985. С. 111-13.

" Чжунго тунцзи чжайяо 1998. С. 87. II

Чжунго тунцзи чжайяо 1996. С. 57; Чжрго тунцзи чжайяо 1998. С. 83.

" Чжунго тунцзи чжайяо 1998. С. 75.

14 Чжунго тунцзи няньцзянь 1986. Пекин, 1986. С. 673.

11 Данные и расчет по: Чжунго тунцзи няньцзянь 1996. Пекин, 1996. С. 301.

" См.: Закон КНР о сельском хозяйстве (на кит. языке) / 1994 Чжунго фалюй няньцзянь (Китайский юридический ежегодник 1994) Пекин, 1994. С. 306-310.

" См.: Жэньминь жибао, 31.10.1996.

" 1994 Чжунго фалюй няньцзянь. С. 559-562. *

1997-1998 няйь: Чжунго нунцунь цзинцзи синши фэньси юй юйцэ (Анализ и прогноз экономической ситуации в китайской деревне в 1997-1998 гг.). Пекин. 1998. С. 12, 20.