Структура и размещение заграничных капиталовложений США. Борьба за передел сфер господства

В межвоенный период в экспорте американского капитала были отмечены новые тенденции, связанные в первую очередь с характером условий международного движения капиталов в тот период.

• значительное расширение экспорта частного капитала, важнейшим стимулом для которого послужили усилившиеся в послевоенные годы концентрация монополистического капитала и централизация банковских ресурсов;
• усиление, особенно с середины 30-х годов, роли государства, которое все более превращается в крупнейшего экспортера капитала и гаранта экспорта частного капитала;
• рост прямых долгосрочных капиталовложений, как частных, так и государственных, при относительном уменьшении доли портфельных инвестиций.

Указанные сдвиги в структуре американских капиталовложений в межвоенные годы в сравнении с 1914 г. наглядно видны из данных таблицы 4.3.

Таблица 4.3

Структура заграничных инвестиций США (1914—1940 гг., млрд. долл.)

Источники* Historical Statistics of the United States.

О том, как распределялись прямые американские капиталовло-

Источник. Historical Statistics of the United States. Colonial Times to 1970, part 2, p. 870.

Однако в еще большей степени особенности вывоза капитала из США определялись той ставкой, которую делали американские монополии на установление своей гегемонии в мире. Направления вывоза американского капитала диктовались целями экономической и политической экспансии США, их прямой поддержкой милитаризма, реакции, фашизма.

В послевоенный период, используя ослабление экономических и политических позиций Англии, Франции и Германии и свое

положение мирового банкира, американский монополистический капитал предпринял активные усилия в стремлении к установлению своего господства на мировом капиталистическом рынке. С этой целью он добивался прежде всего подчинения себе в финансовом отношении стран Европы, развернул ожесточенную борьбу за вытеснение их капитала из принадлежащих им колоний и районор, являвшихся сферами их влияния, пытался укрепить свои позиции в Латинской Америке и других районах мира. Эти стратегические замыслы и определили направления основных потоков капитала из США на протяжении всего периода между двумя мировыми войнами.

Используя преимущества, которые дала первая мировая воина,— многомиллиардные прибыли, полученные в результате военных поставок союзникам, намного выросший за годы войны производственный аппарат, финансовую задолженность многих государств, в том числе Англии и Франции, Соединенные Штаты в 20-х и 30-х годах продолжали отвоевывать все новые позиции у Англии, Франции и других стран, имевших заграничные вложения. Объектом усиленного проникновения американского капитала ста- • ли даже те страны, которые находились до первой мировой войны целиком или в значительной степени под влиянием английского капитала, как, например, британские доминионы.

Такая же судьба постигла многие страны Латинской Америки. До первой мировой войны большую часть кредитов, в которых нуждались латиноамериканские страны, поставляли европейские капиталисты. Но еще до того, как война закончилась, США начали помещать капиталы в страны, которые раньше были вотчиной европейских банкиров. С 1914 по 1919 г., включая, таким образом, • и четыре года войны, США вложили в официальные латиноамериканские ценные бумаги или в предприятия, контролируемые правительствами, более 100 млн. долл. Затем последовал целый поток займов. Это продолжалось десять лет. В результате общая сумма всех выпущенных в США латиноамериканских ценных бумаг выросла по сравнению с их выпуском в течение всего XIX в.

Монополистический капитал США не только продолжал закреплять позиции, отвоеванные у Англии, Германии, Франции, Голландии, Бельгии в годы первой мировой войны, но и стал вытеснять монополии этих стран из районов, являвшихся прежде их сферами влияния. Несмотря на упорные попытки Англии удержать свои былые позиции в странах Латинской Америки, а также в Канаде и в других британских доминионах, на Ближнем и Среднем Востоке и в странах Азии, влияние США возрастало, сопровождаясь часто абсолютным падением доли английского капитала в этих странах (см. табл. 4.5).

Динамика, капиталовложений США и Англии в Латинской Америке

(1913—1939 гг., млн. долл.)

Источник. Арисменди Родней. Вторжение доллара в Латинскую Америку. Пер. с исп. М.* 1948, с. 120.

Не менее упорно отстаивала свои позиции в этих районах Германия, чтобы удержать за собой принадлежавшие ей ранее рынки, Она использовала свой передовой и обновленный производственный аппарат, часто прибегая к демпингу.

Несмотря на то что в некоторых случаях Англии и Германии удавалось сохранить за собой рынки в отдельных странах Латинской Америки, в целом, однако, роль их капитала падала, не говоря уже о Франции, и соответственно возрастала роль американского капитала.

Более того, многие страны Европы, которые до первой мировой войны представляли собой объект английской, французской или германской экспансии, после первой мировой войны широко открыли двери для американского капитала.

Весь этот процесс вытеснения американским капиталом английского, германского, французского капитала из экономики многих стран мира проходил далеко не плавно. Противоречия между США и другими империалистическими государствами временами достигали большой степени остроты, что находило свое выражение, в частности, в применении высоких таможенных барьеров против конкурентов. Из этой борьбы между империалистическими державами за рынки сбыта, за сферы приложения капитала, как правило, победителем выходили американские монополии.

Приведенные в таблице 4.6 и 4.7 данные свидетельствуют о существенных сдвигах в территориальном распределении американских инвестиций в период между двумя мировыми войнами. Обусловленные как изменившимися условиями вывоза капитала в период после первой мировой войны, так и особенностями частных иностранных инвестиций США, эти сдвиги привели к перераспределению доли основных стран — импортеров американского капитала в общем объеме инвестиций.

Если в 20-х годах основной поток частного капитала продолжал направляться из США в Западную Европу, то после экономического кризиса 1929—1932 гг. основная масса капиталов поступала в неевропейские страны, главным образом в богатые сырьевыми ресурсами страны Латинской Америки и Канаду, где американские монополии рассчитывали получить наивысшие прибыли.

Географическое распределение американских капиталов за границей

(1914—1935 гг., млн. долл.)

Источник. Lewis С. America's Stake in International Investments. Washington, 1938, p. 606.

Таблица 4.7

Размещение прямых капиталовложений США по регионам

(1914—1938 гг., млн. долл.)

Источники: Lewis С. Op. cit., 606; Льюис /С. Указ. соч., с. 29.

В 1940 г. на Канаду и латиноамериканские страны приходилось

6. % прямых американских инвестиций [180].

Расширяя вывоз капитала, США преследовали на американском континенте далеко идущие цели. После того как они превзошли в Канаде по сумме капиталовложений Англию, встал вопрос

об изменении взаимоотношений Канады с США и Англией. Наряду с экономическими развивались политические связи между США и Канадой за счет ослабления связей Канады с Англией. На имперской конференции 1926 г. статус Канады был пересмотрен, она получила более широкую автономию в рамках Британского содружества наций. В то же время США приобрели в Канаде большую свободу действий.

Канада занимала первое место в общем объеме американских капиталовложений за границей. Ее доля в валовой сумме прямых зарубежных инвестиций США возросла с 26,7 % в 1929 г. до 30 % в 1940 г. [181] Относительное увеличение доли Канады в общем вывозе капитала из США объясняется, в частности, уменьшением доли Западной Европы, особенно после экономического кризиса 1929—1933 гг.

Связывая большие надежды с Латинской Америкой, США провозгласили там политику «доброго соседа». Этот курс, объявленный правительством Ф. Рузвельта, учитывал, в частности, значительный рост там антиамериканских настроений. Как отмечал американский исследователь Дне. Г. Стюарт, обстановка в Латинской Америке была крайне неспокойной для США: «В Мексике росло недовольство тем, что нефтяные и материальные ресурсы страны эксплуатировались иностранными компаниями»; «на Кубе все сильнее назревал протест против так называемой поправки Платта, узаконившей вмешательство США во внутренние дела Кубы»; «Никарагуа, Гаити и Доминиканская Республика или были оккупированы морской пехотой США, или только что избавились от оккупации»; «Панама была охвачена недовольством в связи с договором о канале, в силу которого США полностью контролировали зону Панамского канала»; «нефтяные промыслы Венесуэлы, мясная промышленность Перу и кофейные плантации Бразилии находились либо под полным контролем США, либо зависели от рынка США» [182].

В осуществление этого курса США предприняли ряд шагов: отказались от поправки Платта к конституции Кубы, аннулировали договор, предоставлявший им «право» вооруженного вмешательства в дела Мексики, отозвали войска из Гаити и т. д. С рядом стран были заключены торговые соглашения (с Кубой, Бразилией, Гаити, Колумбией, Гондурасом, Никарагуа, Гватемалой, Коста-Рикой, Сальвадором, Эквадором, Венесуэлой). Созданному Экспортно-импортному банку поручили ведение операций по займам, предоставленным странам Латинской Америки. Образовался ряд комиссий с официальной целью оказывать помощь латиноамериканским странам в здравоохранении, образовании, промышленном развитии.

«Как в Латинской Америке, так и в других странах политика «доброго соседа» ошибочно расценивалась как отказ Соединенных

Штатов от империалистической политики,— писал Уильям 3. Фостер. — Но в действительности политика «доброго соседа» была лишь новым изданием старой империалистической политики... переходом к более эффективным методам империалистической экспансии и представляла собой систему, при которой народы Латинской Америки, получив видимость национальной независимость, по существу по-прежнему находились во власти Соединенных Штатов» [183].

В середине десятилетия первое, второе, третье и четвертое места по размерам американских вложений среди стран Латинской Америки занимали соответственно Мексика, Куба, Чили и Бразилия. Как показывают данные таблиц 4.6 и 4.7, подавляющее большинство вложений в странах Латинской Америки представляли собой прямые инвестиции, явившиеся отражением долгосрочных тенденций в проникновении в эти страны американского капитала. Однако уже к 1940 г. наряду с ростом объема капиталовложений произошел некоторый сдвиг, вперед вышли Куба, Чили, Аргентина, Бразилия.              -

Таблица 4.8

Европейские капиталистические страны, несмотря на их относительно невысокий удельный вес в общей сумме долгосрочных прямых инвестиций США, на протяжении всего периода между первой и второй мировыми войнами продолжали играть важную роль в экспорте американского капитала. К началу второй мировой войны на долю этих стран приходилось 20,2 % всех прямых заграничных вложений США[184].

Следует отметить, что в послевоенные годы особая роль в осуществлении гегемонистских планов в отношении Европы Соединенными Штатами отводилась репарациям и военным долгам. США активно использовали проблему выплаты репараций Германией и военных долгов их союзниками в войне, стремясь таким путем установить финансовое господство в Германии и усилить экономическую зависимость Англин, Франции и других стран Европы.

Среди европейских стран первое место по величине американских вложений занимала Германия, за ней следовали Англия, Италия, Франция, Дания, Норвегия и Польша. Указанное распределение американских инвестиций среди европейских стран отражает международный приоритет монополистического капитала США.

Особое место в этих планах отводилось империализму Германии, который США рассчитывали использовать в борьбе со своими недавними союзниками, а ныне конкурентами — Англией и Францией за гегемонию в Европе. «Влияние американского капитала в Европе,— говорилось в тезисах VI конгресса Коминтерна (1928 г.),—сильнее всего сказалось на хозяйственном подъеме Германии. Из державы, лежавшей на самом дне хозяйственного разорения, Германия снова поднялась на большую высоту при помощи систематического кредитования со стороны Соединенных Штатов... Рост монополистского капитализма в Германии вызывает, с одной стороны, усиливающийся процесс распада Версаля, с другой — все более определенную «западную» (т. е. империалистскую и антисоветскую) ориентацию Германии»[185].

В 1938 г. на долю Германии приходилось свыше 8,7,%' всей суммы заграничных капиталовложений США (11,5 млрд. долл.). К началу второй мировой войны все американские капиталовложения в Германии оценивались в 1 млрд. долл.

В Азии и Океании главными объектами американских инвестиций являлись Австралия, Китай, Филиппины и Япония, которая получила американские займы незадолго до ее нападения на Пирл- Харбор. Не только сотни тысяч тонн американского металлического лома прибывали непрерывно к берегам Японии для использования в подготовке к новым военным авантюрам японских милитаристов, для ведения войны против китайского народа. Этой цели служили и многие миллионы долларов американских вложений, которые, по официальным данным, составляли в 1938 г.

3. млн. долл.

Накануне второй мировой войны американский капитал успел проникнуть и в страны Африки, в том числе в Египет, которому уже тогда монополии США отводили не последнее место в экспансионистских планах на Ближнем и Среднем Востоке. Он глубоко внедрился в Бельгийское Конго, стремясь прибрать к рукам его урановые рудники, а также в Либерию.

Заслуживает быть отмеченным тот факт, что из государств, в экономику которых успел внедриться американский капитал в межвоенный период, в 1938 г. по крайней мере 40 стран (не считая колоний) являлись должниками США по займам и кредитам. В их число входили все главные капиталистические страны Европы (включая и те, которые не принимали участия в первой миро-

вой войне, например Швеция, Испания, Швейцария), Азии и западного полушария [186].

Займы и кредиты как орудие экономической экспансии США в 20-х и 30-х годах подготовили почву для еще более широкой экспансии американского капитала в последующем — в годы второй мировой войны и в послевоенный период. Расширение экспорта капитала США в период между двумя мировыми войнами принесло американским корпорациям колоссальные прибыли. При этом сдвиги в распределении капиталовложений США между различными странами и регионами вызвали изменения удельного веса главных стран-импортеров американского капитала в общей сумме вывозимых из них прибылей.

Как уже отмечалось нами выше, экономический кризис 1929— 1933 гг. и последовавшие события в Европе в связи с приходом к власти в Германии фашизма привели к тому, что экспорт капитала из США в основном был направлен в неевропейские страны. Это вызвало некоторое снижение уровня прибылей США от вложений в Европе. Тем не менее в целом за 20-летний период (с 1920 по 1940 г.) прибыли Соединенных Штатов значительно возросли. По данным министерства торговли США, общая сумма иностранных инвестиций в США на конец 1919 г. составила 6,5 млрд. долл., а общая сумма чистых инвестиций в 1920—1940 гг. достигла 6,9 млрд. долл. К концу 1940 г. США вывезли капиталов на сумму 9,8 млрд. долл., а полученные доходы от заграничных вложений в 1920—1940 гг. равнялись 13,9 млрд. долл.[187]

Согласно тем же официальным данным, прибыли США от# заграничных инвестиций с 1920 до конца 1940 г. на 7,0 млрд. долл. превысили сумму американских вложений за границей за тот же период. Полученные тогда доходы вместе со стоимостью заграничных вложений на конец 1940 г. на 10,3 млн. долл. превысили их заграничные инвестиции на конец 1919 г. и все вложения за период с 1920 по 1940 г., вместе взятые (во всех этих расчетах военные долги первой мировой войны не фигурируют). В течение 1920— 1929 гг. средний годовой рост прибылей от американских прямых инвестиций за границей составил 6,9%, а за 1938—1940 гг.— 7,4%.

По подсчетам американского экономиста Р. Майкселла, основанным на официальных данных министерства торговли США, не менее 7 млрд. долл. принесли американским монополиям только чистые доходы от прямых инвестиций за указанные два десятилетия. Объем прямых вложений Соединенных Штатов на конец 1919 г. составил 3,9 млрд. долл., а по состоянию на конец 1940 г.—

3. млрд. долл., в то время как чистый доход от этих вложений за указанный период после вычета потерь составлял 7,3 млрд. долл. Хотя чистые прямые вложения после 1932 г. были незначительными, доходы от этого источника составляли в 1938 г. 440 млн. долл.

сравнении с доходами за годы «бума»—1928 и 1929 — соответственно 474 млн. и 467 млн. долл.[188]

Убытки, которые понесли США в результате банкротств в период экономического кризиса и отказа гитлеровской Германии от выплаты долгов (3 554 млн. долл.), были вдвое перекрыты доходами США от вложенных капиталов (7 млрд. долл.). Отсюда видна полная несостоятельность попыток некоторых американских политических деятелей и экономистов изобразить дело так, будто США понесли материальные потери от своих заграничных вложений за период между двумя войнами. Такие попытки есть обман, жонглирование цифрами, которые не имеют ничего общего с объективным анализом,с наукой.

Подлинные данные показывают, что разжиревший в годы первой мировой войны американский капитал, используя свое положение мирового банкира, продолжал выкачивать из многих стран Европы, Латинской Америки, Азии, Африки миллиардные прибыли за счет нещадной эксплуатации их народов, грабежа национальных богатств.

Что означает подобное выкачивание ресурсов для стран Латинской Америки, убедительно пишет видный деятель коммунистического и рабочего движения Р. Арисменди [189]. Общие иностранные капиталовложения в Латинской Америке, указывает он, составляли в 1938 г. 10 млрд. долл. и почти полностью принадлежали англичанам и американцам. Предположив, что в среднем они получают самую скромную прибыль — 6 %, мы увидим, что в 1938 г. из Латинской Америки было изъято 600 млн. долл., иными словами, экономика латиноамериканских стран лишилась суммы, столь необходимой для ее развития. Если бы эти 600 млн. долл. ежегодно вкладывались в воспроизводство капитала в этих странах, то они вызвали бы быстрое промышленное и сельскохозяйственное развитие, техническую реконструкцию стран и повышение органического состава местного капитала. (Согласно тому же самому расчету, 4 млрд. долл., помещенных в Латинской Америке Соединенными Штатами, дают ежегодно 240 млн. долл. сверхприбылей.)

Р. Арисменди пишет, что, производя расчет, он берет слишком низкий процент. Согласно данным, опубликованным официальной статистикой, он колеблется от 4,1 % в Аргентине до 17,1 % в Перу. Все говорит о том, что средний процент значительно более высок. Согласно средним данным, добыча нефти дала прибыли Ш,7%, горнодобывающая промышленность—12,3, транспорт — 9,8, обрабатывающая промышленность — 5,6, коммунальное хозяйство— 3,2 %. В то же время указывается на операции, связанные с коммунальным хозяйством в Аргентине (уровень прибылей аргентинских холодильных предприятий за 10 лет составлял в среднем 10,5 % в год). Между тем на долю холодильных предприятий приходились самые большие капиталовложения, числящиеся в статистических данных под рубрикой «Обрабатывающая промышленность», так что указанные 6 % представляются приуменьшением.

Показатели прибыли всегда даются неполно и с искажениями, отмечает Р. Арисменди. Когда Лисандро де ла Торре внес в парламенте предложение об обследовании холодильных предприятий, то немедленно выявился мошеннический характер (от крупных афер до мелких краж) счетоводства империалистических предприятий. Холодильные предприятия компании «Свифт», самой крупной из североамериканских компаний, участвующих в мясном пуле, имеют в Аргентине капитал в 45454 тыс. аргентинских песо. В течение пяти лет (с 1930 по 1935 г.) эти предприятия получили прибыль в сумме 91,6 млн. песо, или ежегодно 40 % дохода. Между тем в своих книгах компания показывала меньшие цифры.

На дебатах в парламенте Уругвая 29 октября 1934 г. выяснилось, что с 1930 по 1933 г. компания «Свифт» получила около

3. млн. долл. прибыли с капитала в 6 875 тыс. долл. Холодильная компания «Артигас», зависящая от компании «Армор», признала, что ежегодные доходы фирмы в Уругвае составляют в «круглых цифрах» 1 240 тыс. долл. Если принять в расчет эти явно уменьшенные цифры, то станет совершенно ясно, что капитал, вложенный в сумме не более 7 млн., был покрыт меньше чем в 6 лет, что вызвало изъятие из уругвайской экономики астрономических сумм. Таким образом, если судить по вышеупомянутым дебатам в сенате, полученные компанией «Свифт» прибыли в среднем составляли 27 %. При этом подсчете не учитываются манипуляции с валютой и некоторые другие секретные операции.

Таков для американских монополий коммерческий результат экономической экспансии США в период между первой и второй мировыми войнами. Ниже будет показано, как вторая мировая война не только не уменьшила доходы американских монополий от экспорта капитала, но, напротив, еще больше увеличила их.