КАЧЕСТВО, ИНФОРМАЦИЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА

НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ ТЕОРЕМЫ КОУЗА И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРОДУКТ

Чтобы оценить возможную политику вмешательства, предположим сначала, что у правительства a priori имеется та же информация, что и у потребителя до приобретения продукта.

Такое предположение поднимает вопрос о том, какие меры может предпринять правительство, которые не могли бы быть имитированы производителем посредством соглашения с потребителем. Любая выгода в эффективности, порождаемая правительственным вмешательством, — так гласит доказательство, — может быть также получена монополистом с помощью детальных условий контракта; более того, монополист мог бы получить эти выгоды в эффективности с помощью повышения цены. Таким образом, любое желательное правительственное вмешательство было бы уже реализовано частными силами, а это значило бы, что для таких вмешательств нет применения. Казалось бы, что такое небрежное рассуждение может быть подкреплено применением теоремы Коуза.212 Но, как мы сейчас увидим, теорема Коуза вряд ли может быть применена здесь.

Эффективность частных контрактов обычно требует совершенной информации, отсутствия трансакционных затрат и внешних эффектов по отношению к третьим сторонам.

НЕСОВЕРШЕННАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Несовершенная информация является основой проблемы качества. Однако можно подумать, что, даже если ситуация равновесия не полностью эффективна по Парето, она может быть (ограниченно) эффективна по Парето по отношению к структуре информации.

ТРАНСАКЦИОННЫЕ ЗАТРАТЫ

Трансакционные затраты могут вести к неполным контрактам. Это, в частности, верно для контрактов между фирмой и ее потребителями. Часто контракт не существует (является неявным) или имеет стандартную форму. Чтобы проиллюстрировать эту проблему, слегка модифицируем нашу модель и допустим, что некоторые стороны качества доступны для общественности ex post. Например, рассмотрим случай с бутылкой лимонада, вероятность взрыва которой мала. Потребитель, покупающий лимонад, не станет требовать, чтобы производитель подписал подробный контракт; подписание контракта повлекло бы затраты, несравнимые с излишком, связанным с потреблением этого конкретного товара. Однако эффективность требует, чтобы производитель нес ответственность в случае, если бутылка взорвется и принесет вред потребителю. Это требуется для того, чтобы у фирмы были стимулы производить безопасные бутылки. Закон, таким образом, может заменять неполные контракты. В действительности это и является основным аргументом в пользу ответственности за продукт (осторожный продавец (caveat venditor)).213

Оппоненты законодательства об ответственности за продукт могут возразить на предыдущий аргумент, что производитель будет в лучшем положении, предоставляя стандартные контракты, которые гарантируют потребителям возмещение в предусмотренных случаях. Однако у потребителей обычно нет времени читать контракт или они не понимают тонкостей. Более того, могут существовать непредвиденные случаи, не предусмотренные потребителями; если эти случаи наносят ущерб потребителям, производитель не будет привлекать к ним внимание.214 Например, потребитель может предвидеть, что краска, которую он использует для окраски своего дома, может не сохраниться, но не предполагает, что эта краска может содержать свинец и отравить его детей.

Мы заключаем, что теорема Коуза вряд ли может быть здесь применена и что может быть желательно избирательное правительственное вмешательство. 2.3.3.2.

СОЗДАНИЕ ИНФОРМАЦИИ

Мы предполагали, что правительство не получает информации больше, чем потребители. Иногда тесты качества могут ускорить получение информации потребителями.215 Это относится к испытываемым товарам. Это также применимо, к большому неудовольствию их производителей, к товарам на доверии, информация о которых не может быть получена или может быть добыта медленно и слишком поздно; взять, например, химическое вещество, которое вызывает рак или влияет на гены. Этот пример иллюстрирует предел ответственности за продукт. Во-первых, потребителям едва ли может быть возмещен ущерб. Во-вторых, фирма, которой угрожает ряд очень дорогих судебных процессов, обычно разоряется. Это значит, что наказание является слабым относительно ущерба.216 В данном случае ответственность за товар — весьма неполный стимул для обеспечения надлежащего качества (в вышеприведенном примере для проверки того, что химическое вещество не является высокотоксичным). Тогда законодательство об ответственности за товар может быть дополнено или даже замещено прямым контролем качества. 2.3.3.3.

НЕВЕРНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ

Ответственность за продукт также поддерживается на основе неверных представлений потребителей. В этой главе (как и почти во всей книге) мы предполагаем, что потребители формулируют свои ожидания рационально. Даже несмотря на то что они могут быть не полностью осведомлены о качестве продукта, они не выказывают никакого пристрастия в своих суждениях. Спенс [67] предполагает, что потребители систематически переоценивают вероятность того, что продукт не выйдет из строя. Тогда производитель, имеющий рациональное ожидание, выигрывает от предложения низкой гарантии в обмен на низкую цену.217 Потребители готовы принять такое соглашение, поскольку они неверно полагают, что вероятность выхода товара из строя низка. В свою очередь эта низкая гарантия побуждает производителя недообеспечивать надежность. Такие неправильные представления, естественно, заставляют правительство повышать ответственность за товар выше уровня ответственности в частных контрактах.218 2.4.