1. Общемировые тенденции усиления экономической взаимозависимости государств в условиях глобализации

Научно-техническая революция ХХ в. привела к качественному скачку в развитии производительных сил человечества, придав им поистине планетарные масштабы. Теперь использование производительных сил и контроль над ними уже не возможны в рамках отдельных государств, а требуют регионального и даже глобального взаимодействия последних.

В эпоху первоначального накопления капитала интернационализация охватывала лишь сферу обмена между отдельными странами, в XIX – начале XX в. под ее воздействием сложился мировой рынок2. В настоящее время можно говорить об особой стадии интернационализации хозяйственной жизни – экономической глобализации. Она порождена стремительно растущей в последние десятилетия взаимозависимостью стран и народов, несмотря на все их различия.

Явление глобализации многогранно, оно приложимо и к политике, и к экономике, и к культуре.

За последние десятилетия под давлением все более острой конкуренции за контроль над природными ресурсами и воздействием ускоряющегося научно-технического прогресса резко возросла взаимосвязанность хозяйственной деятельности всех стран планеты. В 90-е гг. мировой экспорт составлял в среднем 21% от их совокупного ВВП по сравнению с 17% в 70-е гг.3. В течение 1986–1996 гг. объем мирового товарооборота увеличивался со среднегодовым темпом в 6,5%, т.е. за десятилетие он повысился в 1,9 раза. С 1985 г. по 1993 г. международная торговля услугами возросла в 2,4 раза. В период 1985–1994 гг. доля международной торговли в мировом ВВП увеличивалась втрое быстрее, чем в предыдущее десятилетие, и почти вдвое быстрее, чем в 1970-е гг. Это свидетельствует об ускоряющемся открытии национальных экономик, т.е. о росте их взаимозависимости. Всемирный банк прогнозирует, что данная тенденция сохранится и в период 1996–2005 гг.: при среднегодовом темпе мирового производства в 3,5% прирост мирового товарооборота в среднем за год составит 6,3%, т.е. взаимозависимость национальных экономик еще более усилится4.

Ускоренному росту мировой торговли способствует также либерализация экономики в большинстве государств мира. После распада административно-командной системы управления в бывших социалистических странах рыночные отношения стали практически универсальной формой хозяйствования и экономического взаимодействия государств, а тенденция к либерализации внешней торговли приобрела всеобъемлющий характер. Рост однородности и открытости национальных экономических систем дал дополнительные силы процессу интернационализации их производства и обмена.

В теории и на практике в последние десятилетия преобладает неолиберальная модель рыночного хозяйства, обладающая следующими основными чертами5: *

упор делается на всемерную однородность (на жесткой монетаристской основе) механизмов хозяйственного регулирования стран, образующих мировую экономическую систему; *

главным (а часто единственным) регулятором хозяйственного развития утверждается стихийный рыночный механизм; *

национальный экономический комплекс, суверенитет, отчасти даже государство, рассматриваются как атавизмы, их быстрейшее устранение является залогом успехов в экономике; *

центральное место в модели занимает ослабление хозяйственной роли государства, главные усилия направляются на либерализацию и дерегулирование.

Неолиберальная модель предполагает форсированную интеграцию развивающихся стран в мировое хозяйство, ориентацию на активное развитие при использовании финансовых средств и технологий, поступающих из-за границы6.

Экономическую глобализацию в значительной мере стимулирует динамичный прогресс в области информационных и коммуникационных технологий.

Это обстоятельство существенно повлияло на динамику международных финансовых потоков. В глобальной финансовой компьютерной сети «без проблем» перемещаются громадные суммы денег с одного континента на другой. Масштаб данных трансакций достигает 1 трлн долларов США в день. При этом финансовые потоки во все большей мере отделяются от реальной сферы производства и торговли9. За 20 лет – с 1975 г. по 1996 г. – мировой товарный экспорт увеличился в 2,9 раза, а объемы потоков международных финансовых ресурсов возросли: банковских займов – в 16,9 раза, облигаций – в 35,6 раза, акций и других кредитных инструментов – в 63,1 раза. Уже к началу 90-х гг. свыше 90% операций на фондовых биржах мира не имели отношения к торговле и прямым инвестициям, т.е. носили спекулятивный характер. По оценкам МВФ, 5–6 крупнейших спекулятивных фондов имеют возможность мобилизовать до 900 млрд долл.

Неустойчивость мировых финансовых потоков сопровождается появлением новых субъектов глобальных рыночных отношений. В течение нескольких последних веков основными субъектами международных экономических отношений были государства и предприниматели, действовавшие под их юрисдикцией. Со второй половины ХХ в. ситуация резко меняется. В настоящее время выделяют по меньшей мере семь новых субъектов, решения и поведение которых заметно влияют на мировые экономические процессы: *

международные организации (МВФ, Всемирный банк, ЮНЕСКО, ВТО и др.); *

региональные организации (их насчитывается в общей сложности около 60); *

многонациональные корпорации (около 60 тыс.); *

институциональные инвесторы (пенсионные и инвестиционные фонды, страховые компании); *

неправительственные организации (движения «зеленых», «врачей без границ» и т.п.); *

крупные города (Лондон, Нью-Йорк, Токио, Франкфурт, Париж); *

индивиды (научные работники, университетские профессора, артисты, отдельные личности типа Дж.Сороса, Б.Гейтса).

Значение данных субъектов в процессах экономической глобализации различно. Особенно выделяются международные организации, многонациональные корпорации и крупные города.

Большинство международных экономических организаций возникло после Второй мировой войны в целях содействия восстановлению послевоенной Европы. В 60-е гг. XX в. в результате распада мировой колониальной системы главным объектом их деятельности стали развивающиеся страны. Ведущее положение в работе международных организаций занимают наиболее богатые державы Запада и Востока, превратившие их в мощнейший инструмент реализации курса на либерализацию.

Многонациональные (или транснациональные) корпорации (МНК или ТНК) являются главными действующими лицами экономической глобализации. Возникнув еще в XIX в., они в 80-е гг. ХХ века заняли ведущее положение в мировом производстве и экспорте. В настоящее время на их счету около 25% выпущенной в мире продукции и примерно 2/3 мировой торговли11. Экспорт составляет в среднем 45% общего объема продаж МНК. Под их контролем почти полностью находятся международные рынки сырья. В руках ТНК 90% мировой торговли пшеницей, кофе, кукурузы, лесоматериалами, табаком, джутом и железной рудой, 85 – медью и бокситами, 80 – чаем и оловом, 75% – бананами, натуральным каучуком и сырой нефтью. Велика роль МНК в автомобильной, электротехнической, компьютерной, химико-фармацевтической отраслях, а также в точном машиностроении. По имеющимся оценкам, пять крупнейших ТНК контролируют более половины мирового производства товаров длительного пользования, самолетов, электронного оборудования, автомобилей. Особенно значительна роль МНК в отраслях, связанных с информационными технологиями. Всего 2–3 компании практически контролируют международную сеть телекоммуникаций. ТНК выступают мощной силой на финансовых рынках, определяя состояние важнейших операций. Их совокупные валютные резервы в несколько раз превышают резервы всех центральных банков мира, вместе взятых. Объемы экономической деятельности крупных МНК сравнимы с ВВП средних по размерам государств. Так, в 1997 г. совокупный объем сбыта продукции «Дженерал моторс» превышал ВВП Таиланда или Норвегии, «Форд мотор» – Саудовской Аравии, «Мицубиси» – Польши, «Тойота мотор» – Малайзии, Израиля, Колумбии, Венесуэлы или Филиппин.

Наряду с ТНК следует упомянуть и мировые финансовые центры (МФЦ), которые тесно взаимопереплетаются и постоянно действуют согласованно. Но между ними существуют заметные различия. Область интересов ТНК – реальный сектор, в котором они создают собственные, регионально взаимосвязанные подсистемы международного разделения труда. МФЦ действуют в сфере финансов, объединяя крупные международные банки, а также валютные, фондовые и иные биржи. Они существенно влияют на экономическую глобализацию, поскольку оборот только валютных бирж за несколько дней превышает объем мировой торговли за год, а их ежедневный оборот уже в начале 90-х гг. превосходил совокупные валютные резервы центральных банков основных стран мира.

Все возрастающую роль в процессах глобализации начинают играть большие города планеты, которые сконцентрировали в своих границах значительную часть экономической деятельности. Так, производство товаров и услуг в одном только Токио вдвое превышает производство Бразилии, Чикаго сравним с Мексикой, а в самой Мексике половина ВВП создается в ее столице – Мехико. Предполагается, что большие города будут постепенно освобождаться от промышленных видов деятельности и переключаться на сферу услуг, финансы и информационное обеспечение. Рост финансовой мощи больших городов уже сейчас позволяет им взаимодействовать между собой, минуя национальные власти и образуя разветвленные связи сетевого типа.

Курс экономической глобализации на неолиберальную модель хозяйствования и появление новых субъектов глобальных рыночных отношений способствует ослаблению роли национальных государств в регулировании экономики. Даже на своей собственной территории государство перестает быть единственным субъектом, которому дозволено осуществлять законное принуждение ради сохранения общественного порядка. Из числа его функций постепенно изымаются регулирование прав человека, социальная защита населения, экономическая политика, финансовая и внешнеэкономическая регламентация. В настоящее время мировой финансовый рынок перемещает свыше 3 трлн долл. США в месяц из страны в страну. Из них 2 трлн долл. – деньги, которые не контролируются государством или другими официальными институтами12. На современном этапе мирохозяйственные рынки реально регулируются тремя взаимодействующими между собой силами – глобализирующимся капиталом (ТНК+МФЦ), международными экономическими организациями и национальными государствами. Особенно велика роль транснациональных корпораций и мировых финансовых центров. Их экономическая мощь побудила национальные государства (особенно государства-должники международным организациям и странам-кредиторам) вступить в острейшую конкурентную борьбу за «благосклонность» ТНК и МФЦ. Основным оружием в этой борьбе являются вынужденное дерегулирование и проведение политики «заискивания» перед держателями капиталов: предоставление льгот иностранным инвесторам, освобождение их от налогов, либерализация перемещения доходов за границу, создание открытых экономических зон, упрощение трудового законодательства и т.п.

Одним из следствий (и признаков) ослабления роли национальных государств является глобальная криминализация. Главные направления ее деятельности – наркобизнес, торговля оружием, нелегальная иммиграция (фактически работорговля). По мнению экс-министра внутренних дел России А.Куликова, разделяемому экспертами из многих стран, в настоящее время преступным сообществом контролируется около 5% валового мирового продукта13. Продажа различных видов наркотиков увеличилась с начала 70-х гг., по различным оценкам, в 30, а то и в 50 раз. Только в США и Европе объем торговли ими составляет ориентировочно 120–150 млрд долл. Всего же, по примерным подсчетам, в 1995 г. незаконная продажа наркотиков достигла 8% мировой торговли – больше, чем объемы продаж автомобилей или железа и стали. Масштабы «отмывания грязных денег», по оценкам Международного валютного фонда, составляют примерно 2–5% мирового ВВП. Информационные технологии в рамках Интернета создают принципиально новые возможности для глобальной криминализации. Увеличивается число взломщиков банковских компьютерных кодов («хакеров»). В основе всех этих криминальных явлений – рост влияния организованной преступности, валовые доходы которой, по имеющимся оценкам, составляют примерно 1,5 трлн долл. в год и которая по своему экономическому могуществу соперничает с транснациональными корпорациями.

Наряду с дестабилизацией финансовой сферы, ослаблением регулирующей роли национальных государств и ростом криминализации экономическая глобализация ведет к усилению социальной поляризации на планете. От глобализации в настоящее время выигрывают лишь примерно 15% землян, живущих в основном в западном мире и входящих в состав так называемого золотого миллиарда человечества, который контролирует, по разным оценкам, от 70 до 80% ресурсов планеты14. По мнению широкого круга экспертов ООН, неравенство между странами усиливается. Если разрыв в доходах между пятой частью мирового населения, живущего в богатейших странах, и пятой частью – в беднейших составлял в 1960 г. 30:1, то к 1990 г. он увеличился до 60:1, а в 1997 г. достиг 74:1.

В ходе экономической глобализации богатейшие страны начинают образовывать Центр формирующейся планетарной экономической системы. На пятую часть населения мира, живущего в странах с наибольшими доходами, в 1997 г. приходилось 86% мирового ВВП, 82% экспорта товаров и услуг, 68% прямых инвестиций, 93,3% общего количества пользователей Интернета. Остальные страны мира во все большей степени оттесняются на Периферию глобальной экономики.

В настоящее время Центр обладает монополией в сферах научно-технического прогресса и контроля над финансовыми и информационными потоками. Огромное значение имеет и то обстоятельство, что между ведущими странами Центра достигнута небывало высокая степень согласованности и координации действий, направленных на поддержание основ глобальной экономики.

В ходе экономической глобализации и становления постиндустриального общества в странах Центра массовое производство перемещается из североатлантического региона в азиатско-тихоокеанский, где формируется «второе промышленное пространство планеты – Новый Восток». Из-за более низкого здесь уровня жизни населения индустриальный труд и индустриальное производство обесцениваются, а конкурентоспособность Периферии снижается. В свою очередь вследствие нарастающей наукоемкости производства Центр резко сокращает удельное потребление сырья, энергии и материалов, что принципиально уменьшает его ресурсную зависимость от Периферии. В результате этого взаимозависимость в реальном секторе, свойственная мировому развитию в начале и середине ХХ века, сменяется асимметричной односторонней зависимостью Периферии от Центра.

В странах Центра происходят глубокие изменения в характере спроса населения. Рост его благосостояния наряду с насыщением рынков продукцией массового производства приводит к быстрой дифференциации и индивидуализации спроса. Это способствует ориентации экономической деятельности на гибкость, маневренность и приспособляемость. Соответственно эффективность и конкурентоспособность производства теперь определяются не столько его текущими издержками, сколько быстротой разработки и внедрения новых высоких технологий. Возрастающая наукоемкость и стремительная смена продукции приводят к эскалации капиталоемкости производства, т.е. к еще большей зависимости нуждающейся в капиталах Периферии от их экспортирующего Центра.

Глобализация не только усиливает позиции Центра в мировой экономической системе, но и порождает в нем глубокие социально-политические проблемы. Феномен постиндустриализации привел к глубокому изменению структуры производства в странах Центра и перемещению выпуска трудоемких видов товаров на Периферию. Это тяжело отразилось на традиционных отраслях стран Центра, вызвав там закрытие многих предприятий, рост структурной безработицы, появление депрессивных районов, усиление социального расслоения общества. Одновременно вследствие глобализации рынка труда увеличился приток дешевой рабочей силы из Периферии, что дополнительно обострило конкуренцию на рынке рабочей силы стран Центра, осложнило в них межэтнические отношения и привело к росту национализма.

В условиях экономической глобализации еще более сильным и в основном негативным изменениям подвергается мировая Периферия. Ее отраслям отводится роль поставщиков сырья и производителей низкотехнологичных товаров. Такой тип международной специализации осложняет возможности самостоятельного и эффективного развития Периферии, загоняет ее в «ловушку слаборазвитости», усиливает в ней социальные контрасты15.

Вынужденные развивать выводимое из Центра промышленное производство страны Периферии отвлекают значительную часть национальных ресурсов на производственное накопление, чем объективно сужают свои внутренние рынки и лишают себя перспектив естественного постиндустриального прогресса. В итоге ни в одном государстве мира, кроме США и стран-членов Европейского союза, не сформировался механизм самоподдерживающегося экономического прогресса, способный привести к созданию основ постиндустриального общества. Результатом этого является усиливающаяся хозяйственная несамостоятельность Периферии. Как следствие, под воздействием ТНК и МФЦ для стран Периферии уменьшаются возможности проводить национально-ориентированную экономическую политику, растет их технологическое отставание от развитых стран. Нерешенные глобальные проблемы – демографические, экологические, криминальные и др. препятствуют их дальнейшему прогрессу.

Для стран Периферии представляет угрозу снижение доли базовых ресурсов в структуре мировой торговли, обострение конкуренции на рынках трудоемких готовых изделий, рост трудностей с получением иностранной помощи16.

Издержки экономической глобализации отзываются на Периферии гораздо острее, чем в Центре. Демографический рост происходит главным образом в бедных странах. Экологические проблемы препятствуют экономическому росту прежде всего здесь, в климатически и природно-уязвимых южных регионах. Проблемы развития реального сектора в странах периферии после финансовых кризисов 80-х и особенно 90-х гг. ХХ в. все больше заменяются задачей обеспечения в них текущей финансовой стабильности и их способности платить по долгам Центру. Для этого в соответствии с доктриной неолиберализма всемерно ослабляются рычаги проведения национальной государственной экономической политики периферийных стран, что лишает их возможности развивать реальный сектор и защищаться от деструктивных сил рыночной стихии и организованных или стихийных натисков извне, порождающих финансовые и экологические кризисы. В результате проблемы, диспропорции и противоречия, выносимые из Центра на Периферию, накапливаются в ней, чтобы рано или поздно приобрести планетарные масштабы.

В условиях экономической глобализации неолиберальная модель хозяйствования привела к появлению в современном мире двух различных региональных тенденций – анклавизации стран Периферии и региональной интеграции государств Центра между собой и с частью приближающихся к ним по уровню развития бывших развивающихся стран.

Анклавное развитие государств Периферии, осуществляемое преимущественно под руководством ТНК и имеющее в основном экспортоориентированный догоняющий характер, возникло из-за того, что жестким конкурентным требованиям экономической глобализации соответствует лишь малая часть предприятий развивающегося мира. На основе таких предприятий ТНК отгораживают себе отдельные сегменты-анклавы в самых разных странах Периферии и, координируя деятельность данных анклавов, создают собственные узкоспециализированные подсистемы международного разделения труда. В результате происходят глубокие изменения в процессе воспроизводства стран Периферии, расщепляются их национальные хозяйственные комплексы, небывало растягиваются технологические цепочки, отдельные звенья целенаправленно организованного ТНК интернационального воспроизводственного процесса «размазываются» по всей планете. По этой причине основная часть бурного роста международной торговли за последние десятилетия связана именно с деятельностью ТНК, с операциями между различными их подразделениями, поскольку продукция заграничных филиалов ТНК в настоящее время намного превышает объем мирового экспорта. Анклавное развитие, охватывая незначительную часть населения и национального хозяйства, порождает многочисленные проблемы в странах Периферии. В них усиливаются социально-экономическое расслоение общества и его маргинализация. Расширяются масштабы безработицы, обнищания и отчуждения основной части населения. Деградируют неконкурентные производства и депрессивные районы. Основная причина данных кризисных явлений – углубляющиеся противоречия между долговременными национальными интересами стран Периферии и конъюнктурными мотивами деятельности ТНК.

Образование региональных и субрегиональных торгово-экономических союзов и группировок различных стран является особенностью современного этапа мирового развития. В настоящее время насчитывается уже более десяти подобных объединений на всех континентах планеты. Определяющую роль в их числе играют три мощные региональные группировки – в Западной Европе, Северной Америке и Азиатско-Тихоокеанском регионе, которые имеют большой потенциал к дальнейшему расширению и прогрессирующему объединению стран-участниц. Это соответственно Европейский союз (ЕС), Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА) и Азиатско-Тихоокеанское экономическое сообщество (АТЭС). На долю этих трех региональных объединений приходится примерно 80% мирового ВВП, 82% всех государственных бюджетов стран планеты и 85% мирового экспорта17. Такие соотношения позволяют рассматривать ЕС, НАФТА и АТЭС как важнейшие составные части мирового Центра.

Европейский союз является исторически первым из данных региональных объединений, последовательно создающимся на протяжении последних пятидесяти лет и включающим на современном этапе в свой состав 15 стран Западной и Центральной Европы. В конце 90-х гг. на долю Евросоюза приходилось 7% населения планеты, 24% мирового ВВП (по паритетам покупательной способности – далее ППС), 43% экспорта и 19% инвестиций. По пути экономической интеграции ЕС продвинулся значительно дальше других региональных объединений. Одна из главных особенностей интеграции в Западной Европе – ее активное регулирование с помощью системы наднациональных институтов. С 1 января 2002 г. в 12 странах ЕС в полном объеме введена единая валюта – евро, что означает передачу государствами Евросоюза наднациональным органам важнейших полномочий в экономической сфере. В дальнейшем предполагается значительное расширение состава Европейского союза за счет ряда стран Юго-Восточной и Восточной Европы.

Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА), созданная в соответствии с соглашением 1993 г., включает в свой состав США, Канаду и Мексику. К настоящему времени все торговые тарифы между США и Канадой отменены. В конце 90-х гг. удельный вес НАФТА составлял 7% в населении планеты, 26% – в мировом ВВП (по ППС), 17% – в экспорте и 19% – в инвестициях. По численности населения, объемам ВВП и инвестиций НАФТА близка к ЕС. Однако процесс интеграции в НАФТА еще не достиг уровня Евросоюза. В Северной Америке при «разгораживании» национальных рынков ведущая роль принадлежит не государствам, а корпорациям. По инициативе США, в 1994 г. на встрече лидеров 34 стран западного полушария было принято решение о формировании к 2005 г. зоны свободной торговли Америк (ТАФТА). С учетом высоких темпов экономического развития государств Южной Америки реальна перспектива создания в начале XXI в. на американском континенте крупного регионального объединения, которое по своим масштабам превзойдет Европейский союз18.

Азиатско-Тихоокеанское экономическое сообщество (АТЭС), возникшее в 1989 г., формально является самым крупным в мире региональным объединением. Оно включает в свой состав более 20 стран, принадлежащих трем континентам – Азии, Америке и Австралии. В состав АТЭС входят государства, находящиеся на существенно различных уровнях социально-экономического развития, не имеющие общих границ, но связанные общими интересами. Членами АТЭС, например, являются все страны НАФТА, Япония, Австралия, Китай, Папуа – Новая Гвинея. В 1998 г. в состав АТЭС была принята Россия. Пока АТЭС представляет собой аморфное объединение и не выступает как сложившийся субъект мировой экономики, подобно ЕС и НАФТА. На долю АТЭС (без членов НАФТА и России) в конце 90-х гг. приходилось 34% населения планеты, 29% мирового ВВП (по ППС), 25% экспорта и 36% инвестиций. Эта группировка образует мост между Америками (Северной и Южной) и странами Юго-Восточной Азии, прилегающими к Тихому океану, а также Австралией и Новой Зеландией. За последние 10 лет средние таможенные тарифы в АТЭС сократились с 15 до 9%. Существование данного регионального объединения позволяет активно включиться в мировую торговлю обширной группе развивающихся стран, для которых в настоящее время участие в интеграции типа ЕС или НАФТА еще невозможно в силу их значительного отставания от стран – мировых лидеров. В АТЭС ставится задача создать зону свободной торговли и инвестиций для развитых стран региона к 2010 г., а для развивающихся – к 2020 г.

Таким образом, научно-техническая революция обусловила качественный скачок в развитии производительных сил человечества, их использование требует планетарного взаимодействия стран и народов, порождая в настоящее время особую стадию интернационализации хозяйственной жизни – экономическую глобализацию. Считается, что от нее в настоящее время выигрывают лишь примерно 15% землян, живущих в основном в западном мире и входящих в состав так называемого золотого миллиарда человечества. По мнению широкого круга специалистов, неравенство между странами усиливается и приводит к следующему:

а) в ходе экономической глобализации государства «золотого миллиарда» начинают образовывать Центр формирующейся планетарной экономической системы, обладающий монополией в сферах научно-технического прогресса и контроля над финансовыми и информационными потоками. Государства Центра специализируются на производстве индивидуально ориентированных наукоемких товаров и разработке высоких постиндустриальных технологий;

б) остальные страны мира во все большей степени оттесняются на Периферию глобальной экономики, куда перемещается массовое производство низкотехнологичной трудоемкой и ресурсоемкой продукции, осуществляемое под руководством ТНК.

В условиях экономической глобализации повсеместная либерализация систем хозяйствования привела к появлению в Центре и на Периферии принципиально различных региональных тенденций:

а) страны Центра образуют региональные и субрегиональные торгово-экономические союзы и группировки. Ослабление экономической роли их государств происходит при сохранении и постепенном объединении национальных воспроизводственных процессов в региональные. Определяющую роль среди современных региональных группировок играют Европейский союз, Североамериканская зона свободной торговли и Азиатско-Тихоокеанское экономическое сообщество, которые можно рассматривать как важнейшие составные части мирового Центра;

б) страны Периферии анклавизируются, поскольку жестким условиям глобальной конкуренции соответствует лишь малая часть периферийных предприятий. На их основе при слабости национальных государств ТНК отгораживают себе отдельные сегменты – анклавы в разных странах Периферии и объединяют эти анклавы, создавая «размазанные» по всей планете узкоспециализированные подсистемы международного разделения труда и способствуя тем самым бурному росту международной торговли. При этом хозяйственные комплексы стран Периферии неизбежно расщепляются, порождая многочисленные социально-экономические проблемы, лишая объективной экономической основы цели их развития, углубляя противоречия между долговременными национальными интересами и конъюнктурными мотивами деятельности ТНК.

На фоне этих общемировых тенденций СНГ отличается следующими особенностями:

а) оно образовано развитыми индустриальными государствами;

б) по численности населения близко к ЕС и НАФТА;

в) обладает необходимыми производственными и природными ресурсами;

г) имеет серьезные шансы дополнительно усилить свои позиции в мировой экономике, если окажется в состоянии обеспечить развитие транспортных связей планетарного масштаба между Евро-Атлантическим и Азиатско-Тихоокеанским регионами.

По мнению автора данной работы, сохранить и упрочить свое положение в глобальной экономике индустриальные страны СНГ могут лишь путем достижения общей безальтернативной цели – создать региональное объединение, способное стать частью мирового постиндустриального Центра – его четвертым региональным компонентом наряду с ЕС, НАФТА и АТЭС. Сходной точки зрения на место и роль СНГ в мировой экономике ХХI века придерживаются и другие авторы19. Для этого у Содружества имеются необходимые внешние и внутренние предпосылки. Первый шаг в данном направлении – эффективно освоить успешный опыт Евросоюза, учитывая его географическую и историческую близость к странам СНГ.