СЧАСТЛИВЫЕ ДЕНЬКИ - В АМЕРИКЕ

Жизнь не исчерпывается работой, а экономическая защищенность не сводится к защищенности рабочих мест. Поэтому совершенно естественно желание выяснить, насколь - ко защищенными чувствуют себя люди в Европе и в Аме - рике.

Но есть другие опросы, участников которых на обоих берегах Атлантики просили оценить собственную жизнь. Если, как считает канцлер Германии, американцами движет страх, а европейская модель обеспечивает «защищенность и предсказуемость», это должно найти отражение в результатах опросов. В конце концов, есть все основания предполагать, что страх — страх потерять работу, социальный статус, страх бедности — существенно уменьшает чувство благополучия.

В апреле 2003 г. 49% американцев ответили, что их личная ситуация лучше, чем пять лет назад (рис. 20.4). Процент не столь уж велик, но посмотрите, какие события произошли за эти пять лет: длительный спад на фондовом

США ^ Италия И Франция ? Г ермания

Источник: Harris Interactive (www.harrisinteractive.com).

Уо ожидавших, что их личная ситуация ухудшится ^ в ближайшие пять лет С

% не очень или совсем не удовлетворенных своей жизнью

% сказавших, что жизнь стала хуже за последние пять лет

   Рис. 20.5. Неудовлетворенность жизнью и пессимизм в СПТА, Италии, Франции и Германии (результаты опросов, проведенных в апреле 2003 г. (США) и весной 2002 г. (Европа)).

рынке, затем вялый подъем, а вдобавок террористический акт 11 сентября.

С другой стороны, в то время, как доля людей, считающих, что их ситуация ухудшится в ближайшие пять лет, была примерно одинакова в США, Франции и Германии, то в Италии таких было существенно меньше (рис. 20.5). Таким образом, в этом отношении США ничем не отличаются от европейских стран. Но разве не следовало бы предположить, что таких окажется намного больше в Америке — где якобы царит закон джунглей — чем в Европе?

Действительно, многих состоятельных американцев страшит возможность лишиться своего социального и экономического положения (см. главу 19). Но насколько велики эти страхи? Если бы американцы жили в большом страхе, они были бы подавлены. Но рис. 20.4 и 20.5 показывают, что большинство американцев «очень удовлетворены» свой жизнью и что «не очень» или «совсем не» удовлетворены менее 8%. Во Франции, Италии и Германии доля удовлетворенных намного меньше, а доля неудовлетворенных — намного больше.

Втрое больше американцев, чем немцев, ожидают, что их личная ситуация в ближайшие пять лет улучшится. Только 8% американцев считают, что она ухудшится, но так думают 14% французов и 16% немцев. Так кто чувствует себя незащищенным ?

Против этой логики можно выдвинуть множество возражений. Ее можно критиковать на том основании, что субъективное чувство защищенности не имеет большого значения; важна только объективная защищенность. Но это неверно. Разумеется, благополучие людей зависит, хотя бы отчасти, от того, как они воспринимают свою ситуацию.

Также могут возразить, что опросы, результаты которых представлены на рис. 20.4и 20.5, — всего лишь моментальные фото, и были сделаны с годовым разрывом (в США — в апреле 2003 г., а в Евросоюзе — весной 2002 г.). Но выявленные различия столь велики, что трудно поверить, что они не проявились бы при повторном опросе.

Кроме того, могут заявить, что американцы вообще более оптимистичны, чем европейцы, так что оказавшись в таких же экономических условиях, как в Европе, они могли бы демонстрировать больше уверенности. В этом что-то есть. Все будет хорошо, обещал президент Рузвельт, разъезжая по стране в ходе предвыборной кампании, а на дворе стоял 1932 г. и разгар Великой депрессии. Рузвельт заставлял свою команду неустанно твердить: «Счастливые деньки вернутся, и небо опять прояснится». Вы нигде не найдете упоминаний о том, чтобы кто-нибудь распевал о счастливых деньках и голубых небесах в 1932 г., накануне выборов в Германии, на которых избиратели вручили власть Гитлеру.

Похоже на правду и то, что американцы не любят показывать свой пессимизм. Причиной может быть и демонстрация оптимизма как выражение коллективной стойкости после 11 сентября. Но, повторю еще раз, различия столь велики, что такого рода факторы сами по себе не могут считаться достаточным объяснением.

Есть основания полагать, что существует еще одна причина различий: просто понимание американцами того, что они живут в процветающей стране. Так, может быть, относительно более высокий риск потерять работу или медицинскую страховку делается приемлемым, когда, в то же самое время, более вероятно, что эти потери будут возмещены в течение нескольких месяцев? Может быть, устойчиво высокий экономический рост и создание рабочих мест помогают людям чувствовать себя более защищенными, чем в условиях всевозможного регулирования и подачек от государства всеобщего благосостояния?

По-видимому, невозможно доказать, что на все эти вопросы ответ один — да. Но такой ответ представляется, по меньшей мере, чрезвычайно правдоподобным.