СОПРОТИВЛЕНИЕ СТРУКТУРНЫМ ИЗМЕНЕНИЯМ
Германия все еще является страной с мощным промышленным сектором. В 2002 г. 32,5% занятых работали в промышленности (т.е. вне сельского хозяйства и сектора услуг). В Италии этот показатель (32,1%) также достаточ - но велик (рис.
4.4). Из 30 стран — членов ОЭСР доля промышленности выше только в Чехии, Венгрии, Португалии
и Словакии. Можно ли считать это символом успеха, указанием на то, что заводы Италии и Германии без проблем переносят обострение глобальной конкуренции?
Кто-то решит, что можно. Но при ближайшем рассмотрении открывается довольно унылая картина. Показанная на рис. 4.4 структура занятости говорит не о сильно развитой промышленности, а о слабо развитом секторе услуг.
Большинство экономистов согласны с тем, что на пути к процветанию все страны претерпевают определенные изменения в структуре занятости. Согласно «гипотезе трех секторов», в бедных странах велика занятость в сельском хозяйстве. С ростом производительности труда потребность в рабочей силе падает, и люди получают возможность искать работу на стороне, т.е. создаются условия для индустриализации. Тогда занятость в сельском хозяйстве начинает непрерывно сокращаться, а занятость в промышленно - сти — расти. Наконец, по мере роста производительности начинает сокращаться спрос на рабочие руки и в промышленности, что является условием для развития современной экономики с обширным сектором услуг.
Рис. 4.4 поддерживает эту теорию. В сравнительно бедных промышленных странах, таких как Мексика или Пор - тугалия, занятость в сельском хозяйстве довольно велика, тогда как наиболее развитые страны обладают самым большим сектором услуг. Список возглавляют Нидерланды, что и неудивительно для торговой страны, которая традиционно заботилась о развитии сектора услуг. За голландцами следуют англосаксонские и скандинавские страны. В этих странах примерно трое из каждых четырех занятых работают в секторе услуг.
В Италии и особенно в Г ермании доля занятых в сельском хозяйстве, как легко предположить, невелика. Но в том, что занятость в секторе услуг в Германии (65%) ив Италии (63%) заметно ниже, чем, например, в США, нет ничего; естественного. Это тревожное явление.
Дело в том, что высокоразвитые страны не могут рассчитывать на значительное расширение занятости в промыта ленных отраслях. Даже растущий спрос на промышленный товары зачастую может быть удовлетворен при постояна ной или даже снижающейся численности занятых. Все делlt;и
Нидерланды США Австралия Швеция Великобритания Канада ФРАНЦИЯ Ирландия ГЕРМАНИЯ ИТАЛИЯ Испания Венгрия Мексика Чехия Португалия
¦ сельское хозяйство ¦ промышленность ? сектор услуг
0% 20% 40% 60% 80% 100%
Источник: OECD (2003b), pp. 32ff.
Рис. 4.4. Структура занятости в различных странах (2002 г., %).
Ц том, что промышленность обладает высоким потенциалом автоматизации и, соответственно, роста производительности.
ЬВ то время как в американском секторе услуг созданы тионы и миллионы рабочих мест, занятость в промыш- |нности в 1980—2002 гг. снизилась на 3%. В Италии и ранции сокращение составило 10 и 25% соответственно, ько в Германии, где в результате воссоединения заняв промышленности временно выросла на 35%, чис- рабочих мест в промышленности было в2002г. на1% вше, чем в 1980 г.[86]
то - то может решить, что эти цифры доказывают правоту Ьреми Рифкина (см. главу 2). В самом деле, если смот- Ц.только на промышленность, пророки «конца работе так уж и неправы. У экономистов есть такая шутка: удущем на фабрике будут работать один человек и одна
собака. Человек должен будет кормить собаку, а собака следить, чтобы человек не прикасался к оборудованию».
Но даже если так, Рифкин и его друзья глубоко ошибаются. Причина в том, что сектор услуг обладает бесконечным потенциалом создания рабочих мест.Над рабочими местами в секторе услуг часто и весело издеваются. В сфере услуг, говорят насмешники, работа скучная и малооплачиваемая. Однако, как показывают данные по странам ОЭСР за 1998 г., верно и обратное. На каждые 100 рабочих мест для неквалифицированных рабочих промышленность предлагает 97 рабочих мест для лиц со средней и высокой квалификацией. В секторе услуг на каждые 100 рабочих мест для лиц с низкой квалификацией предлагается 229 мест для специалистов, имеющих среднюю и высокую профессиональную подго - товку. В предоставлении услуг бизнесу соотношение еще более впечатляющее — на 100 малоквалифицированных требуется 417 лиц со средней и высокой квалификацией. Более того, в секторе услуг 19,4% работников имеют университетское образование, а в промышленности таких только 8,2%[87].
Столь же часто можно услышать, что даже современная экономика нуждается в сильной промышленной базе, потому что сектор услуг не производит материальной продукции, а потому не может быть фундаментом экономики. Так считал даже Адам Смит, духовный дедушка капитализма. Только промышленный труд, писал шотландский философ в 1776г., может быть «продуктивным». Труд того, кто оказывает услугу, «ничему не прибавляет ценности».
Источник ошибки Смита легко показать на примере. В прошлом почти каждый, кто работал на сельское хозяйство, работал также и в сельском хозяйстве. В современной экономике лишь несколько процентов занятых работают в сельском хозяйстве. Но на этот сектор работают многие, предоставляющие соответствующие услуги, например, программист, пишущий программу, помогающую фермеру управлять своим хозяйством, или ученый, разрабатывающий генетически модифицированные семена.
Источник-. Global Insight.
