ДИСФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ ИНСТИТУТОВ              1

Любая хозяйственная подсистема, организация представляют собой, по сути дела, сформированную обществом некую совокупность правил, определяющих настройку работы всего хозяйственного механизма, порядок действий экономических агентов[92].

Институты появляются благодаря тому, что у людей существует (возникает) потребность в них, точнее, в том наборе функций (полезностей), которые конкретная экономическая система реализует. Следовательно, у каждой подсистемы, организации, института имеется свое функциональное назначение и поле приложения усилий - компетенция. Если агенты, создавая систему для удовлетворения определенных потребностей, снабжают ее изначально 11 функциями, а с течением времени работы системы оказывается, что она исполняет всего семь, да и то не в полном

объеме, т.е. с низким потенциалом качества, тогда мы вправе говорить о проблеме дисфункциональности данной хозяйствен- ной системы, института.

Таким образом, можно ввести некоторые группы параметров, характеризующих состояние и динамику любой системы как институционального продукта - совокупности правил, устойчиво функционирующих в результате процесса их институционализации. В этом случае институт характеризуется следующим набором основных параметров:

1. целью существования (назначение данных правил);
2. областью приложения усилий (поле деятельности или реализуемой потребности в функциональном наборе этой системы);
3. функциональным наполнением;
4. периодом времени до изменения (в том числе функционального набора);
5. издержками функционирования;
6. степенью отторжения или принятия вводимой нормы (функции);
7. устойчивостью к мутации (мера устойчивости системы/ института к ее/его преобразованию в какую-либо иную форму).

Под дисфункцией экономического объекта будем понимать нарушение, расстройство функций какого-либо органа, системы, экономического института, преимущественно качественного характера - по аналогии с дисфункцией организма в биологии[93].

Нужно отметить, что в российской научной литературе термин “дисфункция” применительно к институтам использовался относительно описания проблемы их трансплантации из одной социальной среды в другую, менее развитую[94]. Трансплантация институтов из одной среды в другую используется как метод ускорения институционального развития. “Опасность отторжения трансплантированных институтов”[95] понимается как дисфункция, причем акцент делается на том, что она возникает исключительно при трансплантации институтов и бывает четырех видов: атрофия и перерождение института, активизация альтернативных институтов и отторжение, институциональный конфликт и

“парадокс передачи”49. Это вполне возможные частные варианты дисфункциональных состояний, поскольку нетрансплантиро- ванные институты, также как и трансплантанты, испытывают потерю качественных характеристик, что и означает снижение их эффективности.

Изменение одного из семи параметров функционирующего института применительно к экономической системе в целом может иметь серьезные последствия в отношении устойчивости функционирования системы, ее качества и полезности для экономики. В институциональной экономике известно, что неэффективная норма может прекрасно функционировать. Примерами являются неплатежи, бартер, коррупция, уход от налогов, инвестиционный кризис, порочный круг “инфляция-девальвация”. Наличие данных явлений говорит о той или иной степени дисфункциональности экономической системы, а наличие неэффективных устойчивых норм - о потере “функционального”, “целевого” качества системы. Эти процессы могут возникать независимо друг от друга или одновременно. Неплатежи обычно порождают бартер (как в российской экономике), а высокие налоги - уклонение от их уплаты и как следствие девиантные формы поведения. Вместе с тем низкий уровень душевого дохода, задержки в выплате заработной платы и бартер, а также сложность самих налогов и системы взимания приводят к падению налоговых сборов. Введение новых институтов или пролонгация действия старых, взаимодействующих с новыми, часто усиливает негативное воздействие на экономику.

множество примеров потери этой функции и вытекающей из этого дисфункциональности хозяйственной системы, которая может привести ее в точку бифуркации с последующим катастрофой и гибелью системы. Примеры “Титаника” и “Чернобыля” - это примеры вопиющей дисфункции контроля, завершившейся катастрофой. Следовательно, в управленческом смысле, для хозяйственной системы актуальна проблема оптимизации числа функций и поддержания их в должном состоянии, т.е. предотвращения дисфункций.

Будем называть системной (макроэкономической) дисфункцией такое неравновесное динамическое состояние хозяйственной системы, при котором все основные параметры институциональных установлений этой системы испытывают потерю качества. Такая дисфункция является редким результатом институциональной динамики системы, когда снижающаяся функциональная эффективность правил поведения и функций самоусили- вается, так что замена одного или нескольких правил (функций) ничего не приводит к повышению эффективности экономической системы. Системная дисфункция представляет собой нижнюю точку адаптивной эффективности.

Адаптивная эффективность, в отличие от аллокативной эффективности, представляет собой эффективность действия правил, задающих развитие экономической системы во времени.

Фактически она характеризует способность общества к обучению, к поощрению инноваций и противодействию рискам, готовность к решению возникающих проблем, мешающих развитию. Однако, на наш взгляд, ее достижение возможно только при достижении известного результата в области аллокативной эффективности, т.е. пока неэффективно используются факторы производства, говорить о повышении адаптивной эффективно

сти не совсем уместно, хотя нужно понять, что установленные правила и работающие социальные установки в значительной мере определяют возможности аллокации и ее эффективность.

При возникновении ситуации системной дисфункции требуются кардинальные изменения в правовом поле экономических взаимодействий, восстановление качественного потенциала и числа функций с целью нахождения принципиально новой комбинации хозяйственного и правового порядков в рамках данной системы, а также разработки адекватных мероприятий экономической политики.

Для того чтобы реализовать какую-либо цель, исполнить некоторую функцию, сохранить область действия экономической системы/института, требуются денежные ресурсы. Причем необходимый их объем и эффективность использования зависят от потребности в деньгах и трансформационных возможностей конкретной системы/института или экономического агента. Эти возможности охватываются монетарным диапазоном, причем снижение ниже определенного порога говорит о возникновении дисфункции (некоторой потере качества), а ниже нижней (min) границы - о возникновении системной дисфункции хозяйственной системы/института, что сопровождается появлением девиантных форм и оппортунистического поведения. Кстати, не для всех систем (институциональных комплексов) достижение верхней границы диапазона, после чего возрастает необходимость в дополнительных правилах, является благом. Так, для институциональных структур, вносящих основной вклад в ускорение инфляции, достижение верхней границы монетарного диапазона будет ознаменовано увеличением темпа роста цен, поскольку регулирование или нормирование в условиях экономики рынков в функциональном и целевом смысле признается низкопродуктивным.

Сегодня в рамках российской экономической школы развивается идея об институциональных ловушках - неэффективных устойчивых нормах поведения, а также - идея дисфункциональ- ности института, согласно которой существование неэффективных норм является закономерным результатом хозяйственной динамики, при которой происходит снижение качественного состояния и фиксация его во времени. Теневая экономика, инвестиционный кризис, неплатежи, бартер, согласно первым развиваемым представлениям, являются примерами институциональных ловушек, а согласно вторым они есть результат дисфункци-

ональности некоторых важнейших экономических институтов, т.е. представляют собой экономические явления, а отнюдь не институциональные ловушки.

Понятие “институциональная ловушка” стало достаточно модным в России, так что даже глава Центрального банка на телевидении говорит о недостатке “длинных денег”, называя ситуацию “институциональной ловушкой”. Хотя на самом деле проблема кроется в оттоке финансовых ресурсов за рубеж, причем для агентов, контролирующих эти ресурсы и осознанно осуществляющих вывод материальных средств из страны, данная трансакция вполне эффективна и отнюдь не является ловушкой. Считается, что и институциональные ловушки воспроизводятся эффектами координации, сопряжения, культурной инерции. Для преодоления ловушки требуется увеличить трансакционные издержки неэффективной нормы, чтобы произошел отказ отследо- вания ей, либо нужно уменьшить трансакционные издержки альтернативной нормы и трансформационные издержки перехода от одной норме к другой. Иными словами, преодоление институциональной ловушки требует довольно крупных затрат. Следовательно, если выводить борьбу с институциональными ловушками на уровень макроэкономической политики, то, какие бы мероприятия не предлагались, ясно одно - они требуют больших затрат. В связи с этим открытым остается вопрос: не приведет ли преодоление одной институциональной ловушки (или нескольких) к новым ловушкам, не возникнет ли эффект “шока предложения” вследствие увеличения общих затрат?

Интересной выглядит идея о том, что ускорение роста, системный кризис, изменения культурных параметров общества могут при определенных обстоятельствах разрушать неэффективные институциональные состояния. С позиций разбираемого теоретического подхода открыто провозглашается, что институциональная ловушка есть неэффективное равновесие, причем разные ловушки могут быть взаимосвязаны. В качестве иллюстрации обычно приводится пример с бартером и коррупцией. В частности, В.М. Полтерович[96], следуя неоинституциональному подходу Г. Беккера[97], утверждает, что наказание (например, штрафы),

а также кризис могут быть инструментами выхода из институциональной ловушки. Однако как же можно говорить о взаимосвязанности ловушек, но предлагать дифференциальные методы борьбы с ними? В таком случае возникает проблема: не приведут ли вводимые мероприятия к углублению старых и возникновению новых ловушек? Почему ловушка и мера ее неэффективности представляются в статике? Конечно, в экономике очень существенное значение имеют число неэффективных элементов и качественные параметры действующих неэффективных норм, причем аналитически важно также представлять их в динамике. Ассоциация неэффективных состояний с точкой Парето-опти- мальности фактически противоречит теоретической позиции, касающейся необходимости отказа от оптимальности для получения каких-то ощутимых результатов в рамках эволюционной экономики. Учитывая, что модели оптимизации в экономической науке дают результаты, далеко не всегда совпадающие с действительностью, видимо, будущее за тем, чтобы находить возможности сопряжения моделей оптимизации и экспертно-анали- тических процедур (методов). На мой взгляд, предложенная комбинация является хорошим инструментом в области институционального анализа.

Концепция институциональной ловушки по своей сути мик- роаналитична. Однако в качестве ловушек предстают комплексные (системные, целостные) явления, которые затрагивают и функционирование макроуровня экономики. Тогда возникает проблема целесообразности агрегации микроэкономического явления и распространения его на макроуровне. При такой агрегации “забываются” истоки возникновения явления. В частности, почему бартер - некая ловушка, выход из которой затруднителен или требует значительных издержек, а не “ответное” явление (или “экономический процесс”), возникшее по причине того, что система в период до появления (увеличения доли) бартера потеряла определенные цели, функции, область приложения усилий, став тем самым дисфункциональной? Естественно считать, что сокращение бартера должно протекать при условии восстановления целей, функций системы и т.д. плюс преодоление привыкания к бартеру (издержки привыкания). Поэтому общие издержки преодоления устойчивой неэффективной нормы поведения - бартера - будут довольно высоки.

В противоположном идее институциональной ловушки ключе выступает представленная здесь концепция экономической

дисфункции. Конечно, возможна ситуация, когда резкое сокращение качества какой-то одной функции системы, института приведет к быстрому отрицательному изменению по остальным указанным параметрам с последующим возникновением системной дисфункции. В экономике всегда существуют микродисфункции, но способно ли их число спровоцировать возникновение системной дисфункции? Объяснение этого процесса можно дать только на уровне представлений о целостности хозяйственной системы и полноте межэлементных (межфункциональных) связей. В конечном счете система теряет функции либо происходит сокращение функционального потенциала (качественного содержания) исполняемых функций, сужается область приложения усилий, увеличиваются издержки функционирования, сокращаются или видоизменяются цели системы - любые действия по указанным направлениям будут выступать в качестве факторов системной дисфункции.

Результат институциональной динамики обычно согласован с нижним уровнем адаптивной эффективности системы. Для того чтобы исполнить некоторую функцию, сохранить область действия институтов, достичь некоторой цели, институты (хозяйственные системы) нуждаются в денежном обеспечении подобно тому, как человек нуждается в пище. Причем для любого института существует свой монетарный диапазон, нижняя граница которого отвечает системной дисфункции, когда теряется качество всех необходимых параметров, вследствие недостаточности монетарного обеспечения его функционирования, а верхняя граница может соответствовать трансформации института или эволюционному размножению институтов. Предлагаемая идея монетарного диапазона института отвечает биологической аналогии о “рабочем диапазоне” давления человека - верхний и нижний уровни давления. Опасность для экономической системы и отдельного ее института представляет как нижняя граница, так и верхняя. В границах диапазона изменяется и эффективность института, измеряемая показателем денежного дохода на единицу потребляемой денежной массы в единицу времени.

В такой интерпретации институциональная ловушка становится частным случаем институциональной динамики и должна ставиться задача разработки математических моделей динамики качественных параметров институциональных подсистем. Если исходить из общепринятого определения, то институциональная ловушка - это неэффективная устойчивая норма. Как показано