“Парадокс импортной инфраструктуры"

Этот парадокс состоит в том, что, с одной стороны, “импортная инфраструктура” создает рабочие места для российских граждан, обеспечивает социальный стандарт потребления качественных благ - различных товаров, но, с другой стороны, она функционирует благодаря российскому сырьевому потенциалу и, более того, организуется за его счет.

родами страны и периферийной Россией, представленной несравнимо большим населением.

Вот причина, вследствие которой большинство граждан испытывает материальные трудности существования, а 10% населения, проживающих исключительно в Москве и Санкт-Петербурге, имеют доступ к благам, подобно жителю высокоразвитой страны. Такой дуализм российской экономики есть выражение отсталости экономической структуры.

Увеличение спроса на импорт обычно приводит к избыточному давлению на национальную валюту в направлении снижения ее курса, так как требуется больше иностранной валюты для покупки все больших объемов импортных товаров. За единицу иностранной дают постоянно увеличивающееся количество единиц национальной валюты, и отечественная валюта обесценивается. В результате импорт дорожает. Если Центральный банк в данном случае будет осуществлять интервенции по поддержанию курса национальной валюты, не давая рублю обесцениваться, то его валютные резервы будут истощаться, а объем рублевой денежной массы в экономике сократится. Таким образом, экспансионистская денежно-кредитная политика будет элиминирована политикой “банка банков” на валютном рынке. Но если курс рубля беспрепятственно начнет снижаться, то цены на импорт возрастут. Дальнейшие сценарии развертывания экономической ситуации могут быть следующими.

Во-первых, рост цен на импорт приводит к ограничению спроса на импортные товары, так как бесконечно осуществлять поддержку покупательной способности за счет денежной эмиссии, а не за счет отечественного производства, невозможно в силу раскачивания маховика инфляции, множественных падений плавающего курса либо девальваций фиксируемого или придерживаемого курса национальной валюты.

Во-вторых, увеличение импорта первоначально вытесняет отечественные товары с внутреннего рынка. Затем, с ростом цен, происходит сокращение спроса на импорт, но повышение цен затрагивает и отечественные производства. Здесь включаются два основных механизма. Первый состоит в том, что национальная промышленность зависит от поставок из-за рубежа

технологий, оборудования, комплектующих, некоторых производственных компонентов, тех или иных видов сырья. С ростом цен на поставляемые импортные составляющие отечественного производства повышается цена конечной продукции национальной промышленности. Экономическая конструкция второго механизма общего повышения цен составлена из требований повышения заработной платы, ренты и прибыли, при том условии, что существует высокая зависимость совокупного потребления внутри страны от импортных товаров, низкая эластичность спроса на импорт по цене и высокая - по доходу. Значительная длина спекулятивных цепочек, построенных на обслуживании и распространении импорта на отечественном рынке, мультиплицирует повышение цен, к тому же вокруг указанных цепочек формируется “импортная инфраструктура”, обеспечивающая занятость высвобождаемым кадрам из стагнирующей промышленности. В результате низкая покупательная способность российских граждан первоначально переключается на импорт, собственные производства продолжают сокращаться.

Экспортоориентированные отрасли могут обнаруживать рост производства в силу относительного удешевления экспорта, если действие прочих факторов международной торговли отсутствует. Но если импорт в общем национальном потреблении преобладает, то в итоге экспорт низкого уровня переработки не сможет длительно обеспечивать повышения вознаграждения за труд, и рост цен, ухудшающий паритет покупательной способности и паритет цен, приведет к свертыванию доходов от сырьевого экспорта.

Когда российские импортеры повышают цены на прошлый импорт, закупленный еще по низким ценам, под воздействием падения курса рубля, то обосновывается это тем, что им нужны денежные средства для закупки следующих партий импортного товара. Величина дохода от импорта, купленного ими по старым ценам, для этого считается недостаточной в силу того, что новая поставка будет происходить по более высокой цене. Однако объемы импорта сократятся, если реальные деньги (МІР) не увели-

Рис. 9.1. Функция спроса на поступающий в страну импорт

чатся, сократив и объем закупок новых товаров по высоким ценам (рис. 9.1).

Если спрос на импортные товары неэластичный, как показано на левой части рисунка, импортеры вынуждены будут повышать цены на уже закупленный импорт, так как величины дохода PoQo явно не хватит для закупки объема Qx по цене Р{. В случае продажи всех импортных товаров Q0 по цене Р{ вырученного дохода с избытком (Q0 -Qt) Рх хватает для закупки нового импорта. Однако старый импорт по цене Рх будет продан не весь - образуются запасы в объеме (lt;20Н2і)- Но при возрастании покупательной способности (национального дохода) на величину DXD2 происходит смещение кривой спроса на импорт до точки пересечения Р{Ае с D2 и повышение цены становится оправданным, так как старые объемы импорта полностью продаются. Когда спрос на импорт высоко неэластичен, покупательная способность не увеличивается и учитывается фактор времени, позволяющий рассматривать поставки и продажи импорта как непрерывные, то определенная часть прошлого импорта к моменту роста цен уже будет продана по старой цене Р0, и таким образом подорожает новый и всего лишь часть старого импорта.

Высокая зависимость от импорта, определяемая величиной эластичности кривой совокупного спроса на импорт, позволяет при неэластичном спросе повышать цены без серьезных краткосрочных последствий для продавцов импорта. Сокращение реальных денег в экономике и сжатие покупательной способности приведет к смещению кривой спроса на импорт до положения D3. Если при этом растут цены на импорт до Ри то объем спроса снизится ДО Q’ либо ДО lt;2i, если уровень цен не изменится и останется равным Р0. При эластичном спросе на импортные товары (правая часть рис. 9.1) потребители очень чувствительны к возмож

ному повышению цен на них и в случае такого повышения быстро переориентируют свои взгляды на отечественные товары, значительно сократив покупки импортных. В результате доходы импортеров могут значительно сократиться. Это случай, когда национальная экономика имеет низкую степень зависимости от импорта. Повышение цен на старый импорт в таком случае вряд ли произойдет, так как импортерам не нужны крупные запасы непроданной продукции, равные величине (Q0e-Qiе).

В чем заключаются фундаментальные причины устойчивости импортной продукции на российском рынке? Это важно знать для точного анализа вариантов экономической политики. Экономика России с определенной мерой условности может быть представлена тремя секторами: сектором отечественного производства, работающего в основном на внутренний рынок, сектором отечественных экспортных отраслей и сложившейся “импортной инфраструктурой”, посредством которой осуществляются товарные и финансовые инъекции, удовлетворяющие имеющиеся внутренние потребности. В итоге внутренний рынок даже с низкой покупательной способностью ориентируется на импортную продукцию, которая качеством и нередко ценами вытесняет отечественные товары. Экспортные отрасли работают на три направления: на поддержку и расширение собственного производства, пополнение валютных резервов и выплату долгов и социальных обязательств. По большому счету роль экспортного сектора в экономике страны, который представлен сырьевыми отраслями, ограничивается названными направлениями участия. Если происходит падение мировых цен на сырьевые компоненты (например, на нефть), то российские сырьевые экспортеры переживают тяжелые времена. Но вместе с тем может расти давление в сторону увеличения дефицита бюджета в результате ухудшения текущего счета, т.е. могут возникнуть проблемы с платежным балансом, вынуждающие брать в долг за рубежом.

Описанная ситуация обостряется тогда, когда страна имеет низко диверсифицированный экспорт. Чем меньше номенклатура экспорта и чем ниже степень переработки (добавленной стоимости) экспортных продуктов, тем ближе страна к моноэкспорт- ной и тем сильнее ее зависимость от мировых рынков и конъюнктуры. При этом наблюдается одна немаловажная особенность - моноэкспортные страны за очень редким исключением бедны. Природа этой бедности состоит в действии ряда факторов, кото

рые образуют самовоспроизводящий контур. Например, в ряде южноазиатских стран проблемы индустриализации были обусловлены не недостатком капитала, а трудностями перелива ресурсов из разросшегося сельскохозяйственного сектора экономики, который к тому же характеризовался чрезвычайной отсталостью. Высокая рождаемость обеспечивала значительный прирост трудовых ресурсов, которые концентрировались в сельском хозяйстве, а индустриальные институты и уровень сбережений были таковы, что не обеспечивали ни достаточный для промышленного производства уровень образования, ни ликвидации дефицита трудовых ресурсов в промышленности при их избытке в стране, ни изменения политических институтов, неспособных создать необходимую мотивацию для решительных изменений. ВВП на душу населения в связи с ростом последнего постоянно падал. Низкий уровень сбережений приводил к нехватке инвестиций и, как следствие, к низкому уровню производительности, низкому национальному доходу, низкому уровню спроса в экономике и т.д.

Для развивающихся стран разорвать этот круг предлагалось многими способами. Во-первых, путем форсированного развития промышленности за счет государственных инвестиций в образование, инфраструктуру, инвестиции по замене ручного труда машинным в сельском хозяйстве, сокращения числа занятых в традиционном секторе. Базой при проведении такой стратегии будет стимулирование роста экспорта (для многих стран - сырьевого), регулирование приспособительных реакций традиционного и промышленного секторов с тем, чтобы упразднить возможную нейтрализацию проводимой политики. В традиционном секторе при отвлечении из него трудовых ресурсов может возрасти зарплата. Это приведет к ее повышению и в промышленном секторе, что вызовет снижение рентабельности осуществляемых в производство инвестиций и элиминирует эффекты заданного распределения. Однако увеличение экспорта выглядит проблематично, вследствие привязки к мировой конъюнктуре. Направление крупных финансовых ресурсов на образование и инфраструктуру, которым имманентны долгосрочные периоды отдачи вложенных средств, вряд ли будет успешным в существующей институциональной структуре развивающихся стран.

Во-вторых, Р. Нёрксе и А. Хиршман в свое время предлагали модель “большого скачка”, когда массированные государствен

ные инвестиции объемом до 15% ВНП должны были приводить к расширению эффективного спроса, формированию экономической инфраструктуры, увеличению занятости и росту сбережений. После скачка, как они полагали, рыночные механизмы по своим цепочкам запустят экономическую систему и приведут ее к необходимому уровню национального накопления и потребления. В этом случае также игнорировались привязка к мировой конъюнктуре, неэффективность институциональной структуры, невозможность обеспечить инвестиции в 15% ВНП. У скачка фактически не было энергии и даже не было источников ее появления.

В России ситуация значительно интереснее и со всей очевидностью не подпадает ни под одну известную схему. По сути дела, имеются четыре сектора - три уже названных, а также сельскохозяйственный, обедненный как людскими ресурсами, так и капиталом (расположенный в суровом климате, где производство одного урожая становится серьезной национальной проблемой).

Если агрегировать эти секторы, то можно выделить следующие две сферы экономики: фиктивный сектор, основой которого выступает “импортная инфраструктура”, и реальный сектор национальной экономики, основой которого являются неплатежи и долги предприятий. Фиктивный сектор покоится на трех пирамидах: рынке высокодоходных ГКО, определяющих характер спекуляций на фондовом и валютном рынках, где ситуация определяется реальными процентными ставками, темпом роста денежной массы (уровнем внутренних цен и их отношением к мировым ценам) и “импортной инфраструктуре”, которая через банки связана с двумя другими пирамидами. Их функционирование обнаруживает автоматический эффект поддержания жизнеспособности, когда одной из подсистем извне наносится какой-либо вред. Так, в августе 1998 г. правительство отказалось от выплат по своим долгам, свернув пирамиду ГКО и накрыв ликвидность многих банков, которая была дутой и держалась на ценных бумагах правительства. В тот же миг банки переключились на покупку долларов, чтобы хоть как-то восстановить свои ликвидные активы. В результате пострадали вкладчики и население в целом, которое испытало резкую девальвацию курса рубля и подорожание основного товарного ассортимента.