Отбор и спекулятивное поведение

Практически весь мир пытается повторить опыт стран и городов, которым удалось добиться больших успехов в порождении здоровой жизнерадостности и предпринимательского духа. Менее успешные государства и регионы стремятся к достижению столь же высоких результатов, и решение этой задачи имеет огромное значение.

Однако если мы попытаемся взглянуть на эту проблему как можно более реалистично, то должны будем признать, что никому в мире не удалось успешно экспортировать положительное иррациональное начало в полной его форме. Страны и регионы, в которых преобладает жизнерадостность, добились этого посредством отбора своих будущих жителей.

збз

Как утверждает Джон Гартнер, психиатр из Медицинской школы Университета Джонса Хопкинса, страны, в которых значительную часть населения составляли прошедшие самоотбор иммигранты, привлекали большое количество маниакальных, а также «гипоманиакальных» (со смягченной формой мании) людей¹¹. Исследователь подчеркивает, что, согласно опубликованным в психиатрических и медицинских журналах данным, три страны с наиболее высокой долей людей с психическими заболеваниями, соответствующими медицинскому определению биполярного аффективного расстройства (ранее известному как маниакальнодепрессивный психоз),— США, Канада и Новая Зеландия. Вероятно, в них высоки и доли гипоманиакальных людей. Все эти страны объединяет то, что исторически их население формировалось за счет самоотбиравшихся иммигрантов, которые должны были преодолеть немало трудностей, прежде чем достичь «берегов обетованных». Я полагаю, что аналогичному отбору благоприятствовали условия и в других центрах деловой жизни, таких как Дубай, Гонконг или Сингапур. Люди, решившиеся на эмиграцию, отказавшиеся от комфортабельной среды, в которой они росли, естественным образом отбирались в соответствии со специфическими индивидуальными качествами, как генетическими, так и культурными.

Научная обоснованность предложенной Дж. Гарт- нером теории вызывает у меня сомнения. Достаточно упомянуть, что все страны мира, и прежде всего все страны за пределами Африки, на том или ином отрезке истории человечества были населены иммигрантами. В то же время эти древние миграции происходили в форме переселения не отдельных людей, а целых на- ^[245] родов. Индивидуальные перемещения, в свою очередь, могли быть вызваны случайными причинами и не обязательно являются результатом поисков лучшей жизни отдельным человеком или нуклеарной семьей. Современное общество открывает своим гражданам гораздо большую свободу индивидуальной эмиграции, что ведет к усилению эффекта отбора.

Я могу поделиться с вами историей моей семьи. Более ста лет назад мои дедушки и бабушки, каждый по отдельности, приехали в Америку из Литвы. Мой дедушка по отцовской линии, Джордж Шиллер, эмигрировал самостоятельно, чтобы избежать призыва в русскую армию, к которой он относился как к войскам государства, оккупировавшего его родину. Моя бабушка по отцовской линии, Амелия Миллер, самостоятельно уехала в Америку в возрасте 18 лет, чтобы избежать брака, о котором договорились родители жениха и невесты, против ее воли. На момент отъезда бабушка с трудом говорила по-английски. Это был шаг человека с сильным характером. Дед по материнской линии, Винкас Ра- дзивил, приехал в США, чтобы получить образование в Кливлендском институте искусств. Бабушка Розалия Шерис никогда не рассказывала мне о причинах отъезда, но я знаю, что ее дорога в Америку была сопряжена с трудностями. Например, два года она жила одна в Лондоне. Для того чтобы решиться на самостоятельный переезд в Америку, у всех моих дедушек и бабушек должна была присутствовать хотя бы слабая гипоманиакальность, и мне очень интересно, как этот отбор должен был отразиться на мне как личности.

Но тяготы, которые приходилось преодолевать моим родственникам, не идут ни в какое в сравнение с трудностями нелегальной иммиграции из Китая в Гонконг во времена Мао Цзэдуна. С тем чтобы попасть в Гонконг, люди должны были проплыть ночью несколько километров вниз по реке Чжуцзян (Жемчужная). Чаще всего они оказывались в руках пограничников и должны были понести наказание. Но через несколько не-

дель большинство из них предпринимали новые попытки перехода границы.

Кроме того, мне хотелось бы получить ответ на вопрос о той роли, которую, возможно, играет в гипоманиакальном отборе присущая городам всего мира живость и бойкость. Видимо, схожий процесс самоотбора проходят и люди, оставляющие тихую сельскую местность ради волнующей городской жизни.