Глава 6 ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС 1998 ГОДА КАК ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ РЫНОЧНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ И РЕАКЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ НА СИСТЕМНОЕ УЛУЧШЕНИЕ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ

Несмотря на крайне тяжелое течение кризиса, институцио- нальные изменения в российской экономике происходили очень быстро. Влияние государства на базовые экономические процессы (формулирование производственных целей, распре- деление ресурсов, установление цен и т.д.) кардинально сокра- тилось буквально за 1-2 года, в то время как сфера действия рыночных механизмов столь же кардинально расширилась.

1998 гг. механизмы рыночного самодействия вывести нацио-

нальную экономику из кризиса так и не смогли. Производствен-

ный спад замедлился, но не прекратился (см. табл. 4.5 и 4.6).

Меры и методы, применявшиеся в рамках этой макроэко-

номической политики российских властей, напоминали «дур- ную бесконечность». Сходные по смыслу действия, раз за ра- зом приносившие отрицательные результаты, повторялись, тем не менее, вновь и вновь. Ставка упорно делалась на очень ограниченный набор мер монетарного, бюджетного и фис- кального характера29. Основными среди них были следующие:

• Безусловный приоритет антиинфляционных действий над действиями по стимулированию производства и ка- питалообразующих инвестиций.

29 Анализируя макроэкономическую политику, проводимую в России в

1990-е годы, следует помнить, что она была не вполне самостоятель-

ной. Многие цели и методы этой политики формулировались, исходя из

прямых указаний международных финансовых организаций, и прежде

всего Международного валютного фонда (МВФ) [138, 192].

202

• Постоянные попытки использовать в качестве основного (и, по сути, единственного) метода борьбы с инфляцией урезание денежного предложения.

• Использование завышенного обменного курса рубля в качестве номинального якоря, который должен был сдерживать инфляционные ожидания.

• Сохранение высоких налоговых ставок с целью умень-

шения текущего дефицита государственного бюджета.

• Так называемое неинфляционное финансирование дефици- та федерального бюджета за счет получения доходов от продажи на рынке государственных долговых обязательств (ГКО-ОФЗ и др.). При этом объем размещения ГКО-ОФЗ постоянно увеличивался (1995 г. – 159,5 млрд. руб.; 1996 г.

– 430,5 млрд. руб.; 1997 г. – 502,0 млрд. руб.)30, а необхо-

димый объем спроса на эти обязательства обеспечивался высокими процентными ставками и крупномасштабным

привлечением иностранного спекулятивного капитала.

Помимо прочего, такая ориентация на внешние финан-

совые ресурсы потребовала снятия почти всех ограниче-

ний на вывоз капитала из России.

• Безусловный приоритет фискальных и идеологических мотивов приватизации над мотивами, связанными с по- иском эффективных собственников.

Ожидания, возлагавшиеся на эти меры, не оправдались да- же в малой степени. Чисто монетарные способы сдерживания инфляции в условиях тотальной неопределенности и всеобще-

го недоверия оказались абсолютно неэффективны прежде все-

го с макроэкономической точки зрения. Хотя формально рост цен в стране замедлился, это событие само по себе так и не

30 Оценки масштабов рынка ГКО-ОФЗ приведены в деноминированных рублях [151].

203

породило рыночные импульсы, которые обеспечили бы, в со- ответствии с теорией, прирост инвестиций и активизацию мо- дернизационных процессов. Экономические агенты по- прежнему не верили в стабильность финансовой ситуации, считали уровень рисков слишком высоким и отказывались от масштабных вложений в основной капитал.

Прочие аспекты макроэкономической политики тех лет также оказывали угнетающее воздействие на динамику производства.

Излишнее денежное сжатие генерировало рост неплатежей, взаи-

мозачетов и бартерных сделок, что, помимо прочего, резко увели- чивало трансакционные издержки предприятий. Завышенный курс рубля существенно снижал ценовую конкурентоспособность оте- чественных производителей. Чрезмерное фискальное давление увеличивало либо долговую нагрузку лояльных предприятий, ли- бо неформальную антиналоговую активность нелояльных.

Попытка финансировать дефицит федерального бюджета за счет финансовых рынков также имела целый ряд негативных

макроэкономических последствий. Во-первых, искусственно завышенная прибыльность операций с государственными цен-

ными бумагами оттягивала и без того ограниченные денежные ресурсы из реального сектора в финансово-банковскую сферу. Во-вторых, ориентация расходов федерального бюджета на

рефинансирование рынка ценных бумаг резко ограничивала возможности государства по поддержке экономики и социаль-

ной сферы. В-третьих, стремительный рост долговой нагрузки

204

государства генерировал очень серьезные дополнительные риски, связанные с курсовыми колебаниями рубля и ценных бумаг. В-четвертых, либерализация трансграничных валютных операций ослабляла защиту российской экономики от утечки капитала и от внешнего давления на рубль.

Закономерными следствиями неудачной макроэкономиче- ской политики стали непрекращающийся спад производства; денежный голод в реальном секторе экономики и социальной сфере31; крупномасштабная утечка капитала из страны; даль- нейшее углубление структурно-технологических диспропор- ций; анклавизация экономики, выражавшаяся в резком ослаб- лении хозяйственных связей между благополучными и небла- гополучными секторами; низкий уровень жизни населения; постоянно усиливающийся оппортунизм предприятий и т.д.

На этом фоне в стране происходило постепенное ухудшение макрофинансовой ситуации.

Поскольку уход иностранных портфельных инвесторов и обесценение рубля лишали проводимую макроэкономическую

31 В частности, величина денежного агрегата М2 в 1997-1998 гг. со- ставляла всего лишь 12-14% от объема произведенного ВВП, тогда как, например, в 2007г. это отношение равнялось уже 27,3% [150, 155].

205

и макрофинансовую политику всякого смысла, федеральные вла- сти предприняли попытки переломить негативные тенденции. Они попытались получить новые займы у международных фи- нансовых организаций (Международный валютный фонд, Миро- вой банк и др.) и иностранных правительств, а также неодно- кратно повышали процентные ставки по государственным цен- ным бумагам. Однако любые внутренние и внешние финансовые ресурсы, к которым могла прибегнуть федеральная власть, по сравнению с масштабом возникавших проблем были заведомо недостаточными. Реальный сектор национальной экономики, на- ходившийся в еще более бедственном положении, чем финансо- вая сфера, оказать помощь в этой ситуации также не мог.

К августу 1998 г. российские власти утратили последние ресурсы для поддержания обменного курса рубля и рефинан-

сирования краткосрочного государственного долга. В резуль-

тате 17 августа 1998 г. федеральному правительству и Цен- тральному Банку пришлось фактически отказаться от под- держки рубля, а также объявлять себя неспособными выпла- тить долги по ключевым видам государственных ценных бу- маг [51]. По сути дела это был окончательной крах всей мак- роэкономической политики, проводившейся после 1992 г.

Последствия финансового кризиса 1998 г. оказались достаточ-

но парадоксальными. С одной стороны, российская экономика по-

лучила очень тяжелый удар, следствием которого стали кратное обесценение национальной валюты, новый этап производственно- го спада, скачкообразный рост инфляции, резкое снижение уровня жизни населения. С другой стороны, экономический спад оказался кратковременным и очень быстро сменился весьма и весьма мас- штабным экономическим подъемом (табл. 6.1 и 6.2).

Быстрый переход от крайне затяжного и глубокого эконо-

мического спада к уверенному восстановительному росту объ- яснялся целым рядом причин. Безусловно, значительную роль в этом сыграли и перемены в макроэкономической политике российских властей. Эти перемены не носили глобального ха- рактера, но, тем не менее, разница в практических действиях по экономическому регулированию была ощутимой.

206

Таблица 6.1

Официальный обменный курс рубля по отношению к доллару США в 1997-2000 гг., руб./долл.*

1.1.1997

1.1.1998

2.6.1998

15.8.1998.

1.9.1998

1.10.1998

1.1.1999

1.1.2000

30.12.2000 5560,00 5,96 6,17 6,29 9,33 15,91 20,65 27,00 28,16

* После 1.1.1998г. обменный курс указан в деноминированных рублях. Соотношение между деноминированными и неденоминированными рублями – 1 : 1 000.

Источник: База данных Банка России по курсам валют:

http://www.cbr.ru/currency_base/dynamics.asp

Таблица 6.2

Некоторые официальные показатели социально-экономической динамики в 1997-2000 гг. (Россия, в % к предыдущему году)

Показатель 1997 1998 1999 2000 ВВП

Объем промышленного производства

Инвестиции в основной ка-

питал

Индекс потребительских цен

Реальные денежные доходы населения

Фактическое конечное по- требление домашних хо- зяйств 101,4

102,0

95,0

111,0

106,0

103,9 94,7

94,8

88,0

184,4

84,0

97,3 106,4

111,0

105,3

136,5

88,0

97,6 110,0

112,0

117,4

120,2

113,0

105,9

Источник: Российский статистический ежегодник. 2003. М.: ГКС РФ, 2003.

207

Новая российская макроэкономическая политика гораздо меньше ориентировалась на абстрактные и сильно идеологизи- рованные теоретические схемы, но существенно больше учиты- вала реальные потребности национальной экономики. Отноше- ние российских властей к советам международных финансовых организаций также стало более спокойным и взвешенным – ре- комендации этих организаций перестали восприниматься как ру- ководящие указания, обязательные для скорейшего внедрения.

Прежде всего, изменения коснулись антиинфляционной и финансовой политики.

Во-первых, сдерживание инфляции перестало быть абсо- лютным приоритетом. Возобновление экономического роста стало рассматриваться как более важная целевая установка.

Во-вторых, использование в российских условиях искусст-

венно завышенного курса рубля в качестве номинального ан-

тиинфляционного якоря было признано неэффективным. После августа 1998 г. курсообразование рубля де-факто стало рыноч- ным. Хотя этот переход и привел к краткосрочному всплеску це- новой динамики (прежде всего, за счет резкого удорожания им- порта), прочие его эффекты оказались для российской экономики весьма благотворными. В частности, снижение обменного курса рубля резко уменьшило величину издержек российских произво- дителей, измеренную в долларовом выражении. Благодаря этому обстоятельству, заметно выросла ценовая конкурентоспособ- ность отечественной продукции как на внутреннем, так и на внешнем рынках. Особенно сильно выиграли те предприятия, все элементы издержек которых имели российское происхождение. Помимо этого, рыночное курсообразование облегчило накопле- ние золото-валютных резервов, что, в свою очередь, повысило устойчивость национальной финансовой системы.

В-третьих, более гибким стало монетарное регулирование. В целом политика, предусматривавшая ограничение денежно- го предложения в целях борьбы с инфляцией, сохранилась. Однако при этом власти постарались избавиться от задержек по выплатам бюджетных зарплат, пенсий и пособий. Напри- мер, если в III кв. 1998 г. задолженность по бюджетным зар-

208

платам составляла 20,9 млрд. руб., то в I кв. 2000 г. она сокра- тилась до 7,1 млрд. руб. [107]. Кроме того, власти почти пол- ностью отказались от практики невыполнения плановых фи- нансовых обязательств перед бюджетными организациями и подрядчиками по государственным заказам. Такой подход по- зволил не только нормализовать финансовую ситуацию в бюджетной сфере, но и заметно повысить уровень доверия к действиям государства в экономике.

В-четвертых, с учетом крайне неудачного предшествующе- го опыта было решено, что финансирование бюджетного дефи- цита посредством масштабных рыночных заимствований не обеспечивает необходимого антиинфляционного эффекта, созда- вая при этом слишком большие риски для экономической ста- бильности. Следствием этого решения стал отказ от восстанов- ления рухнувшего рынка государственных обязательств. Помимо прочего, демонтаж пирамиды ГКО-ОФЗ снизил прибыльность инвестиций в ценные бумаги и соответственно повысил привле- кательность вложений в товарные активы [113]. Благодаря этому, заметная часть высвободившихся финансовых ресурсов была пе- ренаправлена в реальный сектор, что также стало одной из при- чин возобновления производственного роста.

В-пятых, в конце 1998 г. и в 1999 г. федеральное правитель-

ство смогло достаточно успешно использовать такой рычаг как регулирование цен на продукцию естественных монопо-

лий [127]. Вследствие этих действий темпы роста цен естест-

венных монополистов (электроэнергетики, газовой промыш- ленности, железнодорожного транспорта) были в 1,5-2 раза ниже темпов роста цен по экономике в целом, и такое положе- ние дел сохранялось вплоть до начала 2000 г. [177]. В резуль- тате удалось не только замедлить динамику инфляции, но и придать дополнительный импульс росту производства во всей национальной экономике, поскольку удельные затраты на энергию и транспорт у большинства российских предприятий в этот период фактически сократились.

Таким образом, можно сказать, что новые подходы в ос-

новном заключались в отказе от наиболее неадекватных мер

209

предыдущей экономической политики. Тем не менее, этого оказалось достаточно, чтобы разблокировать активность эко- номических агентов и кардинально усилить позитивные им- пульсы, исходящие от рыночных механизмов.

Разумеется, позитивные сдвиги в политике федеральных властей были не единственным фактором, предопределившим

начало экономического подъема в России. В частности, очень

существенную роль сыграло фактическое снижение заработной платы наемных работников, а также уменьшение прочих денеж-

ных доходов российских граждан. Например, в 1998 г. реальные

денежные доходы населения провалились на 10 проц. п. глубже, чем объем ВВП и промышленного производства. А в 1999 г. ре- альные денежные доходы снова значительно упали, несмотря на то, что объем ВВП и объем промышленного производства в стране в этот период уже весьма заметно выросли (см. табл. 6.2). Иными словами, стартовый рывок российской экономики в 1999-

2000 гг. в значительной степени был оплачен населением.

Переход к экономическому подъему облегчило и то обстоя-

тельство, что за годы глубокого спада была выведена из обо- рота и фактически законсервирована значительная часть произ- водственных ресурсов – зданий и сооружений, машин и обору- дования, рабочей силы. Но как только в конце 1990-х годов объ- емы рыночного спроса стали увеличиваться, значительная часть этих резервов была заново введена в действие. При этом повтор- ный запуск ранее простаивавших мощностей не требовал сколь- ко-нибудь значительных капиталовложений, что обеспечило бы- стрый и очень значительный прирост объемов производства при минимальном привлечении дополнительных средств извне.

Еще одной значимой причиной экономического подъема стал рост цен мирового рынка на основные товары российско- го экспорта, и прежде всего на нефть, нефтепродукты и газ. Вме- сте с тем, следует учесть, что рост мировых цен на углеводороды фактически начался только в 2000 г. и вплоть до 2004 г. имел ог- раниченные масштабы (табл. 6.3). Иначе говоря, само по себе увеличение доходов от сырьевого экспорта было не столько основой экономического подъема, сколько дополнением к ра-

210

нее сформировавшимся положительным тенденциям. Кроме того, не следует забывать, что в описываемые годы сырьевой экспорт сопровождался масштабной утечкой капитала из Рос- сии, и это обстоятельство значительно снижало положитель- ный эффект от благоприятной ценовой конъюнктуры.

Таблица 6.3

Динамика рыночных цен на нефть

Год В номинальных (текущих) ценах,

долл./барр. В ценах 2008 г.,

долл./барр. 1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007 18,64

11,91

16,56

27,39

23,00

22,81

27,69

37,66

50,04

58,30

64,20 24,67

15,52

21,12

33,79

27,59

26,94

31,97

42,35

54,01

61,37

64,93

Источник:

http://inflationdata.com/inflation/Inflation_Rate/Historical_Oil_Prices_Table.asp

(По данным Департамента энергетики США (US DOE)).

Несмотря на начавшийся в стране рост производства и по- ложительные сдвиги в макроэкономической политике властей, внешние условия работы российских предприятий менялись довольно медленно. Структурно-технологические диспропор- ции и институциональные изъяны, которые накапливались де- сятилетиями, были слишком глубоки и не могли исчезнуть в короткие сроки. Как следствие, большинство из проблем форс- мажорного характера, с которыми экономические агенты сталки- вались в начале 1990-х годов и которые были описаны в Гл. 4, продолжали в той или иной степени препятствовать работе пред- приятий и в посткризисный период. Этот факт со всей нагляд- ностью подтверждается, в частности данными анкетных опро-

211

сов предприятий реального сектора российской экономики, которые с 1999 г. проводятся Институтом народнохозяйствен- ного прогнозирования РАН32.

Например, стремительный рост цен и высокая инфляция

создали российским предприятиям очень большие сложности осенью 1998 г., когда стоимость почти всех товаров и услуг в

стране увеличилась, как минимум, на десятки процентов. И

хотя в дальнейшем острота этой проблемы постепенно снижа-

лась, ее влияние на деятельность предприятий все последние годы оставалось весьма значительным. Особенно сильно рос- сийские предприятия были обеспокоены высоким уровнем цен на транспорт и энергоресурсы. В 2002 г. эту проблему к числу наиболее сложных относили 56,32% опрошенных предпри- ятий; в 2005 г. – 47,85%; в 2007 г. – 38,33%. А в 2008 г. про- изошло новое обострение проблемы, в результате чего доля рес- пондентов, обеспокоенных ценами на сырье и энергию подня- лась до 51,48%, а доля респондентов, обеспокоенных высокой инфляцией, увеличилась до 31,36% (табл. 6.4). Примерно то же самое можно сказать и о проблеме резкого изменения ценовых соотношений – в годы экономического подъема она стала в це- лом менее острой, но при этом не исчезла насовсем. Причины сохранения этой проблемы заключаются в следующем.

32 Опросы организует лаборатория анализа и прогнозирования микроэкономи- ческих процессов ИНП РАН. Периодичность опросов - 1 раз в шесть месяцев (2 раза в год). В опросах принимают участие от 160 до 200 предприятий ре- ального сектора из 55-60 регионов Российской Федерации (республик, краев, областей, Москвы и Санкт-Петербурга). Отраслевая классификация пред- приятий осуществляется в соответствии с кодами ОКОНХ, в результате че- го участники опросов обычно распределяются по следующим группам: элек- троэнергетика; черная металлургия; цветная металлургия; химическая про- мышленность; машиностроение; лесная, деревообрабатывающая и целлюлоз- но-бумажная промышленность; промышленность строительных материа- лов; легкая промышленность; пищевая промышленность; прочие отрасли промышленности (включая фармацевтическую, парфюмерную, полиграфиче- скую, местную промышленность, а также отдельные предприятия нефтя- ной, газовой и угольной промышленности); сельское хозяйство; строительст- во; транспорт. Полные результаты опросов дважды в год публикуются в журнале «Проблемы прогнозирования» и на Интернет-сайте ИНП РАН по адресу: http://www.ecfor.ru/index.php?pid=epub

212

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №2, 2009.

Во-первых, следует учитывать, что у немалой части россий- ских предприятий до сих пор продолжают функционировать энергоемкие и ресурсорасточительные производственные мощ- ности, введенные в действие еще в советское время. Пока эти мощности не будут заменены или полностью модернизированы, предприятия продолжат нести финансовый ущерб от ценовых пертурбаций начала 1990-х годов, которые привели к кардиналь- ному удорожанию сырья, энергии и транспортных услуг.

Во-вторых, российская экономика пока не смогла избавиться от резких ценовых скачков, обусловленных либо общей эконо- мической нестабильностью, либо монопольными действиями не- которых крупных корпораций. Например, быстрое обесценение рубля в конце 2008 г. привело к очень значительному увеличе- нию затрат производителей, работающих на импортном сырье, в том числе многих химических, фармацевтических, пищевых, швейных и других предприятий. Зажатые между ростом издер- жек и относительным сокращением доходов населения, такие предприятия понесли немалый урон. А фактический картельный сговор национальных нефтяных компаний привел к опережаю- щему росту цен на автомобильный бензин в 2003-2006 гг. и в

2008 г. [155], что нанесло ощутимый ущерб большинству пред-

приятий из других отраслей.

Резкое обострение проблем, связанных с утратой значи-

тельной части сбережений и оборотных средств, произошло в 1998-1999 гг. Вследствие финансового кризиса множество российских частных банков фактически разорилось, в том числе такие крупные как СБС-Агро, Российский кредит, ОНЭКСИМ банк, Инкомбанк, Мосбизнесбанк и др. Из-за этих событий многие предприятия полностью или частично лиши- лись своих денег, размещенных на счетах в лопнувших банках. Большинство попыток вернуть свои деньги хотя бы в рамках процедур по банкротству оказались безуспешными. Например, держатели обязательств ОНЭКСИМ банка, не принадлежавшие к категории частных вкладчиков и государственных учреждений, получили после его банкротства менее 25% номинальной суммы своих вкладов. После банкротства Токо-банка аналогичная кате-

214

гория вкладчиков получила назад 21,7% вложенных средств, по- сле банкротства Инкомбанка – лишь около 3,5%, а после банкрот- ства банка СБС-Агро – ничего. При этом во всех упомянутых слу- чаях деньги были возвращены лишь через несколько лет [23].

Однако в дальнейшем эта проблема превратилась в относи-

тельно малозначимую. Общее укрепление национальной фи- нансовой и банковской системы, усиление контроля за дея- тельностью финансовых учреждений, улучшение макроэконо- мической ситуации выправили ситуацию. Это подтверждается и данными опросов. Например, если в 1999 г. об умышленных задержках платежей банками сообщали 28,23% опрошенных предприятий, то с 2002 г. по середину 2008г. доля жалоб на такие задержки не превышала 7-11% (табл. 6.5).

Еще одним свидетельством того, что обеспеченность пред- приятий оборотными средствами улучшилась, стало неуклон- ное сокращение использования неденежных форм оплаты. В частности, по данным опросов в период с 2001 г. по 2008 г. доля предприятий, не практикующих бартерные сделки и взаимозачеты, выросла с 22,60 до 70,29% (табл. 6.6).

Как и в предшествующие годы, большие сложности для предприятий создавал высокий уровень налогового бремени.

В 2002-2004 гг. эту проблему в числе наиболее сложных

для себя называли 50-51% участников опросов ИНП РАН.

Лишь по мере общего улучшения финансового положения предприятий доля респондентов, обеспокоенных высокой на- логовой нагрузкой, стала постепенно снижаться, уменьшив- шись к лету 2008 г. до 34,91% (см. табл. 6.4).

При этом нельзя сказать, что ситуация в российской налоговой сфере была неизменной. С одной стороны, российские власти, по-

нимая нежелательность чрезмерного фискального давления на

предприятия, а также надеясь стимулировать вывод финансовых потоков «из тени», предприняли некоторые действия по сниже- нию налоговых ставок. В частности, в 2002 г. с 35 до 24% был снижен налог на прибыль (с 1.01.2009 г. – до 20%); в 2004 г. с 20 до 18% уменьшился налог на добавленную стоимость.

215

Ответы на вопрос: «Сталкивалось ли Ваше предприятие с умышленной задержкой прохождения платежей банками за последний год?» (сумма ответов = 100%)

Период

Да

Нет

Трудно судить Всего

ответивших предприятий Август-сентябрь 1999 г., всего

ед.

%

Июнь-август 2001 г., всего ед.

%

Июнь-август 2002 г., всего ед.

%

Июнь-июль 2003 г., всего ед.

%

Август-сентябрь 2004 г., всего ед.

%

Июль-август 2005 г., всего ед.

%

Август-сентябрь 2006 г., всего ед.

%

Август-сентябрь 2007 г., всего ед.

%

Август-сентябрь 2008 г., всего ед.

%

Апрель-май 2009 г., всего ед.

%

35

28,23

35

18,92

13

7,60

19

10,68

22

11,11

18

9,73

12

7,45

19

10,61

15

9,44

30

15,54

н.д.

-

97

52,43

110

64,33

125

70,22

147

74,24

137

74,05

122

75,78

140

78,21

110

69,18

122

63,21

н.д.

-

53

28,63

48

28,07

34

19,10

29

14,65

30

16,22

27

16,77

20

11,18

34

21,38

41

21,25

124

100

185

100

171

100

178

100

198

100

185

100

161

100

179

100

159

100

193

100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №6, 2009.

216

Ответы на вопрос: «Как за последние 6 месяцев изменилась доля бартерных сделок и взаимозачетов у Вашего предпри- ятия по сравнению с предшествующим периодом времени)?» (сумма ответов=100%)

Период

Возросла Осталась

на том же

уровне Умень-

шилась Не практи-

куем Всего

ответивших

предприятий Январь-март 2000 г.

ед.

%

Июнь-июль 2000 г.

ед.

%

Янв.-февраль 2001 г.

ед.

%

Июнь-август 2001 г.

ед.

%

Янв.-февраль 2002 г.

ед.

%

Июль-август 2002 г.

ед.

%

Дек. 2002 г.-янв. 2003 г.

ед.

%

Июнь-июль 2003 г.

ед.

%

Февраль- март 2004 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2004 г.

ед.

%

Февраль-март 2005 г.

ед.

%

Июль-август 2005 г.

ед.

%

Март-апрель 2006 г.

ед.

%

18

14,17

10

7,41

6

3,39

12

6,56

3

2,07

12

7,06

9

6,82

12

6,56

5

3,42

10

5,95

7

4,05

2

1,11

4

2,35

49

38,59

54

40,00

39

22,03

40

21,86

37

25,52

71

41,76

52

39,39

54

29,51

51

34,93

55

27,78

42

24,27

62

34,45

45

26,47

60

50,00

71

52,59

92

51,88

89

48,63

64

44,14

44

25,88

31

23,48

59

32,24

39

26,71

52

26,26

38

21,97

40

22,22

39

22,94

-

-

-

-

40

22,60

42

22,95

41

28,28

43

25,29

40

30,31

58

31,69

51

34,93

81

40,71

86

49,71

76

42,22

82

48,24

127

100

135

100

177

100

183

100

145

100

170

100

132

100

183

100

146

100

198

100

173

100

180

100

170

100

217

Продолжение табл. 6.6

Период

Возросла Осталась

на том же

уровне Умень-

шилась Не практи-

куем Всего

ответивших

предприятий Август-сентябрь 2006 г.

ед.

%

Февраль-март 2007 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2007 г.

ед.

%

Март-апрель 2008 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2008 г.

ед.

%

Апрель-май 2009 г.

ед.

%

4

2,48

1

0,63

2

1,14

1

0,72

5

3,27

32

17,02

32

19,88

22

13,92

24

13,72

12

8,70

30

19,61

35

18,62

35

21,74

45

28,48

36

20,57

28

20,29

15

9,80

9

4,79

90

55,90

90

56,96

113

64,57

97

70,29

103

67,32

112

59,57

161

100

158

100

175

100

138

100

153

100

188

100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №6, 2009.

Помимо этого, за счет снижения базовых ставок, а также введения регрессивной шкалы обложения в 2005 г. был уменьшен размер единого социального налога.

С другой стороны, снижение налоговых ставок сопровож-

далось ужесточением налогового администрирования и ликви- дацией значительной части налоговых льгот. Особенно болез- ненной для отраслей реального сектора оказалась отмена 50- процентной инвестиционной льготы по налогу на прибыль. Это подтверждалось и данными опросов ИНП РАН. В частно- сти, в 2004 г. эту фискальную новацию к числу наиболее не- удачных отнесли 67,9% опрошенных предприятий.

Вследствие такой противоречивости фискальной политики властей подавляющее большинство отечественных предпри- ятий не заметило сколько-нибудь существенного снижения налоговой нагрузки в посткризисный период (табл. 6.7).

218

Таблица 6.7

Ответы на вопрос: В течение 3-5 последних лет федераль- ное правительство внедрило ряд новаций в налоговой сфере. Как, по Вашим оценкам, в результате этих новаций измени- лась реальная налоговая нагрузка на Ваше предприятие? (сумма ответов = 100%)

Период

Существенно выросла Немного выросла

Практически не изменилась

Немного уменьшилась Существенно уменьшилась Всего ответивших предприятий Август-сентябрь 2004 г.

ед.

%

Февраль-март 2006 г.

ед.

%

28

14,29

20

11,76

33

16,84

24

14,12

64

32,65

66

38,82

68

34,69

56

32,94

3

1,53

4

2,36

196

100

170

100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2006.

Проблема высоких трансакционных издержек также нико- гда не теряла своей актуальности. На протяжении последнего десятилетия российские предприятия неизменно жаловались (и по-прежнему жалуются) на вынуждено высокий уровень непроизводительных затрат. Вместе с тем набор факторов, предопределяющих завышение трансакционных издержек российских предприятий, за прошедшие годы существенно изменился. В 1990-е годы рост трансакционных издержек был следствием распада прежних кооперационных связей, отсут- ствия опыта работы в рыночных условиях, а также высокой цены услуг новых посредников, которые стали обслуживать производственный оборот вместо структур Госснаба и Гос- плана [17]. Эти причины постепенно были устранены, и в большинстве случаев российские предприятия сумели выстро-

219

ить вокруг себя новые системы связей, основанные на прямых контактах с проверенными в рыночных условиях партнерами.

Однако с течением времени у предприятий стали расти дру-

гие виды затрат, связанных с обслуживанием производствен- ной деятельности. В частности, усложнение экономического законодательства и усиление государственного контроля в России привели к тому, что многократно увеличилось число контактов с различными структурами власти для получения разного рода согласований, разрешений, лицензий, сертифика- тов, регистраций, аккредитаций, свидетельств, актов эксперти- зы и прочих обязательных документов. При этом многие из упомянутых документов должны регулярно обновляться и пе- реоформляться. Кроме того, значительно выросло число про- верок, осуществляемых различными государственными ве- домствами, что также вынудило предприятия расходовать до- полнительные усилия и ресурсы.

Вследствие этого предприятия стали тратить гораздо больше денег на прямую оплату бюрократических услуг, на выплату на-

кладываемых проверяющими инстанциями штрафных санкций, а также на покрытие собственных дополнительных издержек по

работе с органами власти (увеличение численности администра- тивно-управленческого персонала, рост затрат на транспорт и связь, оборудование новых рабочих мест и т.д.). Помимо этого,

существенно увеличились финансовые потери, связанные с затя-

гиванием решения различных административных вопросов.

Уплата предприятием нескольких сотен тысяч или даже миллионов рублей за получение комплекта разрешительной документации стала совершенно обычным явлением. Например, небольшой семейный кооператив из Хабаровского края, запуская в 2007-2008 гг. цех по переработке мяса, должен был заплатить за подобный комплект 834 тыс. руб., что примерно вдвое превы- шало размер инвестиций в создание производства [180].

К сожалению, несмотря на неоднократно объявлявшиеся вла-

стями кампании по дебюрократизации, никаких серьезных успе- хов в этой сфере достигнуто не было. Более того, у российских предприятий в последние годы складывается впечатление, что

220

уровень бюрократической нагрузки скорее растет, чем падает. Во всяком случае, по данным опросов ИНП РАН, доля предприятий, которые считают, что бюрократических сложностей стало боль- ше, в 10 раз превышает долю предприятий, придерживающихся противоположной точки зрения (табл. 6.8).

Таблица 6.8

Ответы на вопрос: «Как в последние 2-3 года на деятельно- сти Вашего предприятия сказывался бюрократизм органов государственной власти?» (сумма ответов=100%)

Период Сложностей с государ- ственной бюрократией стало больше

С бюрократическими сложностями дела об- стоят примерно так же, как и 2-3 года назад Сложностей с государ- ственной бюрократией стало меньше В последние 2-3 года сложностей, связанных с бюрократией, у нас практически не было Всего ответивших пред-

приятий Февраль-март 2007 г.

ед.

%

75

46,58

68

42,24

7

4,35

11

6,83

161

100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.

Данные опросов о забюрократизированности конкретных ведомств также не свидетельствуют о каком-либо принципи- альном улучшении ситуации в последние годы. Снижение уровня бюрократизма в одних структурах власти (федераль- ные министерства и ведомства, региональные и местные ад- министрации, судебные органы) сопровождается ростом бю- рократических проблем в других (архитектурно-планиро- вочные и землеустроительные службы, органы санитарного надзора, природоохранные органы). При этом лишь в одном случае (местные отделения казначейства) доля негативных от- ветов не является двузначной (табл. 6.9).

221

Таблица 6.9

Ответ на вопрос: «Какие органы государственной власти являются наиболее забюрократизированными?» (сумма от-

ветов > 100%)

Ведомства

янв.-фев.

2001 г. январь

2003 г.

фев.-март

2005 г. фев.-март

2007 г. Федеральные министерства и ведомства

ед.

%

Региональная администрация ед.

%

Местная администрация ед.

%

Налоговые органы ед.

%

Местное отделение казначейства

ед.

%

Архитектурно-планировочные службы ед.

%

Землеустроительные службы ед.

%

Природоохранные органы ед.

%

Органы санитарного надзора ед.

%

Органы пожарного надзора ед.

%

Правоохранительные органы ед.

%

49

34,27

43

30,07

43

30,07

80

55,94

17

11,89

32

22,38

36

25,17

41

28,67

45

31,47

39

27,27

27

18,88

24

19,83

33

27,27

28

23,14

66

54,55

8

6,61

23

19,01

30

24,79

25

20,66

30

24,79

23

19,01

15

12,40

37

24,03

29

18,83

31

20,13

81

52,60

6

3,90

27

17,53

45

29,12

34

22,08

32

20,78

26

16,88

18

11,69

26

17,93

24

16,55

30

20,69

67

46,21

3

2,07

38

26,21

61

42,07

54

37,24

49

33,79

40

27,59

20

13,79

222

Судебные органы

ед. 35 16 14 20

% 24,48 13,22 9,09 13,79

Таможенные органы

ед. н.д. 47 34 44

% - 38,84 22,08 30,34

Другие органы

ед. 8 3 10 12

% 5,59 2,48 6,49 8,28

Всего ответивших предприятий

ед. 143 121 154 145

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.

Еще одним существенным элементом трансакционных из- держек российских предприятий остаются затраты, связанные с коррупцией.

С одной стороны, было бы неверно утверждать, что по сравнению с 1990-и годами коррупционное давление на рос- сийские предприятия выросло.

Данные опросов свидетельствуют скорее об обратном –

обеспокоенность коррупцией в большинстве случаев посте-

пенно снижается (см. табл. 6.11). Более того, частота ответов о наличии проблем с коррупцией заметно уступает частоте отве- тов о наличии проблем с бюрократизмом, что хорошо видно при сравнении между собой данных табл. 6.8 и 6.10. Такое развитие ситуации стало следствием, прежде всего, постепен- ного наведения порядка в стране, что выразилось в улучшении экономического законодательства, а также в совершенствова- нии судебной и правоприменительной практики.

С другой стороны, удельный вес предприятий, обеспокоен- ных коррупцией, пока еще очень далек от того, чтобы считать его стремящимся к нулю. К тому же в системе российской го- сударственной власти существуют выраженные «болевые точ- ки» – сферы, где коррупция уже много лет находится на кри- тическом уровне. Критичность ситуации заключается не только в высокой частоте коррупционных фактов, но и в особой важности некоторых структур государственной власти для нормального экономического развития. В частности, многочисленные упоми-

223

нания правоохранительных и судебных органов в числе наиболее коррумпированных структур (табл. 6.10) означают, что в нашей стране до сих пор отсутствует полноценная система защиты за- конных экономических интересов.

Таблица 6.10

Ответы на вопрос: «Как за последние 2-3 года изменилась степень коррупционного давления чиновников на Ваше пред- приятие?» (сумма ответов =100%)

Период Коррупционное

увеличилось Коррупционное примерно на

2-3 года назад Коррупционное

уменьшилось

В последние коррупционным предприятие практи- Всего ответивших Февраль-март 2007 г.

ед.

%

37

23,72

60

38,46

11

7,05

48

30,77

156

100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.

Такое положение дел, разумеется, серьезно сдерживает хозяй- ственную активность предприятий, способствуя, в конечном сче- те, замедлению темпов развития всей национальной экономики.

Помимо этого, сокращение формальных масштабов коррупции в России было связано еще и с видоизменением институциональ-

ных барьеров для работы предприятий. Еще в начале 1990-х годов

предприятия, обращаясь в различные государственные ведомства,

в большинстве случаев получали разрешительную документацию бесплатно или за очень небольшие деньги. В то время считалось, что поскольку работа ведомств финансируется государственным бюджетом, который формируется в основном за счет налогообло- жения предприятий и граждан, официальное взимание денег с по- следних за услуги чиновников является экономически неправо- мерным действием.

224

Таблица 6.11

Ответ на вопрос: «Какие органы государственной власти явля-

ются наиболее коррумпированными?», (сумма ответов > 100%)

Ведомства

январь-

февраль

2001 г. январь

2003 г. февраль-март

2005 г. февраль-

март 2007 г. А 1 2 3 4 Федеральные министерства и ведомства

ед.

%

Региональная администрация

ед.

%

Местная администрация

ед.

%

Налоговые органы

ед.

%

Местное отделение казначейства

ед.

%

Архитектурно-планировочные службы

ед.

%

Землеустроительные службы

ед.

%

Природоохранные органы

ед.

%

Органы санитарного надзора

ед.

%

Органы пожарного надзора

ед.

%

Правоохранительные органы

ед.

%

44

38,94

38

33,63

40

35,40

27

23,89

7

6,19

21

18,58

19

16,81

21

18,58

25

22,12

28

24,78

54

47,79

26

26,80

27

27,84

25

25,77

28

28,87

8

8,25

16

16,49

21

21,65

17

17,53

33

34,02

29

29,90

46

47,42

22

19,82

30

27,03

30

27,03

19

17,12

2

1,80

20

18,02

24

21,62

18

16,22

21

18,92

25

22,52

48

43,24

20

18,52

19

17,59

27

25,00

21

19,44

1

0,93

19

17,59

31

28,70

22

20,37

26

24,07

21

19,44

33

30,56

225

Продолжение табл. 6.11

А 1 2 3 4 Судебные органы

ед.

%

Таможенные органы

ед.

%

Другие органы

ед.

%

Всего ответивших предприятий

ед.

37

32,74

н.д.

-

5

4,42

113

36

37,11

36

37,11

5

5,15

97

29

26,13

27

24,32

4

3,60

111

31

28,70

32

29,63

6

5,56

108

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.

Однако в дальнейшем ведомства всех уровней и отраслевых принадлежностей, используя свой административный ресурс, в массовом порядке продавливали легализацию дополнитель- ных вознаграждений за свою обычную работу. Иными слова- ми, оплату работы чиновников со стороны предприятий и ча- стных лиц, которую раньше считали чисто коррупционным явлением, сейчас относят всего лишь к бюрократическим барьерам. И хотя номинально коррупционное давление на экономику заметно уменьшилось, это не привело к соответст- вующему снижению трансакционных издержек.

Масштаб проблем, связанных с агрессивным поведением уголовной преступности, в 2000-х годах заметно уменьшился. С одной стороны, к этому времени несколько укрепились го- сударственные институты, ответственные за противодействие уголовной преступности – милиция, прокуратура, органы го- сударственной безопасности. Повышение качества работы этих институтов значительно снизило уровень давления кри- минальных группировок на предприятия. С другой стороны, лучше стали выполнять свои функции и те государственные институты, которые занимаются регулированием собственно экономических отношений. Более четким и логичным стало налоговое законодательство; улучшили свою работу арбитра- жи; государство в лице экономических ведомств, региональ-

226

ных и местных администраций стало больше вникать в про- блемы компаний и со временем создало достаточно разнооб- разную систему субсидий. В эти же годы в России сформирова- лась сеть квалифицированных консалтинговых и юридических компаний. Благодаря такому развитию событий, значительно со- кратилось пространство для спроса на «услуги» преступных груп- пировок в части разрешения экономических споров и в части по- мощи в организации экономических правонарушений. Как следст- вие, грубый бандитизм, угрозы физического насилия, ничем не прикрытое нарушение законов стали относительной редкостью и почти перестали встречаться за пределами маргинальных разно- видностей бизнеса и регионов со сложной социальной или этниче- ской обстановкой. Благоприятная динамика ситуации в этой сфере подтверждается и данными опросов ИНП РАН. Если в 2002 г. «за- силье криминальных и полукриминальных способов ведения дел в экономике» к числу наиболее сложных проблем относили 10,34% опрошенных предприятий, то к 2008 г. доля таких ответов снизи- лась до 5,33% (см. табл. 6.4).

К сожалению, успехи государства в борьбе с грубыми формами уголовной преступности не полностью избавили предприятия от криминальных посягательств извне. С конца 1990-х годов в России начало набирать силы рейдерство – недружественный захват предприятий (или, по крайней мере, части их активов) посредством принудительной смены владельцев. Ключевым признаком рейдер- ства является получение контроля над активами не за счет выплаты прежним владельцам адекватной денежной компенсации, а с по- мощью использования пробелов в законодательстве, умышленных судебных ошибок и коррумпированных чиновников.

При этом рейдеры редко захватывают предприятия с намере- нием развивать основное производство и получать прибыль за счет улучшения технико-экономических показателей. Как прави- ло, замысел рейдеров заключается либо в дальнейшей перепро- даже активов предприятия (полностью или по частям) по более высокой цене, либо в перепрофилировании на более выгодный в краткосрочном плане вид деятельности. Иными словами, рейде- ры почти всегда хотят, чтобы операция захвата принесла им мак-

227

симальную прибыль в минимальные сроки. Как следствие, в большинстве случаев после рейдерского захвата предприятия новые владельцы стремятся его закрыть, а персонал – уволить.

Чаще всего жертвами рейдерских атак становятся неболь-

шие предприятия, располагающие какими-либо ценными ак-

тивами – «дорогими» городскими или пригородными землями, зданиями, помещениями, современным оборудованием, соци- ально-экономическими объектами. Целью рейдеров может быть и небольшая фабрика, и сельхозпредприятие, и даже маленький магазин или прачечная. После захвата такие предприятия прак- тически всегда ликвидируются или перепрофилируются, а при- надлежащие им активы пускаются «в дело». Например, на быв- шей территории предприятий организуется строительство доро- гостоящей жилой или коммерческой недвижимости. При этом промышленное оборудование может быть продано на рынке в качестве подержанной техники или даже в виде металлолома.

Крупные предприятия также периодически подвергаются рейдерским атакам. В частности, считается, что типичной по-

пыткой рейдерского захвата был конфликт 2005-2007 гг. вокруг комбината «Тольяттиазот» – одного из крупнейших мировых

производителей синтетического аммиака [147]. Захватив крупное предприятие, рейдеры нечасто решаются на прямое закрытие или перепрофилирование производства, поскольку это грозит гром-

кими публичными скандалами с последующими серьезными разбирательствами. Поэтому в подобных случаях главной целью

рейдерской атаки являются либо установление контроля над крупномасштабными финансовыми потоками, либо спекулятив- ная перепродажа предприятия стратегическому инвестору.

По экспертным оценкам, в последнее десятилетие в России ежегодно совершается тысячи рейдерских атак на предпри-

ятия. Эти данные опираются на статистику правоохранительных органов. Хотя лишь очень небольшая часть рейдерских попыток становится предметом расследования, число уголовных дел по

фактам недружественных корпоративных захватов в России в последние годы измерялось сотнями. В частности, по данным

Следственного комитета при МВД России в 2004 г. было возбу-

228

ждено – 171 подобное дело, в 2005 г. – 346, в 2006 г. – 367, в

2007 г. – 512, в 2008 г. – 353 [159, 163].

Вследствие такого развития ситуации многие предприятия вынуждены выстраивать защиту от реальных и потенциальных

рейдерских атак, что требует создания юридических, институ-

циональных и даже физических барьеров. В конечном счете все это опять-таки выливается в значительный рост трансак- ционных издержек. В последние годы российские власти акти- визировали борьбу с рейдерством: были ликвидированы некото- рые «дыры» в законодательстве (в частности, был достаточно серьезно поправлен Закон о банкротстве), увеличилось число возбуждаемых уголовных дел и судебных разбирательств. Тем не менее, проблема недружественных корпоративных захватов еще очень далека от того, чтобы считаться в основном решенной. В том числе и из-за упомянутой выше значительной коррумпиро- ванности правоохранительных и судебных органов.

Проблемы российских предприятий в 2000-е годы не ограни-

чивались преодолением трудностей, порожденных особенностями экономического перехода и ошибками реформаторов. Наряду с

проблемами форс-мажорного характера предприятия должны бы-

ли также решать задачи, которые были вполне типичны для нор- мальной рыночной экономики. В частности, к числу наиболее трудных для себя проблем предприятия относили недостаток платежеспособного спроса со стороны потребителей; высокий уровень конкуренции со стороны других российских и иностран- ных производителей; очень сложный доступ к краткосрочным и особенно к долгосрочным банковским кредитам; низкая платеж- ная дисциплина на рынке; нехватка качественной рабочей силы и т.д. Во многих случаях проблемы чисто рыночного характера ста- новились для предприятий (см. табл. 6.4) более значимыми, чем трудности, вызванные ошибками макроэкономической политики.

Тем не менее, по мере улучшения макроэкономической си-

туации в России острота проблем рыночного характера в большинстве случаев либо снижалась, либо, по крайней мере,

не росла. Например, доля предприятий, серьезно обеспокоен-

ных недостаточным платежеспособным спросом, снизилась с

229

62,64% в 2002 г. до 31,36% в 2008 г. Низкая платежная дисци-

плина на рынке в 2002 г. создавала значительные трудности

20,69% опрошенных предприятий, тогда как в 2008 г. эту про-

блему упомянуло только 8,28% респондентов (см. табл. 6.4).

Весьма примечательно в 2000-х годах развивалась конкурент-

ная ситуация на российском рынке. Несмотря на постоянное ук- репление рубля по отношению к ведущим мировым валютам и соответствующий рост издержек российских производителей в долларовом измерении, уровень опасений по поводу иностран- ной конкуренции в годы экономического подъема почти не ме- нялся. Доля предприятий, для которых конкуренция со стороны иностранных производителей представляла серьезную проблему, колебалась между 20 и 28%. При этом в 2002 г. это доля была равна 25,29%, а в 2008 г. – 28,40%. Сходным образом выгляде- ла ситуация и в сфере внутренней конкуренции. Удельный вес предприятий, считавших внутреннюю конкуренцию острой проблемой, снизился с 33,33% в 2002 г. до 30,18% в 2008 г. (см. табл. 6.4). Такое благоприятное развитие событий объяс- нялось, прежде всего, высокими темпами экономической ди- намики в России. На постоянно растущем рынке все время от- крывались новые сбытовые возможности, и это обстоятельство заметно смягчало конкурентную борьбу.

Впрочем, по мере того как в процессе экономического подъе-

ма неиспользовавшиеся в период спада производственные резервы стали подходить к концу, российские предприятия начали все чаще сталкиваться с ресурсными проблемами. В некоторых случаях им стало не хватать сырья, в других – энергетических или транспорт- ных возможностей, оборудования и т.д. Но самым острым дефици- том для предприятий стала нехватка квалифицированных трудовых ресурсов. Если в 2002 г. нехватку качественной рабочей силы к наиболее сложным проблемам относило 19,54% предприятий, то в

2008 г. таких предприятий стало уже 55,62% (см. табл.6.4). Что ка-

сается структуры трудового дефицита, то острее всего в 2000-е годы чувствовалась нехватка квалифицированных рабочих. Уже в 2001 г.

на такой дефицит указывало 84,77% предприятий, а к 2007 г. часто-

та сообщений о нем достигла 95,18%. Иными словами, нехватка

230

квалифицированных рабочих приобрела тотальный характер. Про- блема с другой ключевой категорией сотрудников – инженерно- техническими работниками (ИТР) – была менее выраженной, но тоже достаточно существенной. О дефиците ИТР в разные годы со- общало от 25 до 35% опрашиваемых предприятий (табл. 6.12).

Таблица 6.12

Ответы на вопрос: «Дефицит каких работников Ваше предприятие ощущает в настоящее время?» (сумма отве- тов>100%)

Период

Управленческого персонала

ИТР Квалифициро- ванных рабочих Низкоквалифи- циро-ванных рабочих

Обслуживающего персонала

Всего ответивших предприятий Январь-февраль 2001 г.

ед.

%

Январь-февраль 2002 г.

ед.

%

Июнь-июль2003 г.

ед.

%

Август-сентябр. 2004 г.

ед.

%

Июль-август 2005 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2006 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2007 г.

ед.

%

Август-сентябрь 2008 г.

ед.

%

31

20,53

34

25,56

36

22,50

40

22,10

27

16,56

23

15,75

16

9,64

21

12,43

39

25,83

47

35,34

48

30,00

46

25,41

49

30,06

47

32,60

58

34,94

50

29,59

128

84,77

110

82,87

139

86,88

156

86,19

138

84,66

131

89,73

158

95,18

141

83,43

7

4,64

7

5,26

12

7,50

17

9,39

18

11,04

13

8,90

18

10,84

25

14,79

6

3,97

6

4,51

8

5,00

14

7,73

14

8,59

6

4,11

14

8,43

12

7,10

151

-

133

-

160

-

181

-

163

-

146

-

166

-

169

-

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №2, 2009.

231

Таким образом, на протяжении всего посткризисного эко- номического подъема как рыночные, так и нерыночные про- блемы в целом сохраняли свою остроту и потому требовали от предприятий активных действий. Как и следовало ожидать, российские предприятия не сидели сложа руки – они в полной мере постарались использовать свой многолетний опыт и зна- ния в деле адаптации к сложным внешним условиям.

232