Формы и направления экспансии

США все чаще сталкиваются с тем, что они уже не могут с помощью «дипломатии канонерок», нажима и диктата подавлять национально-освободительное движение, навязывать молодым государствам угодную им политику.

Как отмечал американский исследователь С. Краснер, начавшийся с середины 60-х годов процесс национализации заграничных активов американских компаний «явился отражением общего уменьшения американской мощи на глобальном уровне... Более того, США уже не могли влиять на структуру — основные «правила игры» и организационные мероприятия — международного движения товаров, капитала и технологии. В частности, США уже не могли сохранять и поддерживать порядок, при котором добыча, транспортировка и сбыт сырьевых товаров контролируются базирующимися в передовых промышленных странах вертикально интегрированными корпорациями»[451].

США пришлось вновь пересмотреть арсенал тактических средств своей политики в развивающихся странах, так как ранее официальная американская доктрина значительно переоценивала возможность экономического роста этих государств, их способность в короткие исторические сроки продвинуться по пути капиталистического развития.

Идеи о том, что инструментарий внешнеэкономической экспансии США должен быть приспособлен к реальностям меняющейся ситуации в развивающихся странах, ориентироваться не только на экстенсивные, но и интенсивные формы отношений с этими странами, содержались еще в выступлениях президента Дж.

развития не только его инвестиции, но и его технологический и управленческий опыт»[452].

Спустя чуть больше десятилетия, которое оказалось заполненным такими крупными изменениями в сфере международных экономических отношений, как нарастание нестабильности экономики развитых капиталистических стран, прежде всего США, и ^обост- рение на этой основе межимпериалистических противоречий, усиление их зависимости от конъюнктуры мировых товарных рынков, от импорта основных видон минерального сырья, особенно нефти, развернувшийся в ряде освободившихся стран процесс вытеснения американского частного капитала из ключевых отраслей экономики этих стран, президент США Р. Никсон, по сути признавая изменения в отношениях с развивающимися странами, заявлял следующее: «Отношения США с менее развитыми странами уже нельзя характеризовать лишь на основе программ помощи. Мы стремимся к всеобъемлющей и скоординированной политике в области развития, охватывающей все стороны наших экономических связей с менее развитыми странами... Мы рассчитываем на скоординированную политику в области внешней торговли, инвестиций и помощи, с тем чтобы реагировать на различные нужды отдельных, менее развитых стран, снимать или сглаживать потенциальные конфликты между развитыми и развивающимися странами из-за использования сырья, доступа к рынкам и беспристрастного отношения К инвестициям. Наши цели в области торговли, инвестиций и денежной реформы могут оказаться под угрозой, если не удастся привлечь бедные страны к участию в более открытой мировой экономической системе и тем самым им не будет предоставлена возможность двигаться вперед в соответствии с их надеждами в области развития»[453].

Если отбросить в сторону присущую этому высказыванию риторику, то станет ясной главная мысль американского президента: развивающиеся страны должны стать составной частью мирового капиталистического хозяйства, а США используют для этого «комплексный» подход к навязыванию нм своей воли, включающий как «помощь» развитию и внешнюю торговлю, так и вывоз капитала.

В итоге начиная с 70-х годов США приступили к более активному осуществлению своей экономической экспансии в развивающихся странах, сделав при этом определенные тактические поправки. Внесенные администрацией Никсона, они преследовали, с одной стороны, цель снизить степень «вовлеченности» США в оказание «помощи» так называемым второстепенным странам и сосредоточить основные усилия на ключевых государствах, с другой. Одновременно сокращались ассигнования на правитель-

ственную «помощь» п расширялись условия для активизации деятельности частного капитала . В псзслании президента Никсона конгрессу США о «помощи» иностранным государствам (15 сентября 1970 г.) подчеркивалось, что «ц^ль заключается в увеличении вклада в развитие торговли и частные капиталовложений»[454].

Определенной перестройке подверглась также и организационная структура оказания «помощи»: «помощь» на цели экономического развития была отделена от «помощи» в целях обеспечения «безопасности», с тем чтобы «Распределить ответственность органов государственного аппарата, Осуществляющих руководство отдельными программами «помощи»^ правильно оценить эффективность каждой из программ с то^Ки зрения интересов правительства и монополий США»[455]. На практике эта реорганизация лишь развязал3 руки сторонника^ активного вмешательства в дела других стран, в том числе помощью военных средств

и инвестиций.

Одновременно в 70-х годах правительство США приняло ряд мер по расширенйю содействия вывозу частного капитала в развивающиеся страны. К числу этих ^іЄр прежде всего относятся создание в 1970 г. корпорации по частным заграничным инвестициям (ОПИК), Отмена программы обязательных ограничений и контроля над экспортом частного капитала (1974 г.), включение в закон о торговле 1974 г.

американских компаний.

Расширение системы государственного страхования инвестиций американского монополистического капитала в развивающихся странах выразилось в создании упомянутой корпорации по частным заграничным инвестициям. Система государственных гарантий частных инвестиций существовала и до ОПИК, однако в конце 1969 г. эта функцня, выполнявшаяся Управлением международного развития (УМР), в несколько расширенном виде была специально отДана ОПИК, что отвечало стремлению частного капитала «активизировать и одновременно придать большую независимость программам, которые должны содействовать инвестированию американских частных капиталов в развивающихся странах»[456]. Основными направлениями деятельности ОПИК являются предоставление инвестиционных гарантий, прямое финансирование, содействие в выполнение предынвестиционных исследований, а также обеспечение потенциальных инвесторов необходимой ищ формацией.

За первое десятилетие своей деятельности (1970—1979 гг.) ОПИК выдала американским компаниям, действовавшим в 68 развивающихся странах, инвестиционные гарантии на сумму около 10 млрд. долл. только по программе страхования так называемого политического риска, включающей страхование от экспроприации собственности, ущерба в результате социальных потрясений и других препятствий вывозу капитала или прибылей[457]. С 1974 г. ОПИК содействовала осуществлению 681 инвестиционного проекта на общую сумму 66,8 млрд. долл. По оценке президента ОПИК Дж. Ллевеллина, эта деятельность полностью отвечает экономическим интересам США, поскольку инвестиционные проекты позволят создать в США 47 тыс. дополнительных рабочих мест, повлекут экспорт американских товаров на сумму 5 млрд. долл. и обеспечат чистый приток капитала в США в размере 155 млн. долл. Не случайно, что в этой связи президент ОПИК заявил, что «заграничное инвестирование — это улица с двусторонним движением, по которой с помощью обеспечения доступа к новым и растущим рынкам и увеличения экспорта американских товаров новые силы поступают не только в развивающиеся страны, но и в США»[458].

Деятельность ОПИК в последние годы расширяется. В 1978 г. конгресс США принял поправки к кругу ведения ОПИК, основной смысл которых сводился к следующему:

• содействие ускоренному вывозу капитала в наименее развитые страны, где ВНП на душу населения меньше 520 долл. в год;
• приобщение мелкого и среднего бизнеса к более широкому участию в операциях на международных рынках и распространение на него не менее 30 % гарантий и страховок ОПИК.

К этому можно добавить, что в конце 70-х годов ОПИК активно занялась программой поддержки проектов по разведке новых источников минерального сырья и энергии. Так, сумма страхового покрытия проектов по поиску месторождений нефти в Египте, Гане и Греции составила в 1979 г. 277 млн. долл., на 41 млн. долл. был застрахован контракт на развитие шахт в Индонезии, в 1980 г. был принят к страхованию проект развития предприятия по добыче никеля, меди и кобальта в Ботсване. Новым направлением в деятельности ОПИК стало также страхование векселей, предпринятое для «усиления конкурентоспособности американских подрядчиков на торгах за границей»[459], а также страхование смешанных предприятий-в развивающихся странах с участием американского капитала, поскольку ряд социально-экономических изменений в развивающихся странах, нарастание процесса национализации и увеличение в ряде молодых государств доли госсектора в добывающей промышленности во многих случаях (в частности, в случае с ближневосточной нефтью) заставляли американские корпорации переходить с положения компании— инвестора капитала на положение подрядчика.

Важно подчеркнуть, что темп прироста прямых инвестиций США в развивающихся странах со второй половины 70-х годов стал превышать соответствующий показатель для капиталовложений в экономику развитых капиталистических стран[460]. Следует сказать, что в это время отмечается общий рост переводов финансовых ресурсов в развивающиеся страны[461]. Разумеется, этот рост не свидетельствовал об уменьшении эксплуатации развивающихся стран иностранными монополиями. Указанные ресурсы как раз служили усилению закабаления развивающихся стран, выращиванию в некоторых из них антинародной буржуазной элиты, которая становилась послушной игрушкой в руках иностранных монополий.

Помимо главной причины — боязни, что позиции США могут быть серьезно поколеблены под нажимом освободительной борьбы народов, можно выделить группу факторов, повлекших за собой усиленное наращивание американских прямых инвестиций в развивающихся странах.

Во-первых, экономический кризис 1974—1975 гг., сочетавшийся с обострением сырьевых и особенно энергетических проблем США, остро поставил вопрос о «надежности» источников сырья и топлива в развивающихся странах, необходимости укрепления американских позиций в экономике основных государств развивающегося мира.

Во-вторых, проявилось воздействие некоторых факторов, связанных с общим характером экономического развития самих США, в том числе стремление американских корпораций перевести отдельные виды энергоемкого или материалоемкого производства (так называемые грязные отрасли промышленности) в те развивающиеся страны, где расположены соответствующие виды ресурсов. К этому же тесно примыкает проявившееся в 70-х годах перемещение в страны с обильным предложением дешевой рабочей силы некоторых подразделений обрабатывающей промышленности, например сборки готовых изделий из импортных компонентов и т. д.

В-третьих, на расширение масштабов экономической экспансии США в развивающихся странах повлияло обостряющееся межимпериалистическое соперничество за рынки сбыта и источники сырья, ход которого показывает, что США в течение 70-х годов постепенно теряли свое влияние в ряде развивающихся стран в условиях активного проникновения в их экономику западноевропейского и японского капитала. Так, даже в латиноамериканских странах в 70-х годах сокращался удельный вес прямых инвестиций США в общем объеме вложенного иностранного капитала (в Бразилии в 1971—1975 гг. с 38 до 32%, в 1971—1975 гг. в Мексике с 81 до 69 %, в Колумбии с 56 до 48 %)[462].

Проникновение американского капитала в виде прямых инвестиций в экономику других стран, как и раньше, осуществлялось неравномерно. Одни страны, допуская вложения американского частного капитала в свою экономику, все же проявляют осторожность, ставя этому определенные пределы, несмотря на нажим, которому они часто подвергаются со стороны США. Другие же, напротив, все шире распахивают двери для капитала США.

Стараясь обосновать рост американских капиталовложений за границей, американские государственные деятели, а также представители деловых кругов подчеркивают, что этот рост объясняется главным образом тем, что в XX в. в США из-за иммиграционных законов резко сократился приток рабочей силы, а также тем, что в наличии у американских монополистов есть капитал, якобы не находящий применения в стране. Таким образом, экспорт капитала, по их утверждениям, лишь способствует тому, что дешевая рабочая сила, вместо того чтобы появляться в США и «работать» там с американским капиталом, «работает» с американским капиталом за границей.

Подобные рассуждения, естественно, преследуют одну цель — скрыть главную причину, из-за которой направляются за границу капиталы. Главная цель — прибыль и прибыль, которая тем больше, чем интенсивнее и в большем объеме американский капитал внедряется в экономику зарубежных стран.

Многие американские компании серьезно обеспокоены растущей борьбой народов стран Азии, Африки и Латинской Америки. В печати можно нередко встретить «откровенные признания», что многие компании якобы отрицательно относятся к экспансии за границу и что «страх удерживает их дома».

Разумеется, американским монополиям хотелось бы получать' огромные прибыли от иностранных инвестиций без того, чтобы рисковать своим капиталом. В настоящее время они сталкиваются с противодействием своей политике не только со стороны широких общественных кругов, но и со стороны ряда правительств. Однако военно-стратегические интересы, погоня за прибылями в конечном счете толкают все большее число американских компаний на то, чтобы вкладывать свои капиталы за границей, и притом, как мы видели выше, во все больших масштабах. При этом США неизменно пытаются представить дело таким образом, будто они способствуют «подъему уровня жизни в тех странах», где оперирует капитал США. Основная цель подобных утверждений известна — постараться выставить деятельность американского капитала в максимально благоприятном свете, несмотря на то что в значительной степени из-за него в освободившихся странах не развиваются те отрасли национальной промышленности, которые только и могут обеспечить их экономическую самостоятельность.

Американская статистика не позволяет привести полностью сопоставимые по годам ряды данных о прямых инвестициях США в отдельных странах Азии, Африки и Латинской Америки, а также об их отраслевой структуре в этих странах. Это связано, с одной стороны, с тем, что многие данные оказываются засекреченными по соображениям так называемой «коммерческой тайны», с другой стороны, в 70-х годах многие ранее опубликованные сведения о прямых инвестициях подвергались пересмотру из-за изменения методики их учета, а пересчет данных по отдельным странам при этом не производился. Тем не менее значительный интерес представляют результаты двух переписей прямых заграничных инвестиций США, проведенных в 1966 и 1977 гг., которые вместе с опубликованными в 1982 г. данными за 1981 г. позволяют вычленить главные развивающиеся страны и территории — «получатели» американского частного капитала, а также основные сферы приложения капиталов компаний США (см. табл. 7.22).

Географическое распределение прямых инвестиций США в 24 развивающихся странах, на долю которых приходилось в 1977— 1981 гг. от 92 до 87 %[463] общего объема прямых инвестиций США в развивающихся странах, показывает выборочный характер размещения капиталов в этом регионе. Характерно, что монополии сосредоточивают инвестиции в тех странах, где имеются более или менее стабильные политические режимы, богатые природные ресурсы, достаточно емкий внутренний рынок, довольно развитая местная промышленность. К этому следует добавить, что определенную роль играет географическое положение развивающихся стран, поскольку прямые инвестиции США практически отсутствуют в наименее развитых странах, в частности в не имеющих выхода к морю.

Основными странами вложения американского капитала являются страны западного полушария — Бразилия, Мексика, Панама, Аргентина, Венесуэла, Перу, Бермудские и Багамские острова. На их долю в 1981 г. приходилось 72 % общей суммы прямых инвестиций США в развивающихся странах. Отчетливо просматривается отраслевая «специализация» вложений капитала в этих

Отраслевое распределение прямых частных инвестиций

(1966—1981 гг.,

Итого в % от общей 72,8              92,2*

суммы прямых инвестиций в развивающихся странах

США в развивающихся странах и территориях млн. долл.)

(*) — менее 500 тыс. долл. • нет данных

Business, November 1972, p. 30; US Direct Investment Abroad, 1977, p. 46; Survey of Current

государствах. 66 % капиталовложений США в экономику Бразилии, Мексики, Аргентины, Венесуэлы было сконцентрировано в обрабатывающей промышленности, в то время как 98 % инвестиций США на Бермудских и Багамских островах, а также в Панаме приходилось на вложения в кредитно-финансовые и страховые учреждения. Абсолютный размер вложений в этих трех странах резко вырос с 1955 г. (1,3 млрд. долл.) и к концу 1981 г. составил гигантскую сумму 16,0 млрд. долл. (почти !/з всех прямых инвестиций США в развивающемся мире). Такой резкий приток капиталов США прежде всего на Бермудские острова объясняется чрезвычайно льготным налоговым режимом в этой стране, что позволило американским корпорациям учредить там большое количество холдинговых компаний для руководства деятельностью дочерних предприятий и филиалов во всех районах мира. В 1980 г. на долю указанных трех стран приходилось 43 % всех прямых заграничных инвестиций США в кредитно-финансовые и страховые учреждения[465].

Экспорт капитала США в страны Латинской Америки ведет к усилению их зависимости от США. Например, по данным, приведенным представителем Мексики в Комиссии ООН по транснациональным корпорациям Б. Сепульведой, из 412 американских компаний, действующих в этой стране, 225 заняты в обрабатывающем производстве. Однако это не ведет к укреплению независимости, признает он; «значение американского капитала в мексиканской промышленности, рост экспорта готовых изделий зависят в огромной степени от политики, одобренной самими фирмами» [466].

Американские капиталовложения в экономику стран Латинской Америки осуществлялись и продолжают осуществляться как через целиком принадлежащие американским монополиям предприятия, так и через смешанные предприятия. Применительно к Мексике 56 % американских филиалов полностью принадлежали «материнской» (американской) компании, остальные были в совместном пользовании, однако только в 15 % филиалов американские интересы составляли меньшинство. Общим следствием деятельности американских монополий как в первом, так и во втором случае является стремление ограничить развитие тех отраслей национальной промышленности стран Латинской Америки, с помощью которых последние могли бы создать у себя сбалансированную и независимую экономику, и перевести в эти страны «нижние этажи» обрабатывающей промышленности, что зачастую не отвечает национальным планам индустриализации[467].

Обычно американский капитал направляется в те отрасли промышленности, которые являются подсобными для американской промышленности и не могут с ней конкурировать. Усиленно на-

саждая в странах Латинской Америки свои собственные предприятия и участвуя в некоторых смешанных предприятиях совместно с определенными кругами местной буржуазии, американский капитал получает возможность по своему усмотрению способствовать или мешать развитию отдельных отраслей промышленности в этих странах. Эта задача облегчается тем, что наряду с увеличением своих капиталовложений в странах Латинской Америки монополии США стремятся полностью подчинить своим эгоистическим интересам и их внешнюю торговлю.

Основная часть прямых инвестиций США в обрабатывающей промышленности Бразилии помещена в такие отрасли, как химическая промышленность и машиностроение (56%). Примерно так же выглядит структура вложений США в обрабатывающей промышленности Мексики, Аргентины и Венесуэлы. Американские компании практически полностью контролируют автомобильную промышленность Бразилии, держат в своих руках 80 % фармацевтической, около 50 % химической промышленности, 47 % виплавки алюминия, 50 % машиностроения. В Мексике четыре крупнейшие финансовые группы США — Морганов, Рокфеллеров, «Фёрст нэшнл сити бэнк» и «Бэнк оф Америка» — подчинили себе 2/з средств всех американских компаний, действующих в обрабатывающей промышленности. Отметим также, что корпорации США активно развивают свои позиции в обрабатывающей промышленности стран Латинской Америки: только в 1979 г. на эти отрасли приходилось 87 % чистого притока капитала из США в обрабатывающую промышленность всех развивающихся стран и соответственно 66 % реинвестиций в этих отраслях[468].

В 70-х годах произошел рост прямых инвестиций США в странах Азии, прежде всего в районе Юго-Восточной Азии. Однако страновое распределение частных капиталов США в этом районе также показывает выборочный характер инвестиционных решений. В список 25 крупнейших объектов приложения этих капиталов входят Гонконг, Индонезия, Филиппины, Сингапур, Малайзия, Тайвань, Таиланд, а также Южная Корея и Индия. На них в 1980 г. приходилось 16 % прямых инвестиций США в развивающемся мире. Как уже отмечалось в предыдущих главах, район Юго-Восточной Азии постоянно был объектом пристального внимания со стороны американского правительства и американских предпринимателей. Правительство придавало огромное значение важному стратегическому положению этого района, расширению сети военных баз в странах, а американский бизнес этот район привлекал благоприятным инвестиционным климатом, богатствами месторождений полезных ископаемых, обильной и дешевой рабочей силой.

На протяжении практически всего послевоенного периода политика США в этом районе мира была направлена на подавление национально-освободительных движений, была агрессивной

политикой военного и политического вмешательства в дела Индокитая с целью насаждения там силой оружия угодных США порядков. На протяжении многих лет США вели войну против вьетнамского народа, вторгшись с полумиллионной армией в Южный Вьетнам. Грубо нарушив международные Женевские соглашения по Вьетнаму, они выступили как агрессор и вели войну, в которой преследовали захватнические цели. Поражение США в Индокитае в 1975 г. показало, что борьба народов за свободу, национальную независимость и социальный прогресс неодолима, что ее нельзя расстрелять или сжечь в напалмовом огне. Финал многолетнего конфликта в Индокитае показал также, что любые попытки диктовать, а тем более силой оружия навязывать свою волю другим народам несостоятельны и в конечном счете обречены на провал. В середине 70-х годов позиции США в этом районе оказались серьезно подорванными.

Казалось, коренное изменение обстановки в Индокитае создало более благоприятные предпосылки для налаживания в Азии в целом мирного сотрудничества, в том числе экономического. Однако Соединенные Штаты ответили на это изменение резким усилением своей политической и экономической экспансии. Прямые инвестиции американских компаний в Гонконге, Индонезии, Сингапуре, Малайзии, Таиланде, на Филиппинах и Тайване увеличились за 1966—1977 гг. с 0,9 млрд. долл. до 4,6 млрд., а в 1980 г. они составляли уже 7,2 млрд. долл. В результате их удельный вес в общем объеме прямых инвестиций США в развивающихся странах вырос с 6 % в 1966 г. до 14 % в 1980 г.

В конце 70-х годов в Гонконге, куда американские компании вложили наибольшее количество средств из всех развивающихся стран Азии, действовал 361 филиал этих компаний, располагавших активами около И млрд. долл. Подавляющая часть этих средств находилась в банковском деле (75 %)[469]. В то же время в Индонезии, на Филиппинах, в Сингапуре, Малайзии и Таиланде основными сферами вложения американского частного капитала являются нефтяная и обрабатывающая промышленность. В Индонезии в 1980 г. 74 % прямых инвестиций США падало на нефтеразведку и нефтедобычу, осуществляемую «в партнерстве» с местными государственными компаниями. В Сингапуре в том же году 38 % капиталовложений компаний США было помещено в нефтепереработку. В обоих случаях имеет место тенденция к стойкому росту инвестиций в нефтяной сектор экономики этих стран.

В 70-х годах значительно возросли инвестиции компаниіЬСША в обрабатывающую промышленность стран Азии. Наиболее крупные вложения сделаны в экономику Филиппин (531 млн. долл. в 1980 г.), причем господствующее положение капитал США занимает в таких отраслях, как нефтепереработка, химическая и фармацевтическая промышленность. В Сингапуре и на Тайване американские компании разместили по состоянию на тот же год соответственно 391 и 333 млн. долл. преимущественно в нефтепереработку, сборочные предприятия электронной промышленности и машиностроения. Отмечается также рост таких инвестиций в экономику Индонезии и Южной Кореи.

Данные международных экономических организаций показывают, что в последние десятилетия происходит определенное развитие обрабатывающей промышленности в развивающихся странах, в частности возрастает их удельный вес в мировом производстве готовых изделий и международной торговле ими. Так, по данным ЮНИДО, доля развивающихся стран в производстве готовых изделий возросла с 6,9 % в 1960 г. до 9 % в 1977 г., а в торговле— с 4% в 1960 г. до 8% в 1976 г.[470] Наиболее интенсивно этот процесс протекал в Бразилии, Аргентине, Мексике, Колумбии, Гонконге, Сингапуре, Индии, Пакистане, Малайзии, Южной Корее, на долю которых во второй половине 70-х годов приходилось около 60 % экспорта готовых изделий из развивающихся стран[471]. Обращает на себя внимание, что в большинстве этих стран активно действует американский частный капитал.

В своей внешнеэкономической стратегии в развивающихся странах США во все большей степени ориентируются на расширение отношений с наиболее развитыми из них, видоизменяют характер зависимости, отводя развивающимся странам роль вспомогательного внешнего звена современного хозяйственного механизма Соединенных Штатов. Если в 1966 г. прямые инвестиции США в обрабатывающей промышленности развивающихся стран составляли 25 % всех прямых инвестиций американских компаний в этих странах, то в 1977 г. они составляли 36 % [472].

Все глубже внедряясь в обрабатывающую промышленность развивающихся стран, США преследуют цель закрепления технологической зависимости этих стран, перестраивая и обновляя формы и методы своей экспансии. Тысячами путей и способов они пытаются привязать к себе эти страны, чтобы свободнее распоряжаться их природными богатствами, использовать их территории в своих стратегических замыслах. Все это свидетельствует о возрастании агрессивности монополистического капитала США, его стремлении использовать сферу внешнеэкономического обмена вообще, а особенно вывоз капитала для подкрепления своих пошатнувшихся позиций.

С приходом к власти в Вашингтоне новой администрации отмечается дальнейший сдвиг вправо в международной, в том числе экономической, политике США. Отождествив внутренние и внешнеполитические интересы американского государства с интересами и целями крупного бизнеса, нынешняя администрация сняла какие-либо ограничения на пути экспансии частнокапиталистического бизнеса США в развивающиеся страны. Это означает, 4Т° моло- дые страны, по мысли стратегов Вашингтона, должны amp;ать объ' ектом еще большей эксплуатации и угнетения.