§2. Главные теоретические направления

о сущности денег; •

об их влиянии на реальную экономику и, в частности, на динамику цен; •

об организации денежного обращения.

Как мы увидим далее, не все доктрины содержат ответы на пе-речисленные вопросы.

Выше отмечалось, что в этой книге основное внимание будет уделено тем направлениям денежной теории, которые предвосхищали пути развития денежных систем. В силу этого обстоятельства мы начинаем анализ формирования главных доктрин денежной теории с концепции, разработанной шотландцем Дж. JIo.

В истории за ним закрепилась скандальная слава авантюриста. Из-за этого в тени остались его теоретические работы. Вряд ли можно опровергать авантюрный характер Дж. Ло. Но чего не стоит делать, так это считать его недостойным человеком.

Первая большая работа Дж. Ло была опубликована в 1705 г. [14]. Она касалась обширного круга не только чисто теоретических, но и практических вопросов. Вторая увидела свет в 1707 г. [15]. Вот основные положения теории денег Дж. Ло: 1.

«Всякая вещь получает ценность от своей полезности, и полез-ность возрастает в соответствии с качеством, количеством и спро-сом» [14, 37]. 2.

Деньги возникают для преодоления неудобств бартерного обмена [14, 1]. 3.

До того, как стать деньгами, золото и серебро обменивались как товары по своей собственной стоимости [14, 2; 15, 4]. Использование в качестве денег придало им дополнительную ценность, поскольку привело к увеличению спроса на них [14, 4; 15,4]. (На это утверждение Дж. JIo негативно отозвался в т. I «Капитала» К. Маркса, хотя оно вполне в духе тезиса об общественной стоимости т. III «Капитала»). 4.

Золото и серебро стали деньгами в силу их однородности, порта-тивности, делимости, удобства для перевозки [15, 2).

Золото и серебро стали деньгами не в результате некоего общественного договора, а вследствие своих свойств. 6.

«Деньги есть мера, посредством которой товары оцениваются; ценность, посредством которой товары обмениваются, и в которой контракты оплачиваются» [14, 27]. В другом месте, говоря о бу-мажных деньгах, Дж. Ло уточняет: «Деньги не являются ценностью, на которую товары обмениваются, но ценность, посредством кото-рой они обмениваются: полезность денег состоит в покупке вещей, и серебро, как деньги, не имеет другой полезности» [14, 44]. 7.

«Деньги призваны служить мерой определения пропорции ценности вещей, поскольку они менее подвержены изменениям ценности, чем другие вещи» [15, 2]. 8.

«Кредит, предполагающий уплату денег, не может расширяться более определенной пропорции, которую он должен иметь по отношению к деньгам» [14,27]. Но этот тезис проводится Дж. Ло вскользь. Данное обстоятельство имело трагические последствия для его практических предприятий. 9.

В результате наплыва благородных металлов из Вест-Индии их ценность уменьшилась. Это затрудняло использование золота и серебра в качестве денег [15, 3]. В то же время, нет принципиальных препятствий применения в качестве денег иных материалов, имеющих более устойчивую стоимость.

На этих утверждениях Дж. Ло основывает свою доктрину новых денег, свободных от недостатков золота и серебра. Эти новые бумажные деньги должны были эмитироваться специальным учреждением. Их обеспечением следовало сделать принимаемую в залог землю. По мне-нию Дж. Ло, земля имеет более устойчивую ценность, чем благородные металлы. Но золото и серебро обладают дополнительной ценностью, обусловленной их использованием в качестве денег. С появлением бумажных денег эта дополнительная ценность благородных металлов ликвидируется, и они подешевеют [14, 34]. В то же время, земля всегда будет приобретать дополнительную ценность вместе с увеличением ее продуктивности.

Толчком к разработке доктрины Дж. Ло послужило начало обращения в Англии и Голландии банковских билетов, т. е. кредитных денег, разменных на золото и возникших на основе расписок золотых дел мастеров. Однако новые деньги, по мнению Дж. Ло, должны были иметь иную природу — они подлежали конвертации не в благородные металлы, а в земельную собственность. Разумеется, возникал вопрос, захотят ли держать эти деньги те, кто не собирается приобретать земельную собственность. Дж. Ло отвечал на это возражение в том духе, что золото и серебро люди принимают как средство обращения независимо от того, нуждаются ли они в этих металлах или нет [15, 9].

Проблема взаимной конвертабельности новых бумажных и традиционных (серебряных и золотых) денег осталась не проработанной в теории Дж. Ло. Он полагал, что широкое хождение новых бумажных денег должно обеспечиваться законодательными мерами, т. е. принудительным осуществлением всех платежей в этих деньгах [14,39; 15,11]. Благородные металлы в слитках должны приниматься только монетным двором [12,39]. Удобство использования новых денег должно было, по мнению Дж. Ло, побудить людей держать свои запасы звонкой монеты в эмиссионном банке. Как мы увидим далее, Дж.Ло действительно на первых порах удалось решить эту проблему на практике.

Дж. Ло разрабатывал предложения о введении бумажных денег для Парламента Шотландии. Он полагал, что с их эмиссией будет подорвана монополия Англии и Голландии на монеты из благородных металлов [15, 11].

Дж. Ло не знал о скорости денежного обращения и не использовал понятия количества денег, необходимых для обращения. Он ставил вопрос не о дополнении золотого обращения кредитно-денежным, а о замене первого вторым.

Возможность осуществить свои теоретические построения на практике Дж. Ло получил во Франции в 1716 г. Именно в этом году ему был выдан патент на открытие частного банка.

В этот период Дж.Ло предпринял меры к ограничению оборота золотой и серебряной монеты. Его основным инструментом стали искусственные колебания курса звонкой монеты. Для этого он использовал свою агентуру на бирже. В результате билеты его банка котировались с 10-ти процентной премией по отношению к звонкой монете [16, 62]. Золото и серебро стало притекать в банк. Казалось бы, на практике Дж.Ло удалось решить проблему о взаимной конвертации бумажных денег и благородных металлов, не решенную в его теории.

Высокие премии банковских билетов были поддержаны административными мерами. 22 апреля 1719 г. было запрещено пересылать и перевозить золотые и серебряные монеты в города, где банк имел свои отделе- ния [16, 52]. С этого момента банк Дж. Ло стал превращаться в фактическую кассу французского правительства. Выпуски билетов следовали один за другим. Нет достоверных сведений, чтобы судить, насколько сам Дж. Ло чувствовал шаткость такого положения. Однозначно, что он в сильнейшей мере находился под давлением властей, стремившихся вновь открытыми способами эмиссии денег покрыть государственный долг.

Несколько раз парижские спекулянты предпринимали атаки на банк, предъявляя к оплате золотом огромное количество билетов. Но банк Дж. Ло поначалу успешно выходил из трудных положений. Тем не менее, выпуск билетов продолжался. Крах банка был предрешен, несмотря на целый комплекс мер по ограничению платежей в звонкой монете. Банк лопнул в июле 1720 г.

«Как ни пытались враги очернить Ло, — писал русский экономист И. К. Бабст, — как ни подкапывались и ни подыскивались под него, но его частные действия были все также безукоризненны, честность так очевидна, что предлогом для обвинения его и для преследования служили только поступки его подчиненных, действительно иногда возмутительные» [16, 90]. «Ло умер в 1729 г. и оставил в наследство своему семейству несколько картин и бриллиант, оцененный в 40000 ливров. Его жена умерла в Брюсселе в глубокой бедности» [16, 96].

Эдиктом 1771 г. Людовик XV повелел для блага подданных изгнать всякую теорию из своих финансов. Так закончилась история эксперимента дерзкого, обреченного на провал и, главное, состоящего в попытке далеко опередить время.

Формирование денежной системы, в которой благородные металлы выполняют функции меры стоимости и средства накопления, а медные — средства обращения, было впервые предложено И. Т. Посошковым [17]. Золотые деньги самой высокой пробы, по его мнению, должны были использоваться в международном обмене, серебряные — выполнять функцию средства накопления внутри страны и не попадать за границу, а медные — обеспечивать коммерческие расчеты. Причем, номинал медной монеты должен был значительно превышать цену содержащейся в ней меди, ибо «не вес в них числим, но исчисляем начертание на ней» [17,238]. Все три вида денег предлагалось сделать взаимно обратимыми. Достаточность денег для обращения сочеталось с высоким сеньоражем. Но при этом во главу угла ставилось обеспечение высокого качества денег из благородных металлов, их доступность при обмене медных денег.

И. Т. Посошков практически предвосхитил систему эмиссии на основе частичного покрытия золотым запасом, сформировавшуюся в России и в Европе в первой половине XIX в. и просуществовавшую в разных вариантах до конца 20-х годов XX в.

Книга И. Т. Посошкова была написана в 1724 г., но опубликова-на только в 1842 г. Вероятно, она распространялась в рукописи, а ее основные идеи сохранялись в устной традиции. На это указывают поло-жения Манифеста Екатерины II от 29 декабря 1768 г. о необходимости дополнения системы обращения медных денег обращением ассигнаций, а также аргументация Н. М. Карамзина, использованная в его записке, адресованной Александру I. С работой И. Т. Посошкова был знаком М. В.Ломоносов.

Помимо идеи резервной валюты в работе И. Т. Посошкова содержится еще одно характерное утверждение. Он считал, «по ценность монет определяется государственной властью. Впоследствии это направление экономической теории получило название номинализма. Но его правильнее называть теорией бумажных денег.

В литературе по истории денег высказывалось мнение, что взгляды И. Т. Посошкова не учитывали последствий предпринятой в 1656 г. на Руси попытки введения медной монеты с принудительным курсом к серебру. Неконтролируемая чеканка медной монеты привела к ее резкому обесценению и росту цен. В 1662 г. в г. Москве произошли события, получившие название «медного бунта».

И. Т. "Посошков, видимо, был хорошо осведомлен о том, «по предшествовало этим событиям. Указом царя Алексея Михайловича от 28 июля 1656 г. подати с населения должны были выплачиваться на 2/3 серебром, а на 1/3 — медной монетой. Но жалованье войску выплачивалось только медью. Тем самым нарушалась эквивалентность обязательств государства и налогоплательщиков. Как показал дальнейший опыт, именно обеспечение такой эквивалентности является важнейшим условием устойчивости декретных денег.

Любопытно, что до 1658 г. медная копейка котировалась наравне с серебряной. Это объясняется умеренностью эмиссии медных денег и их востребованностью обращением. Однако с нарастанием объемов чеканки медная монета начала обесцениваться. Общий объем ее выпуска составил 20 млн руб. В 1663 г. правительство было вынуждено обменять один рубль в медной монете на 1 коп. серебром.

Одно из самых обстоятельных исследований XVIII в. о деньгах принадлежит англичанину Я. Вандерлинту [18]. Оно было опубликовано в Лондоне в 1734 г. «Деньги отвечают на все вопросы», — провозгласил его автор. Причину роста цен Я. Вандерлинт видел в увеличении золота и серебра в обращении. Редкость драгоценных металлов была, по его мнению, основным ценообразующим фактором. Механизм влияния количества денег на цены он усматривал в торговом балансе. При положительном сальдо баланса деньги притекали в страну; при отрицательном — наблюдался их отток. Я. Вандерлинт понимал связь количества денег с уровнем цен. Ему был свойственен широкий взгляд на эту проблему. Он отмечал, что достаточное количество денег является обязательным условием быстрого развития торговли.

Опубликованный в 1751 г. трактат Ф. Галиани носил название «Деньги». Вероятно, он впервые содержал такое понятие, как «наука о деньгах», хотя касался в основном теории ценности. По определению Ф. Галиани «ценность есть ндея о пропорции между владением одной или другой вещью в голове человека» [7, 283]. Ценность определяется соотношением полезности и редкости. Труд «является единственным источником ценности» [7, 290].

В знаменитом трактате «О деньгах» (1752 г.) Д. Юм определил деньги вполне традиционно: «Очевидно, что деньги — ничто иное как представитель труда и товаров и служит лишь как метод их измерения и оценки» [19, 4]. Но его работа получила широкую известность своей трактовкой взаимосвязи между деньгами и ценами. Основные идеи Д. Юма сводятся к следующему: 1.

Достаточное количество денег — условие успешного развития торговли и мануфактур. Приток золота и серебра из Америки привел к росту промышленности во всех европейских странах [19, 4]. 2.

Изменения товарных цен определяются колебаниями количества денег в обращении [19, 1]. Но эта зависимость отнюдь не про-порциональная. Рост производства сам по себе требует увеличения количества денег в обращении [19,11-12]. 3.

Изменение количества денег в обращении не вызывает немедленного изменения цен. Их взаимное приспособление требует времени. «Определенный период нужен для формирования новой ситуации; и этот период в такой мере неблагоприятен для промышленности, когда количество золота и серебра уменьшается, в какой благоприятен — когда количество этих металлов растет» [19, 7]. 4.

Хорошая политика властей — политика, направленная на увеличение количества денег в обращении [19,7]. Но всякая попытка искусственно повысить количество денег идет вразрез с интересами торгующих наций [19, 3]. Рост денег в обращении приводит к увеличению цен. 5.

«Легко проследить движение денег в человеческом сообществе, — писал Д. Юм, — где мы обнаружим, что они сначала увеличивают усердие всякого индивида, прежде чем повысить цену труда» [19, 6]. 6.

Благодаря внешней торговле благородные металлы распределяются пропорционально объему производства в конкретной стране. (Этот тезис Д. Юма опровергал доктрину меркантилизма.) 7.

Рост золота и серебра в конкретной стране приводит к повышению стоимости труда и заставляет производителей переносить производство в страны с дешевой рабочей силой [19, 1]. Кроме того, страна с большим запасом денег и, соответственно, с высокими внутренними ценами неконкурентоспособна на внешних рынках. «Это заставляет меня питать сомнения, — писал Д. Юм, — в выгодах от банков и бумажного кредита, которые так часто считаются преимуществами каждой нации». Он не считал банковские билеты реальными деньгами, поскольку они, во-первых, не используются для внешнеторговых расчетов; во-вторых, обесцениваются при форс- мажорных обстоятельствах [19, 3]. Но кредитные деньги неизбежно должны использоваться во всех развитых странах. Наилучшим способом их регулирования, по мнению Д. Юма, было бы учреждение общественного банка. Это позволило бы избежать избыточного выпуска банковских билетов (бумажного кредита), но одновременно создало бы запас денег на случай острой необходимости, например, для финансирования войн [19, 3].

Таким образом, Д. Юм сформулировал в законченной форме одну из основных денежных доктрин — количественную теорию. Но это был ее достаточно сбалансированный и уравновешенный вариант.

Трактат Дж. Стюарта «Исследование принципов политической экономии» (1767 г.) — одна из самых содержательных и, кстати сказать, самых объемных экономических работ XVIII в. Для денежной теории эта работа важна своим анализом счетной функции денег. По мнению Дж. Стюарта, данная функция может выполняться некоей «субстанцией», отличной от благородных металлов, как традиционной меры стоимости [20, book III, ch. I]. Это положение привело автора к идее кредитно- денежного обращения.

Дж. Стюарт выделял реальные деньги — монеты и слитки из благородных металлов — и символические. Последние он объединял под общим названием «кредит» и включал в него банкноты, векселя, облигации и т. д. [20, book 2, ch. XXVI]. В его трактовке кредитные деньги отражали внутреннюю стоимость (ценность) тех вещей, которыми они обеспечиваются. «Тем не менее, те нации, которые обращают (в качестве денег. — Примеч. aem.) только свои металлы, ограничивают свою промышленность в пропорции их (металлов) наличной массы», — отмечал Дж. Стюарт [20, book 2, ch.XXVI].

Он полагал, что увеличение кредитных денег в обращении происходит автоматически при росте потребностей промышленности и торговли. И наоборот, при снижении деловой активности их количество сокращается [20, book 4, ch. II]. Этот принцип является важнейшим в доктрине реальных векселей. Дж. Стюарт считал необходимым размен кредитных денег на золотые. Но он видел реальные трудности в обеспечении такого обмена при отрицательном торговом балансе и, соответственно, оттоке золота из страны.

Теория денег А. Смита не только обобщила ранее высказанные идеи, но и заложила основы двух популярных и, как ни парадоксально, конкурирующих доктрин.

Первая из них базируется на теории стоимости. Труд, по А. Смиту, есть мерило меновой стоимости всех товаров. Деньги появляются в результате развития обмена на основе разделения труда. Деньги пре-одолевают неудобства бартерной торговли. Функции денег закрепляются за благородными металлами. Изменения количества труда влияют на стоимость (ценность) золота и серебра. Труд составляет действительную цену вещей, а деньги — номинальную цену [21, 34].

Но А. Смит относил эти положения только к докапиталистическому хозяйству. По его мнению, ситуация радикальным образом изменилась с формированием капиталистических отношений и частной собственности на землю. С их появлением А. Смит отмечал: «Заработная плата, прибыль и рента являются тремя первоначальными источниками всякого дохода, равно как и всякой меновой стоимости» [21, 52-53]. Банкноты, по А. Смиту, являются заменителями полноценных денег. Причем общая величина бумажных денег в обращении конкретной страны не может превышать величину полноценных металлических денег, которые они замещают. Избыточный выпуск бумажных денег равнозначен порче монет. Он неизбежно должен привести к падению ценности бумажных денег ниже ценности золота и серебра. Но А. Смит, видимо, никогда не допускал, что банки, в частности, Банк Англии, при каких-либо обстоятельствах может приостановить обмен банкнот на благородный металл.

А. Смит дал следующую характеристику золотому денежному обращению: «Стоимость товаров, покупаемых и продаваемых в течение года в данной стране, требует определенного количества денег для обращения их и распределения среди соответствующих потребителей и не может дать применения добавочному количеству денег. Каналы обращения необходимо вбирают в себя сумму, достаточную для наполнения их, и никогда не вмешают сверх того» [13, book IV, ch. I]. Это положение А. Смита стало в ХІХ-ХХ вв. основой целого направления денежной теории. Оно признавало в качестве полноценных денег только золото, а бумажные деньги рассматривало как «знаки стоимости» — заменители полноценных денег. Наиболее последовательным представителем этого направления были К. Маркс и его сторонники. Мы условно назовем данное направление «теорией золотого обращения».

Но одновременно А. Смит заложил основу еще одного теоретического направления — «доктрины реальных векселей». Анализируя выпуск банками кредитных бумажных денег (банковских билетов), он вслед за Дж. Стюартом отметил, что их обеспечением являются векселя, выпускаемые и погашаемые в процессе расчетов. В этом случае эмитируемые банковские билеты отражают фактические потребности экономики в платежных средствах. Поэтому каналы обращения не могут переполняться избыточной денежной массой. Разумеется, это верно, если в обеспечение эмиссии банковских билетов принимают реальные, а не бланковые (не отражающие реальных операций) коммерческие векселя. Отсюда и название концепции. В таком взгляде на деньги легко узнаются воззрения Дж.Ло.

«Доктрина реальных векселей» принципиально отличается от других теоретических направлений. В концепциях золотого обращения и количественной теории деньги экзогенны, т. е. каким-либо образом должен быть обеспечен их приток в экономическую систему. В «доктрине реальных векселей» деньги экзогенны. Экономическая система способна порождать их сама, исходя из своей потребности в средствах обращения. Учет банками векселей и соответственный выпуск в обращение под их обеспечение банковских билетов означает расширение денежной массы за счет новой эмиссии. Проблема экзогенности-эндогенности денег — одна из основных и в современной денежной теории. Однако, как мы отметим ниже, в основе «доктрины реальных векселей» лежат неверные предпосылки.

Итак, XVIII в. ознаменовался разработкой фундаментальных на-правлений учения о деньгах: теории стоимости; количественной теории денег; доктрины реальных векселей; теории золотого обращения; номи-нализма (теории бумажных денег).

Теория стоимости и номинализм по-разному отвечали на вопрос о происхождении денег. Первая утверждала, что деньги появляются в ре- зультате развития обмена; вторая считала, что силу платежным средствам придает государство.

Ценность денег стала предметом исследования теории стоимости и количественной теории. Первая доказывала значение меновой стоимости; вторая считала, что главную роль играет редкость денег, т. е. их количество в обращении. ,

Теория золотого обращения полагала, что обеспечением кредитных денег может быть лишь благородный металл, а доктрина реальных векселей исходила из того, что в качестве такого обеспечения допустимо использовать реальную собственность (векселя отражают движение реальных товаров).

Теория золотого обращения часто поддерживалась сторонниками теории стоимости. Номинализм обычно солидаризируется с количественной теорией. Доктрина реальных векселей в современных исследованиях противопоставляется количественной теории. Первая склонна считать, что выпуск кредитных денег под ценные бумаги не приводит к переполнению каналов обращения.

Из названных в этом параграфе денежных теоретиков четверо — шотландцы (Дж. Ло, Д. Юм, Дж. Стюарт, А. Смит). Вряд ли это случайность. Скорее всего, в таком интересе к денежной теории выразилось стремление шотландцев ответить на вопрос о причинах успехов на коммерческом поприще своих соседей и конкурентов — англичан, а также понять собственные перспективы в изменившемся мире. И они в этом преуспели.