В. Хозяйственная и внехозяйственная обусловленность развития семьи

В доме мужчин вероятно следует искать зарождения тотемизма35покоящегося на анимистской основе, хотя он позднее остается свободным от него.

Сообщники по тотему образуют культовый союз мира, сочлены которого не должны воевать друг с другом; они соблюдают экзогамию, ибо брак между членами одного тотема считается кровосмешением и тяжко наказуется, а потому они состоят в брачных соглашениях с другими тотемными союзами. Союз тотема в этом смысле есть ритуальный союз, который часто причудливо переплетается с семейными и политическими сообществами. Хотя отдельный отец живет в общем доме вместе с женой и детьми, счет родства почти всюду ведется по матери, так что дети принадлежат к материнскому роду и остаются отцу даже ритуально чужды. В этом-то и заключается фактическая основа так называемого материнского права, которое вместе с тотемизмом является пережитком эпохи домов мужчин. Напротив, где последнего нет, там господствует чисто отеческая группа или отеческая группа с материнской преемственностью родства.

Борьба между возникавшим отцовским и старым материнским правом решалась порядком, согласно которому присваивалась земля. Присвоение совершалось на чисто экономических основаниях, т. е. земля считалась местом работы женщины, или на основаниях военных, т. е. земля рассматривалась как приобретенная и защищаемая копьем, т. е. добром мужчины. Если женщина несла на себе главное бремя по обработке земли, то земля переходила к брату матери, как опекуну детей. Напротив, если она считалась даром оружия, на нее притязал военный союз; дети считались по отцу, дальнейшим последствием было исключение женщин из права на землю. Союз стремился поддержать экономические основания для боеспособности сочленов, удерживая земельные жеребья47 внутри отцовского рода. Из такого стремления вырос левират, как и право наследования на дочерей, которое охватывало в себе и право и обязанность ближайшего родственника жениться на единственной оставшейся в живых дочери какого-нибудь рода, как это особенно практиковалось в Греции. Тот же вопрос о главенстве отеческого или материнского права мог разрешиться и другим путем, т. е. на основании индивидуальных имущественных отношений. Среди экономически равных людей, вероятно, древнейшей формой заключения браков был обмен женщинами36, в особенности между домашними союзами, когда братья одного взаимно обменивались сестрами другого.

При дифференцировании владения женщина, как рабочая сила, превращается в объект ценности и покупается, как рабочий скот. Кто не может ее купить, должен за нее отслужить или надолго остаться в ее доме. Браки куплей и отработкой, одни со счетом родства по отцу, другие по матери, могут также существовать рядом друг с другом и даже в одном домохозяйстве; ни один из этих обычаев не наблюдается во всеобщем распространении. Женщина при этом остается всегда под сильной рукой мужа, который ее купил, независимо от того, живет ли она в своей семье или в семье мужа. Браки куплей и отработкой могут быть одинаково как полиандрией, так и полигамией48. Если земельный собственник покупает сколько ему угодно жен, то неимущие, в особенности братья, объединяются для общей покупки &ены.

По ту сторону этих отношений стоит групповой брак, который развился, может быть, из постоянных брачных договоров (картелей) с магической санкцией между различными тотемическими или семейными общинами, причем мужчина брал последовательно или одновременно в жены нескольких сестер, вообще некоторое количество женщин из другой семейной общины, иногда во владение всей своей общины. Групповой брак встречается только эпизодически и никоим образом не является всеобщей необходимой переходной ступенью в развитии брака.

Купленная жена обычно находится под неограниченной, патриархальной властью мужа. Эта верховная власть его исконно древняя. В принципе она всегда присутствует и свойственна уже первобытным народам.