Трансформация партийной компоненты административного рынка и постперестроечные негосударственные финансовые институты.

Так, капиталы вкладывались в предприятия и финансовые институты, созданные в свое время для “распространения социализма” - банки, контролируемые соответствующими службами СССР, военные базы, места дислокации войск, резидентуры ПГУ КГБ и ГРУ Генштаба, средства массовой информации просоветской ориентации. Кроме того, создавались специальные организации за рубежом без формального участия граждан СССР, скупались акции, и тому подобное.

Естественно, что эта деятельность контролировалась отделами ЦК КПСС, конкурировавшими друг с другом, свидетельством чему стали такие скандалы, как разоблачение активности АНТ в области торговли оружием.

В понятиях структурных схем административного рынка эта деятельность может быть представлена как своеобразные сечения рис на уровнях секретариата ЦК КПСС, отделов ЦК КПСС и обкомов КПСС.

На рис представлена логика трансформации структуры административного рынка по партийной схеме.

Такого рода организации достаточно просто диагностируются по составу своих учредителей - бывшей номенклатуре отделов и, частично, секретариата ЦК. В то же время, реальными руководителями такого рода финансовых институтов стали по видимости внешние люди - ранее малозаметные работники аппарата отделов ЦК или связанные с ними (находившиеся в партийном резерве) заместители министров и начальников союзных главков, помощники и советники союзных министров, ответственные работники специализированных партийных структур, таких как ЦК ВЛКСМ. Иерархия власти в новых финансовых институтах инвертировалась - по сравнению с партийной: бывшие номенклатурные теневики и теневая номенклатура стали первыми лицами, в то время как их бывшие начальники остались при них (естественно в схеме) как консультанты, помощники, референты, в общем - люди со связями, которые необходимы для деятельности.

Необходимо подчеркнуть, что основные капиталы такого рода финансовых институтов находились вне пределов России и обращались на внешних финансовых рынках.

Сечение партийной иерархии на уровне аппарата обкомов КПСС привело, также как и в предыдущем случае, к формированию финансовых институтов и компаний, капиталы которых, в отличие от предыдущего случая, концентрировались в пределах границ СССР. Это собственно российские (в случае России) банки, биржи, акционерные общества, организованные аппаратом обкомов партии, учредителями которых стали предприятия, руководители которых были в номенклатуре парткомитета.

Необходимо отметить, что успешная коммерциализация по “финансовому” типу практически не проходила по уровню горкомов партии или еще более низкоранговых партийных комитетов. Известные исключения, такие как успешная коммерциализация московского горкома, лишь подтверждают правило, так как этот парткомитет имел статус ЦК партии союзной республики.

Существенно важно также то, что трансформация советского административного рынка в постперестроечную форму организационно начала оформляться еще при раннем Горбачеве. Ликвидация КПСС и последовавший за этим распад СССР привнесли в этой процесс достаточно случайный компонент, во многом нарушивший плавный процесс капитализации советского административного рынка.

В процесс капитализации государственных активов СССР были включены представители и других социалистических социальных групп, кроме номенклатуры парткомитетов высшего уровня, и другие, не только государственные активы, в том числе цеховые и криминальные. В номинальные организационные формы, описанные выше, вошло совершенно различное содержание. Логическое многообразие социальных типов новых финансовых агентов и институтов также описано в следующей главе.