Концепция «валютной силы» в условиях трансформации МВС

В рамках исследования вопроса реформирования МВС на первый план выходит соотношения баланса сил и рассмотрение вопроса сущностной составляющей силы валюты. Автор считает необходимым введение в оборот новой категории «валютной силы» как синтезированного понятия международных политических и экономических отношений, пересечением интересов которых и является арена МВС.

Категория «валютной силы» есть проявление «мягкой силы» как наиболее эффективной стратегии воздействия в международных экономических отношениях. Проблемное поле исследования данной теории лежит на пересечении двух дисциплин - международных и экономических отношений, следовательно, необходимо применять междисциплинарный подход. Для исследования концепции «валютной силы», необходимо описать структуру понятий, которые будут фигурировать в исследовании.

Прежде всего, категория «силы» является ключевой точкой отсчета. В теории международных отношений- понятие силы предопределяет поведение государств в международных и экономических отношениях. Категория силы включает такие элементы как «власть», «влияние», «мощь», «контроль», «авторитет» и «национальные интересы»^[46]. У всех разновекторных

определений понятия «силы» есть одно принципиальное значение: сила - это способность влиять на поведение другого субъекта в желаемом для себя направлении; устанавливать различные формы зависимости с помощью насилия, убеждения, обещания выгод, лишения имеющихся преимуществ, создание условий, при которых остается лишь одна альтернатива выхода из положения.

В отношении термина власти как проявления силы сложилось два подхода- конфликтный и интеграционный. Конфликтный (М. Вебер) определяет власть как навязывание воли с одной стороны, и подчинение -с другой- вопреки возможному сопротивлению. К источникам власти он относит- насилие в терминах физической силы и угрозы применения силы; авторитет в виде социальных связей и взаимодействий, специальных знаний, веры или доверия; право как 47 складывающая система полномочий, контроля над ресурсами, традиции . Интеграционный (Т. Парсонс)^[47][48] определяет власть как отношение, возникающее в социальных системах, регулирующее и приводящее в равновесие жизнь общества через различные институты и достижение коллективной цели, а обладание властью означает способность влиять на эту систему через участие в процессе принятии решений.

В теории международных отношений сила может носить два основных характера: 1) «жесткая сила», в первую очередь, этот вид отражает угрозы

применения прямых механизмов воздействия, подавления или принуждения к достижению определенных целей, например, в виде военного вмешательства (текущий «украинский кризис» и является таким примером); 2) «мягкая сила», предложенная Дж.Наем как концепция признания власти и мощи, основанная не на угрозах принуждения, а на силе убеждений и привлекательности политических идей, идеологии, культуры, ценности, дипломатии и способах влияния на остальные государства через эти механизмы, добровольного следования за лидером и принятие его правил ^[49]. «Ресурсами «мягкой силы» выступает все то, что «вдохновляет и привлекает» к источнику силы, позволяя тому, кто его контролирует, добиваться желаемого результата» на базе добровольного выбора в условиях предлагаемых альтернатив^[50]. Воздействие посредством «мягкой силы» происходит через механизмы согласования внешнеполитических и экономических действий в результате вовлечения в сотрудничество на базе единых ценностей^[51].

Следовательно, «мягкая сила»- это «форма осуществления власти, добровольное восприятия, признания и предпочтения таким образом», чтобы элементы структуры «понимали свою роль и существующий порядок вещей, либо потому, что они не могут увидеть или представить никакой другой альтернативы, либо потому что они видят его естественным и неизменным, либо потому, что они ценят его как полезный»^[52].

В международных валютно-финансовых отношениях сегодня активно акцентируется внимание на силовой составляющей взаимоотношений. Государства активно мобилизуют свою экономическую мощь - внешнюю торговлю, валютное воздействие, инвестиционную сферу, экономическое присутствие в других странах для формирования единого связанного

пространства, чувствительному к политике доминирующего государства. В современной теории концепция Дж. Ная «мягкой силы» эволюционировала в исследования узконаправленных областей, в зависимости от исследуемой предметной области - экономическая сила, научно-технологическая, информационная, идеологическая, социальная, политическая^[53].

В области исследования валютных отношений как связующего звена мирового хозяйства, концепция «валютной силы» выступает проявлением экономической силы как измерение «мягкой силы».

Отталкиваясь от интеграционного подхода к изучению «силы» как отношений, возникающих в социальных системах, существенное значение играет «структурный» характер силы в международных экономических отношениях^[54]. Под «силой» с позиций структурализма понимается использование механизмов силы с целью «изменения и определения структуры глобальной экономики- систему функционирования политических институтов, экономической и интеллектуальной базы»,^[55] «способность изменять поведение других государств посредством контроля над структурой валютных отношении; степень влияния на порядок и систему складывающихся валютных отношений», «способность достигать целей посредством переписывания правил игры»^[56].Именно эти позиции и формируют актуальность исследования вопроса реформирования МВС с позиций «валютной силы».

С.Гуззини выделяет два механизма влияния на структуру МВС со стороны доминирующего государства^[57][58]:1)возможность влияния на поведение других, изменяя структуру связей в пределах пространства существования - манипуляция или изменение правил игры -тенденций движения, режимов, традиций и порядка управления международными экономическими отношениями;2)возможность изменять структуру МВС односторонними действиями^.

Угрозой стабильности структуры МВС является вопрос подчинения правилам регулирования валютно-финансовых отношений- государство больше стремится установить рамки поведения внутри структуры, чтобы результат взаимодействий внутри системы соответствовал их предпочтениям и создавал условия прямого контроля над поведением более слабых государств^[59].

Онтологический статус категории «силы» создает конфликтные условия для валютной политики государства и выработки рациональной стратегии по ее применению: с одной стороны- нацелены на удовлетворение национальных интересов, формируя условия влияния на структуру отношений и другие государства; с другой стороны, создают риски в условиях системы привязки к доминирующей валюте. С этих позиций необходимо контролировать степень использования «силы», поскольку возникают риски принуждения, злоупотребления «силой» и извлечения преимуществ из сложившейся структуры, а значит и угрозы ее безопасности и стабильности.

Концепцию «валютной силы» в МВС составляют две ключевых категории - автономия и влияние, поскольку степень силы государства зависит от его способности осуществлять независимую политику (автономия)

и возможности контролировать поведение элементов структуры^[60].Автономия и внутренний размер экономики не являются достаточным условием для влияния, но есть необходимое ядро силы^[61].

«Валютная сила» - форма валютно-финансовой власти, проистекающая из масштабов обращаемости валюты и ее способности выполнять все функции за пределами страны-эмитента, определяющая характер связей рамках системы валютных отношений и формирующая зону влияния. Как измерение «мягкой силы» она определяет характер воздействия на другое государство или структуру валютных отношений, описывает механизмы влияния и контроля над изменением правил, порядка, ценностей, связей и идентичности в рамках этой структуры с целью расширения экономических связей и извлечения преимуществ из системы валютно-финансовых связей.

Получение статуса мировой валюты дает следующие политические преимущества извлечения из потенциала «валютной силы»- механизмы влияния: 1)экономические преимущества (беспроцентное обслуживание долга); 2)создает условия для импорта другими странами финансовой политики страны-эмитента мировой валюты (к примеру, уровня инфляции и процентных ставок); 3)воздействие через механизмы доступа к глобальному центру финансовых ресурсов ( в т.ч. использование финансовой инфраструктуры); 4) способность побуждать иностранные правительства принимать на себя макроэкономическое бремя корректировки платежных дисбалансов через прямое давление или воздействия на курс ключевой валюты. Практическое воплощение «валютной силы» заключается в степени использования в обращении ее на мировых рынках:1)широко используется на финансовых и торговых рынках (в ней номинировано основное количество сделок);2) используется в качестве «якоря» для расчета курсов менее слабых валют;3)

является средством резервирования. На международном уровне это проявляется в масштабах «сетевого использования», номинировании производных инструментов, степени долларизации⁶²,создании валютных зон.

Функционирование валютной системы определяет силу государства по четырем направлениям:1) сеньораж, 2)макроэкономическое управление, 3)изоляция (форма валютной зависимости),4) символическая форма управления идентичностью подчиненных групп⁶³.

Валюты зачастую используются как сила государства в символичной манере имиджа денег, формирующего для эмитента валюты легитимность вмешательства в суверенные дела страны, использующей его валюту. Структурный характер силы валюты позволяет доминирующему государству влиять на символическую среду, в которой они существуют, определяется степенью влияния на идентичности других государств. Общая валюта укрепляет чувство сообщества, доверия, лояльность и идентичность от проведения общей денежной политики или учет политики доминирующего государства. Этот взгляд отражает конструктивистский подход- объяснение того, как структура влияет на «валютную силу», и изучает ее не как экономический, а как культурный и социальный феномен⁶⁴.

Опираясь на методологическую и теоретическую базу исследований Стрэндж, Коэна и Киршнера можно выделить пять областей и механизмов, в которых функционирует валюта и влияет на структуру МВС. Анализ представлен в таблице 1.5.

Таблица 1.5.

Механизмы влияния «валютной силы» страны на структуру МВС

⁶² Под долларизацией понимается широкое значение термина: использование и обращения валюты за пределами суверенных границ, принимаемая в качестве расчетного и платежного средства.

⁶³ Там же. -Р.8.

⁶⁴ Zelizer V. The Social Meaning of Money Pin Money, Paychecks, Poor Relief, and Other Currencies. Basic Books: New York, 1997. -P.304.

Источник: составлено автором

Выражением структурного характера «валютной силы» является феномен «долларизации». При формальной (официальной) долларизации обращение иностранной валюты официально закреплено использование иностранной валюты в качестве законного средства платежа, что соотносится с формальным валютным блоком. Неофициальная долларизация (хождение иностранной валюты официально не закреплено)- рыночно-управляемый процесс, который углубляет зону влияния валютных структур под воздействием финансовой глобализации и уменьшает силу национальных государств^[62]. Менее развитые страны используют ключевую валюту для защиты от неблагоприятных финансовых условий, экономической и политической нестабильности.

Политический аспект долларизации заключается в способности доминирующей страны использовать механизмы прямого принуждения и влияния на страны, находящиеся в зоне валютного блока, посредством контроля их доступа к ключевой валюте^[63]. Долларизация может влиять на идентичность других стран на уровне символизма. Статус ключевой валюты - источник престижа, признак повышения ранга в сообществе государств. В странах долларизации, национальная валюта может ассоциироваться с неадекватностью правительства отвечать за стабильность национальной

денежной системы, утратой доверия и делегитимизации власти. Иностранная валюта формирует чувство общей социальной идентичности с государством- эмитентом ключевой валюты, основывающейся на доверии, уверенности и надежности будущего развития. Однако это может угрожать национальному суверенитету. «Валютная сила» с точки зрения идентичности в рамках структуры определяется доминирующими настроениями и представлениями в обществе-экспансии или интеграции. Данный подход символического характера валюты не получил достаточного исследования в литературе.

Неофициальная долларизация углубляет «валютную силу» по двум направлениям: 1)экономической географии («сетевой эффект»)- обширность территории обращения валюты, масштаба, эффективности и потенциала экономических связей и 2) финансовой среды-степени усиления экономических, культурно-политических связей с доминирующей страной, вследствие масштабов и направлений, например, ресурсных потоков в доминирующую страну или программ образования. Это позволяет доминирующей стране контролировать и воздействовать на политику стран, входящих в зону долларизации используя ключевое преимущества в виде доступа к своим ресурсам как кредитора последней инстанции, формируя условие уязвимости для последователей из-за недиверсифицированности источника финансирования, создавая угрозу безопасности.

Существует три основных механизма использования «валютной силы»: 1)манипуляции с валютой- политико-экономические меры с целью влияния на стоимость и стабильность целевой валюты;2)валютная зависимость- усилия по формированию и эксплуатированию системы валютного влияния(механизмы доступа к финансовым источникам и инфраструктуре); 3)системные нарушения-действия, направленные на МВС или подсистему- возможности по ее подрыва и стабильности международных отношений^[64]. Все три механизма

подчеркивают роль денег как инструмента давления на экономику страны- последователей и систему валютных отношений и предлагает формы валютных манипуляций, преследующих цель воздействовать на стоимость целевой валюты- для защиты стабильности собственной валюты или вмешательство в информационное поле валютного курсообразования, влияя на

внутренние ожидания населения в уровне курса. В эпоху глобализации международные валютные отношения являются сферой политической

конкуренции. Государства стремятся

использовать

инструмент

манипулирования валютными отношениями для достижения своих национальных целей^[68][69].

Значимость автономии проявляется в валютно-экономических отношениях, которые по природе создают условия асимметрии. МВС сформирована таким образом, что есть возможность использования асимметричных преимуществ и условия воздействий на экономическую политику других стран. Чем меньше степень зависимости государства от состояния международных экономических отношений, тем больше у него существует возможностей управлять текущим распределением сил в свою пользу. Ареной автономии в МВС является платежный баланс, где государства связаны между собой. Риск неравновесности платежей представляет угрозу для политики независимости. Внешние дисбалансы способствуют взаимному давлению для достижения равновесия. В валютной сфере сущность «валютной силы» проявляется в способности избегать бремени корректировок вследствие дисбаланса платежей при угрозе потери части политического суверенитета в

69

мировой политике .

Способность игнорировать издержки гармонизации платежного баланса и возможность их переноса на другие экономики составляет

сущность «валютной силы». Можно выделить две модели влияния - пассивную и активную. Активное влияние направленно на конкретные страны и применяется с осознанием цели - например, с помощью международных договоров и осуществляется со стороны правительства. При пассивном режиме давление оказывается через рыночные механизмы¹⁷⁰.Пассивное влияние появляется из-за неравенства торговых балансов. Активное влияние более

71

политизировано и целенаправленно^[70][71].

Вопрос «валютной силы» может быть исследован на микро- и макроуровнях. На макроуровне центральной проблемой «валютной силы» является вопрос неравновесия платежного баланса. Дисбаланс платежного счета может заставлять другие государства отказаться от предпочтительной ими политики в пользу курса доминирующей страны. Этим преимуществом активно пользуются наиболее развитые страны.

На микроуровне, функционирование валютной системы, охватывает поведение частного сектора, отражают переформулирование экономических интересов и переопределение социальной идентичности- поведение и предпочтения в результате складывающейся валютной политики. На микроуровне вопросом исследования является -кто выигрывает от сложившейся системы валютных отношений и ожиданий в уровне обменных курсов и валютных режимов.

На макроуровне ключевым вопросом является -на ком лежат издержки корректировки. Здесь существует два вида издержек - текущие и транзакционные. Валютная сила на макроуровне состоит из возможности отложить расходы корректировки текущих издержек или избежать транзакционных издержек.

Различие между природой «текущих» и «транзакционных издержек корректировки определяют сущность «валютной силы»: с одной стороны, государства имеют возможность отложить корректировку (power to delay), источником которой является ликвидная позиция страны (1)международная ликвидная позиция-объем золото-валютных резервов, объем денежной массы, доступ на международные рынки капитала и т.д.; 2)собственные резервы государства, формирующие потенциал реакции на кризис и корректироки ПБ; 3) кредитоспособность страны как потенциал финансировании дефицита баланса, а с другой стороны, они имеют право отклонить/избежать процесс корректировки (power to deflect)^[72], источник которой лежит в фундаментальных структурных переменных- степени открытости и приспособляемости отдельного хозяйства к мировым условиям, уровне дефицита и профицита бюджета^[73].

Возможности отложить и отклонить корректировку могут ослабить

74

долгосрочные позиции правительства^[74].

«Текущая» стоимость регулировки платежного баланса как проявление «валютной силы» определяется стоимостью достижения нового равновесия платежного баланса и соотносится с реальной корректировкой баланса

платежей и изменения торговой политики- регулирование реального национального дохода и внешнего потребления^[75].

«Транзакционная» стоимость регулировки платежного баланса определяется стоимостью самого изменения за счет отвлечения издержек на других, а сами издержки корректировки «валютной силы» заложены в характер валютного рынка и уровень цен^[76]. Распределение транзакционных издержек зависит от того: 1)кто несет бремя ответственности за изменения обменных курсов и 2)кто вынужден применять политику, влияющую на изменение внутренних цен и доходов, благосостояние и интересы государства. Правительства стремятся избегать транзакционных расходов регулирования, стараясь отклонить этот процесс на как можно более длительный срок^[77].

Анализ микро-и макроуровня, а также возможности по регулировке платежного баланса формируют понимание «валютной силы» на международном уровне. Специфика проявлений «валютной силы» в зависимости от уровня анализа суммированы в таблице 1.6.

Таблица 1.6.

Специфика проявления «валютной силы» в зависимости от уровня анализа

Источник: составлено автором по материалам David M. Andrews. International Monetary Power ed.

David Andrews. Cornell University Press: Ithaca, NY.- 2006.-Рр.10-20.

Потенциал «валютной силы» проявляется в: 1)уровне финансового развития, размерах экономики и степени открытости; 2)существовании ликвидного и глубокого долгового рынка;3)способности поддерживать ценовую стабильность и предсказуемость денежно-кредитной

политики;4)способности системы противодействовать шокам и выполнения функции кредитора последней инстанции; 5)надежности правил и институтов, обеспечивающих легальную основу финансовых транзакций и гарантия исполнения обязательств^[78]. Обобщение представлено в таблице 1.7.

Таблица 1.7.

Критерии потенциала «валютной силы»

Источник: составлено автором

Для выявления потенциала «валютной силы» и расширению зоны

валютного влияния как контура будущей мультиполярной МВС важно оценить потенциал интернационализации для ключевых валют как предпосылки наращения их валютной силы и перебалансирования мирового валютного пространства. Данные представлены в таблице 1 и таблице 2 Приложения 1.

Современный характер МВС ставит необходимость включение в анализ феномена валюты как основы структуры МВС. Исследование «валютной силы» более широко раскрывает сущность валюты как инструмента ДКП, определяет ее как феномен, обладающий силой, с помощью которой можно управлять системой МВС и обеспечения поддержания финансово­экономической безопасности и национального суверенитета.

Такой подход в экономических исследованиях ранее не использовался, является новым и имеет большое поле для исследования.

«Валютную силу» можно рассматривать как новый элемент трансформирующейся структуры МВС, проясняющего мотивы стремлений государства наращивать потенциал этой силы и расширять зону влияния национальной валюты. Принципиальным является признание автономности валюты как категории, наделенной собственной силой и механизмами ее использования. «Валютная сила» как самостоятельная категория,

воздействующая на структуру и характер валютно-финансовых отношений,

может стать новым подходом к процессу развития будущего мироустройства и конфигурации МВС как пространства перебалансиования сил.

Современный мир не может больше держаться только на архаичных принципах- прибыли, ресурсах и власти. Продолжение развития, основываясь на старых «жестких» принципах давления может привести к хаосу, нестабильности, наращиванию напряженности, и в конце концов к тотальному разрушению системы миро-хозяйственных связей. Сегодня происходит трансформация канвы мироустройства, движение в сторону многополярности, что предполагает несколько полюсов силы.

Концепция «валютной силы» подчеркивает дуалистичную сущность силы 1) как «жесткая сила»- власть, гегемония, доминирование, принуждение («жесткий аспект) и 2) как измерение «мягкой силы» на базе привлекательных ценностей и убеждении. Необходимо строить стратегию развития страны не только за счет прямого обладания ресурсами, а на иных принципах привлекательности и убеждении в добровольном следовании за лидером.

Для России принципиальным является накопление «валютной силы» российским рублем в интересах обеспечения национальной безопасности и роли в процессе принятия решений относительно будущей структуры МВС, что позволит расширить зону его валютного влияния, выработать модель единого регионального валютного пространства и стабильности структуры мировых валютно-финансовых отношений.

Исследование «валютной силы» является важным с позиций формирования валютного блока и валютного лидерства. В условиях перебалансирования сил именно корректная тактика валютного лидерства как модель поведения позволить успешно сформировать мультиполярный порядок с несколькими регионами валютного влияния на базе принципов добровольного следования за лидером, что является важным дополнением теории валютных интеграций, мотивов и условий для валютного влияния в рамках определенной структуры взаимоотношений лидера и последователя.