Рим

Главной организационной инновацией римлян было создание первой профессиональной армии, костяком которой стал институт центурионов. Римский центурион — это командир подразделения, выслужившийся из числа лучших рядовых легионеров, которые находились на постоянной службе.

Превращение республики, от которой осталось одно название, в империю при Августе (29 год до н.э. — 14 год н.э.) привело к созданию централизованной имперской бюрократии, осуществлявшей административное управление и финансирование сложного, крайне централизованного и милитаризованного государства. Для стабилизации границ империи были созданы укрепления на Дунае, Рейне, в предгорьях Шотландии и на границе Сахары, построенные по последнему слову техники. Подобно китайцам, римляне считали всех, оставшихся за пределами этих границ, варварами. И хотя с ними было выгодно поддерживать отношения, в том числе и посредством дипломатии, римляне не считали их равными себе.

В конечном итоге имперская система была подорвана растущими проблемами со сбором доходов и размыванием сущности профессиональной армии, служившей ее фундаментом. Первый шаг в этом направлении сделал Константин (312-337), который создал крупные кавалерийские формирования и ослабил пехоту, изначально служившую основой римских вооруженных сил. Вторым и фатальным шагом к ослаблению, по словам Кигана, было то, что Феодосий (375-395) принял на службу крупные части «варварских „федератов", которые служили не в качестве вспомогательных войск, набираемых имперскими офицерами и находившихся под их командованием, а в качестве союзников со своими собственными военачальниками.

Степи

На протяжении 2000 лет со времен скифских набегов на Месопотамию в VII веке до н.э. степные кочевники продолжали натиск на ци- іилизации Европы, Ближнего Востока, Индии и Китая. Они приходили волнами, которые Уильям Мак-Нил объяснял колебаниями ИОрмовой продуктивности пастбищ в их родных степях, вызываемыми климатическими изменениями (McNeill 1980:47). В рамках ІТИХ климатических циклов периоды с высоким уровнем осадков, Когда пастбища были плодородны и давали возможность прокормить расширяющееся потомство животных и людей, сменялись засушливыми периодами, когда степи не обеспечивали выживание умножившегося населения и поголовья скота. Миграции внутри СТСПНОй зоны не решали проблемы, потому что в периоды пониженного количества осадков влиянию климатических изменений Подвергалась вся степь. У кочевников в этой чрезвычайной ситуации оставался единственный выход — грабить граничащие со степями оседлые земледельческие цивилизации. Чтобы избежать Слияния этого климатического цикла с его периодами изобилия И бескормицы, можно было оставить степь, завоевать земледельческие районы и осесть в них. Монголы и тюрки создали империи, ос- ПОВанные на обложении данью оседлых народов. Это избавило их ОТ повторяющихся периодов голода в степях, но они сохранили привязанность к кочевому образу жизни. Как пишет Киган, «кочевники ЯОТели соединить лучшее из двух миров: комфорт и роскошь осед- ДОЙ жизни и свободу вольного всадника с его шатрами, охотой и сезонными передвижениями с места на место» (Keegan 1994:181).

Монголы. Тем не менее кочевники создали, вернее, захватили две великие империи, одна из которых — империя османских турок — продержалась до сравнительно недавнего времени. Завоевание Евразии начал Чингисхан, сумевший в 1129 году объединить Монгольские племена, а к 1258 году войска его внука уже штурмовали Багдад, захватили весь Северный Китай, Корею, Тибет, Центральную Азию, Персию, Кавказ, турецкую Анатолию и русские княже- СТВа.

созданная ими империя была самой крупной из континентальных империй в истории Евразии.

Эта империя связала между собой древние цивилизации Китая, Индии и Ближнего Востока, а стимулируемая ее Рах дальняя торговля послужила важным каналом переноса новых идей и технологий с Востока на Запад9. Но, подобно всем другим кочевым народам, монголы не смогли конвертировать свои завоевания в долговременную систему власти. Чингисхан был гениальным военным администратором, открывшим карьерные возможности всем талантливым людям. Разделив армию на «десятки, сотни и тысячи — со временем ее численность дошла до 95 „тысяч"», он предвосхитил современную западную систему организации вооруженных сил, в которой полки состоят из батальонов, батальоны — из рот, а роты — из взводов (Keegan 1994:204). Однако его административный талант был «выжимающим, а не стабилизирующим, был нацелен на сохранение кочевого образа жизни, а не на его изменение. Его система не содержала методов легитимации власти единственного наследника даже в глазах самих монголов, не говоря уж об их подданных» (Ibid., 207).

Тем не менее победы монголов были поразительны. У них не было никакого преимущества в военных технологиях. Киган доказывает, что в конечном итоге они добивались успеха благодаря жестокости и беспощадности и что после исламизации их военные предприятия получили дополнительную силу от того, что у них появилась идейная мотивация. Но Чингисхан не перенял у ислама никакого «смягчения нравов», вроде милосердия к чужестранцам, а вместо этого вселял ужас в народы, с которыми воевал. «Бывшие в его распоряжении инструменты войны — подвижность конницы, способность составного лука поражать цели на большом расстоянии, характерная для газавата[10] этика „сделай или умри", коллективистский боевой дух ксенофобского трайбализма — были сами по себе достаточно внушительны.

9. Анализ роста и упадка монгольской империи с использованием аналитического инструментария, аналогичного применяемому в настоящей книге, см.: Findlay, Lundahl 2003.

Столь же значима была превосходная система связи на поле б(М (Arquilla, Ronfeldt 1997:24). Разведчики и гонцы вели в поводу П6 Три или четыре дополнительные лошади, так что могли заменить уставшую. Эти «всадники, быстрые как стрела», позволяли военачальникам, находящимся далеко от поля боя, получать подробную Информацию о событиях в течение трех или четырех дней, а использование сложной системы флажковой сигнализации на поле боя Давало возможность быстро реагировать на изменение ситуации. Волсе того, в бою монгольские войска использовали децентрализо- іанную систему управления. Таким образом, они могли сочетать Наличие общей картины боя у командующего с инициативой на ме- •Тах. Секретом их успеха было то, что хан мог «наступать разверну- fblM фронтом, управляя ими с помощью чрезвычайно развитой си- СТСМЫ связи» (Chambers 1985:43).

Подобно Александру Великому, Чингисхан мечтал о славе. 1Ъворят,что когда его военачальники сказали ему, что самая большая радость в жизни — это соколиная охота, он ответил: «Вы ошибаетесь. Самая большая радость для мужчины — это побеждать врагов. Пить их перед собой, отнимать у них имущество, видеть, как плачут ИХ близкие, ездить на их лошадях, сжимать в своих объятиях их доче- РВА И жен» (Ratchnevsky 1991:155). Чингисхан преуспел в погоне и за Иоанной добычей, и, как показало недавнее выборочное исследование хромосом 2123 мужчин из разных мест Азии, за женским телом (ТУІСГ-Smith et al. 2003; Sailer 2003). Было обнаружено,что на пространстве от Маньчжурии до Узбекистана и Афганистана около 16 млн Мужчин являются прямыми потомками Чингисхана, так как носят И СВОИХ хромосомах уникальные особенности его ДНК11. Таким об- рееом, войны Чингисхана, вдобавок к славе, позволили ему в неви- ДВННЫХ масштабах распространить свои «эгоистичные гены».

Поворотный момент для монголов в сердце ближневосточной цивилизации наступил в 1260 году, когда их продвижение было

»"              Y-хромосома              есть              только              у              мужчин              и              передается по мужской линии. Более

ЧІМ У 90% азиатских мужчин Y-хромосомы сильно отличались друг от друга, что сви- Цеильствовало о принадлежности к разным родословным древам. Но у 8% У-хро- М00ОМЫ оказались совершенно идентичными, что свидетельствует о наличии обще- f# Прародителя. 23 соавтора статьи смогли доказать, что этот общий предок жил I МОНГОЛИИ и, вероятнее всего, им был Чингисхан (ок. 1162-1227). У Чингисхана было ШООТЬ монгольских жен, вдобавок к этому его женами были дочери многих подчинившимся ему чужеземных правителей. «Тайная история монголов», представляющая @0б0Й источник, практически современный Чингисхану, сообщает, что подчиненные Чингисхана обещали отбирать для него лучших пленниц и коней.

МАНА 1 . ИМПЕРИИ I 51 I

наконец остановлено. Поражение им нанесла армия египетских мамлюков, которая многому научилась у монголов и создала систему стратегической связи с помощью почтовых голубей, еще более быструю, нежели монгольские гонцы. Благодаря этому возникли условия для своевременной и эффективной концентрации обороняющихся войск (Arquilla, Ronfeldt 1997:36-37). Как отмечает Джон Киган, эта битва «доказала, что профессиональная армия, поддерживаемая доходами оседлого населения, в состоянии победить кочевников, живущих грабежом и воодушевляемых примитивными ценностями трайбализма и мстительной ненависти» (Keegan 1994:211).

Сам успех монгольских армий содержал в себе семена возмездия. Помимо обычной судьбы кочевых завоевателей, которых неизбежно ждет ассимиляция или отторжение со стороны завоеванных ими аграрных цивилизаций, в XIII веке успех их оружия имел еще два непреднамеренных последствия. Первым были бациллы чумы, которую монгольские всадники привезли с собой из походов в Бирму и Юнань, где их естественными носителями являются грызуны (McNeill 1982:60). Чумные блохи прижились на степных грызунах, и чума опустошила население степей. На протяжении двух столетий после 1326 года (когда Черная смерть накрыла Европу) население Евразии сокращалось, и даже часть лучших пастбищных земель была заброшена. К тому времени, когда у кочевников выработался некоторый иммунитет и население степей начало восстанавливаться, монголы столкнулись со вторым последствием своей прежней экспансии — Запад сумел освоить и развить полученные из Китая военные технологии, в первую очередь порох. Степные кочевники обнаружили, что огнестрельное оружие, созданное в Европе к 1550 году и быстро распространившееся на другие оседлые цивилизации, успешно противостоит на поле боя их смертоносным лукам. Военное превосходство кочевников в конце концов развеялось. К XVIII веку распространение огнестрельного оружия привело к окончательному закату военной мощи степняков (Ibid.), а их земли постепенно вошли в состав Китайской и Российской империй.

Османы. Другой степной народ, турки, сумел, в отличие от монголов, создать жизнеспособную империю. Они просочились в исламскую империю Аббасидов и постепенно установили свой политический контроль над Багдадом. Но до 1258 года они держались в тени, маскируя фактическую узурпацию власти сохранением на троне членов династии Аббасидов. С тех пор и вплоть до окончания Первой мировой войны созданная ими Османская империя Составляла костяк исламской цивилизации, важнейшие аванпосты Которой находились в Индии, Африке и Юго-Восточной Азии.

Со временем турки создали боеспособную постоянную армию, основой которой были янычары — рабы, считавшиеся личной собственностью султана. В распоряжении султанов была еще одна армия феодального типа, состоявшая из турецких воинов. Кроме того, рабы султанского двора направлялись в провинции і качестве представителей своего хозяина. Таким образом, рабы султана преобладали в кадрах военного и административного аппарата. Когда рабов стало не хватать, османы начали забирать в рабство юношей из христианских селений на Балканах. Административная структура, созданная турками, обеспечивала Раху отличавшийся толерантностью к этническому и религиозному разнообразию. Но Империя не выдержала соревнования с набирающим силу Западом, И после революции младотурок во главе с Кемалем Ататюрком государство — правопреемник Османской империи стало светской республикой и перестало быть мировым центром ислама.

Русские. Еще одной империей, осуществлявшей экспансию ва счет степи, стала одна из наследниц империи монголов, которые В 1240 году разрушили первое русское государство, Киевскую Русь. Последняя была создана в 980 году князем Владимиром, который Принял греческое православие в качестве государственной религии. После падения Константинополя в 1453 году московский великий Князь Иван III провозгласил независимость от монгольской Орды, объявил себя наследником Киевской Руси и принял титул Госуда- ря всея Руси. Это положило начало экспансии России на юг и на восток. Скорость экспансии Московского государства с XV века превосходила все, чего достигли страны Запада. В эпоху Великих географических открытий, когда западноевропейские государства создавали свои недолговечные морские империи, русские захватили Сибирь и создали одну из самых больших и долговечных континентальных империй (Fernandez-Armesto 1995:94).

Россия представляла собой самодержавное государство, названное одним исследователем «иерархией по сбору дани» (Pint- Пег 1995:9), где землевладельческая знать имела всю полноту власти Над крепостными крестьянами, а царь имел столь же неограниченную власть над знатью. Ввиду раскола между восточным и западным христианством Россия через некоторое время начала отставать ОТ Запада в тех технологических аспектах, которые привели к его возвышению. Периодически предпринимались попытки догнать Запад. Первым попытался это сделать Петр Великий в первой четверти XVIII века; вторую попытку предпринял после отмены крепостного права Александр II во второй половине XIX века, а третью — Сталин в 30-е годы XX века. В первых двух случаях русские стремились подражать индивидуализму, который стал основой возвышения Запада, а на третий раз они переняли другое направление западной мысли — марксистский коллективизм, возникший в конце XIX века. Крах этого эксперимента в 1989 году привел не только к распаду империи, но и к тому, что Россия приступила к новой попытке осуществить модернизацию на основе индивидуалистических и либеральных традиций Запада.