Второй этап денежно-кредитной политики в условиях кризиса

После проведения значительного обесценения рубля к концу февраля 2009 г. направленность денежно-кредитной политики стала изменяться. Здесь следует заметить, что на пике обесценения рубля ЦБР в своем пресс-релизе от 22 января 2009 г.

Рисунок 2.

   Международные резервы Российской Федерации в 2008-2009 гг.

В связи с этим возникает резонный вопрос, почему стремительное обесценение рубля в конце января прекратилось достаточно быстро: уже в начале февраля 2009 г. произошло первое резкое падение стоимости бивалютной корзины относительно рубля, правда, в середине месяца курс рубля вновь упал, но уже с конца февраля до начала июня 2009 г. курс рубля к бивалютной корзине устойчиво рос.

Рост цен на мировом рынке нефти начался лишь в конце апреля 2009 г. Поэтому, по-видимому, в основе стабилизации и укрепления рубля лежали иные процессы. Во- первых, очевидно стабилизировались ожидания экономических агентов внутри страны. Это свидетельствует о большем доверии к политике властей, нежели в 1998 г. Во- вторых, сама денежно-кредитная политика в феврале 2009 г. была ужесточена. Так, в феврале 2009 г. по сравнению с предыдущим месяцем на 45% сократился объем сделок прямого репо с Банком России (при том, что количество рабочих дней в феврале существенно больше, чем в январе).

В дальнейшем ЦБР, хотя и в существенно меньших масштабах, но все же регулировал динамику валютного курса рубля. Значительные чистые покупки долларов США на валютном рынке осуществлялись ЦБР в апреле-мае и октябре-ноябре 2009 г.[23]Одновременно с этим повышалась прозрачность режима валютного курса. Так, в середине ноября 2009 г. первым заместителем председателя ЦБР А.В. Улюкаевым были озвучены более узкие границы плавания в рамках коридора бивалютной корзины, которые были введены в июле того же года, - 35-38 руб.[24]Тем самым при фактическом ослаблении регулирования валютного курса вводился более явный режим его таргетирования. Как следствие подобной политики, на валютном рынке значительно повысилась волатильность, выражающаяся в ежедневных колебаниях курса рубля.

Что касается направленности денежно-кредитной политики в целом с февраля и до конца 2009 г., то здесь однозначной тенденции не прослеживается. После ужесточения денежно-кредитной политики в феврале-апреле 2009 г. в мае-июне начинается ее смягчение, если судить по применявшимся инструментам.

В конце апреля 2009 г. ЦБР начал цикл снижения процентных ставок. До этого процентные ставки поддерживались на высоком уровне и даже повышались на 2 проц. пункта (с 11 до 13%) во время кризиса для сдерживания оттока капитала из страны. Однако, как показал еще опыт кризисов 1990-х годов, использование высоких процентных ставок как средства сдерживания давления на валютном рынке в современных условиях неэффективно - резкое падение доверия инвесторов в некоторый момент уже не может быть компенсировано даже весьма существенным повышением доходности по активам.

Объемы операций прямого репо после резкого снижения в марте-мае 2009 г. вновь начали увеличиваться с июня по сентябрь 2009 г., оставаясь на конец года выше мартовского уровня. Объемы кредитов без обеспечения также увеличились в июне 2009 г., но к концу года существенно снизились, что в явном виде свидетельствует об их экстраординарном характере и о возможности их дальнейшего использования лишь в случае серьезных потрясений в банковской системе страны.

Пространство для проведения стимулирующей денежно-кредитной политики в 2009 г. было расширено за счет снижения темпов инфляции под воздействием сокращения совокупного спроса, перекрывшего действие инфляционных ожиданий, и исчерпания эффекта внешнего обесценения рубля. Так, если в начале 2009 г. годовые темпы инфляции находились на уровне 13-14%, то к октябрю-ноябрю они снизились до 9-10%. Однако при восстановлении роста производства, которое наметилось уже к концу 2009 г., инфляционное давление в экономике вновь возрастет.

Увеличение масштабов предоставления ликвидности в середине 2009 г. в первую очередь объяснялось тем, что спад в экономике к этому времени не был преодолен и была очевидна необходимость дальнейшего стимулирования совокупного спроса. Кроме того, решение проблем, возникших осенью 2008 г. в банковской системе, в рамках предшествовавшего этапа денежно-кредитной политики было временным, и многими экспертами отмечался риск резкого увеличения доли «плохих долгов» к осени 2009 г.

Хотя кризиса «плохих долгов», по крайней мере, до конца 2009 г. удалось избежать, доля просроченной задолженности в портфелях банков продолжили расти.[26]

Однако, по мнению экспертов Института «Центр развития» ГУ-ВШЭ, основной проблемой банковской системы является не угроза кризиса «плохих долгов», а отсутствие привлекательных активов для вложения.[27]Объем кредитов, депозитов и прочих размещенных средств, предоставленных банковской системой организациям, физическим лицам и кредитным организациям, на 1 ноября 2009 г.

Разница в процентных ставках между ставкой по кредитам коммерческих банков и ставкой рефинансирования ЦБР вызывала особую озабоченность руководства страны на протяжении 2009 г., поскольку рассматривалась как основной фактор, сдерживающий рост кредитования. В связи с этим проводились «словесные интервенции» руководства страны по поводу ставки процента по кредитам. Так, в конце апреля 2009 г. перед началом цикла снижения ставок ЦБР премьер-министр В.В. Путин заявил, что банки, получившие помощь государства, должны будут в не меньшем объеме, чем эта помощь, обеспечить кредитование реального сектора и граждан по ставке не выше, чем ставка рефинансирования плюс 3 проц. пункта.[30]В то же время с аналогичным предложением выступил Президент страны Д.А. Медведев. Осенью 2008 г. путем внесения изменений в законодательство ЦБР получил возможность установления потолка процентных ставок по депозитам банков, чем он и воспользовался в июле 2009 г., установив этот потолок на уровне 18%.[31]Однако эта мера в большей степени направлена на поддержание стабильности банковской системы, предотвращая излишне агрессивную политику отдельных банков по привлечению средств, нежели на регулирование процентных ставок по кредитам. При этом ряд экспертов отмечал, что в конце 2009 г. восстановление финансирования предприятий уже началось, но не через увеличение кредитования, а через рынок облигаций.[32]

Несмотря на начавшийся в 2009 г. рост экспорта и положительного сальдо счета текущих операций, сохранялись проблемы в части движения капитала. По всем основным статьям финансового счета в первые три квартала 2009 г. имело место отрицательное сальдо, а весь счет (без учета статьи «резервные активы») был сведен с отрицательным сальдо в размере 42,4 млрд. долл. Продолжился начавшийся в конце 2009 г.

отток капитала из страны, связанный в том числе и с погашением внешних заимствований, прежде всего банками.[33]При этом, как мы уже отмечали, обозначается угроза притока спекулятивного иностранного капитала.