Налоги на наследство

Независимо от того, испытывают ли богатые люди даже слабое чувство связанности со своими соотечественниками или нет, граждане страны будут уверены в его присутствии. Распределение богатого наследства между детьми выглядит довольно эгоистичным делом, особенно в тех случаях, когда наследники не заслуживают родительских денег, по крайней мере, по мнению других людей.

Агрессивная политика в сфере налогообложения наследства позволяет в значительной степени уменьшить экономическое неравенство. Однако здесь остается одна трудная проблема: во многих случаях важнейшей причиной, заставляющей людей «делать деньги», является возможность передать их своим детям. До некоторой степени стремление обеспечить благосостояние своих детей в будущем возникает на уровне инстинктов. Вероятно, у нас нет достаточных оснований рассматривать финансовое наследство как одно из фундаментальных выражений подобных инстинктов, но это желание снова и снова возникает в различных человеческих обществах.

Некоторые люди могут воспринимать налоги на наследство как крайне тяжелое бремя. Как известно, і января 2011 г. в США истекал срок действия закона о временном упразднении федерального налога на наследство, после чего максимальная его ставка взлетала с о до 55%. Неудивительно, что в конце 2010 г. в различных средствах массовой информации все чаще стали появляться неподтвержденные истории о пожилых людях с плохим здоровьем, обращавшихся к своим врачам с просьбой о прекращении ухода за ними, так чтобы они могли проститься с жизнью до наступления нового года^[273]. Член палаты представителей конгресса США от Вайоминга Синтия Луммис говорила: «Если вы провели всю свою жизнь в строительстве ранчо, собираясь передать его по наследству детям, а теперь в возрасте 88 лет вам назначен диализ, и это единственное, что удерживает вас на этом свете, вы, возможно, примете то же самое решение»^[274].

С. Луммис совершенно права: некоторые люди посвящают всю свою жизнь тому, чтобы обеспечить благосостояние своих детей. И мы не можем не признать, что эта цель чрезвычайно далека от понятия зла. Однако здесь и возникает основа для достаточно серьезного конфликта. В случае если родители успешно достигают своей цели и готовы передать потомству значительное наследство, возникает ситуация общественного недовольства, возмущения несправедливостью.

Устранить этот достаточно сложный конфликт практически невозможно. Наилучшее решение, скорее всего, заключается в установлении ставки налога на наследство на некоем промежуточном уровне, не допуская ни полной конфискации богатства после смерти его владельца, ни его передачи наследникам в полном объеме. Данное решение примерно соответствует мнению большинства людей. Необходимо предоставить людям возможность исполнить естественное желание оставить своих детей богатыми, но установить некие пределы осуществлению этого стремления. В соответствии с данными опроса, проведенного в 1990 г. Максимом Бойко, Владимиром Коробовым и мною, граждане США и СССР, то есть люди, живущие в значительно отличающихся друг от друга экономических традициях, придерживаются одного и того же мнения о величине ставки налога на наследство. По мнению респондентов, она должна быть установлена на уровне примерно 30%^[275].

Истории, когда только для того, чтобы заплатить налог на наследство, американцы вынуждены были от- называться от семейных ферм, продавая их и переезжая в городские квартиры,—настоящие трагедии. Ведь тем самым меняется весь семейный уклад, образ жизни семьи, возможно, для нескольких ее поколений. Одновременно мы не имеем права сбрасывать со счетов возмущение общества несправедливостью, когда дети состоятельных людей на неопределенный срок получают принадлежавшее их родителям богатство.

Форма налога на наследство, за которую выступает большинство людей, позволяет богатым людям оставить детям ранчо или семейную ферму. В этом случае родители воспринимаются как люди, передающие детям не только свое состояние, но и обязанности, наполненную смыслом деятельность. Но передача ответственности и осмысленной работы отнюдь не обязательно должна сопровождаться и переходом вместе с ними богатства. Люди, о которых говорила конгрессмен С. Луммис, видимо, могли заплатить в 2011 г. любой, самый высокий налог на наследство и взять ипотечный кредит на приобретение фермы, выплачивая его в течение долгих- долгих лет. Финансы предлагают множество самых разных решений на любой вкус. Если ранчо действительно имеет для семьи огромное значение, она, очевидно, могла бы найти финансовую стратегию, которая открыла бы возможность сохранения привычного образа жизни.