1.1. Методологические подходы к исследованию рентных отношений и проблемы трансформации рентно-сырьевой модели экономики

Несмотря на то, что научные разработки рентной проблематики насчитывают уже несколько веков, тема ренты, рентных отношений остается современной и актуальной. Тем более что «экономические теории ренты… являются еще весьма несовершенными; среди авторитетных специалистов существуют различные подходы к определению, объяснению и выводам относительно доходов, получаемых не в виде заработной платы»4.

Действительно, путаницы в рентной проблематике немало. Например,

начиная с 1990-х гг. одной из самых проблемных для российской экономики и общества тем является тема, связанная с накопленным национальным богатством, которое в качестве составного элемента включает в себя природные ресурсы. В

2000 г. Росстат опубликовал экспериментальные оценки национального богатства России, согласно которым, основной вклад (97,3%) в стоимость национального богатства внесли материальные «нерукотворные» активы, из них: недра – 87,7%, леса – 8,9%, земля – 0,7%6. С практической точки зрения, сложно понять, почему Россия, будучи столь щедро обеспеченной природными ресурсами территорией, является такой бедной страной. Ведь в мировой хозяйственной практике за последние полвека появилось немало примеров, когда благодаря именно природной ренте богатство отдельных стран прирастало ускоренными темпами, сопровождаясь повышением жизненного уровня населения, а сами страны смогли

добиться заметного улучшения своих мирохозяйственных позиций.

4 Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. В 2-х т. Т.2. М.: Республика, 1992. С.176.

5 Буздалов И. Природная рента как категория рыночной экономики // Вопросы экономики.

6 Особенности воспроизводства национального богатства в начале XXI в. / Под ред. Л.И.Нестерова. М.: Наука,

2006. С.194.

Другой пример. Усложнение хозяйственной жизни ставит перед экономической наукой вопросы, связанные с оценкой процессов и результатов развития экономики. С формальной точки зрения, чем больше у страны чистый экспорт (в России – чем больше извлечено и вывезено за рубеж природных ресурсов), тем больше ВВП и, следовательно, тем богаче и успешнее эта страна. Однако в оценках богатства России следует руководствоваться экономической, а не конъюнктурной логикой. С одной стороны, Россия относится к числу самых богатых природными ресурсами экономик мира, а с другой – индикатор истощения энергетических ресурсов страны в 1995-2005 гг. был равен 27, что

превышает среднюю для мировой экономики величину в 4,3 раза7. Согласно

закону стоимости, с ростом добычи сырья и полезных ископаемых на эквивалентную величину уменьшается стоимость их запасов, и в ситуации когда большая часть стоимости добытого в стране реализуется за рубежом, в интересах зарубежного капитала, национальное богатство сокращается. «Реально страна становится беднее, хотя ее обеднение маскируется формальным, сугубо конъюнктурным ростом ВВП», – обращает внимание С.Губанов8. ВВП – показатель, первоначально задуманный для макроэкономической оценки состояния рынков – превратился в способ оценивания уровня жизни, то есть социально-экономической характеристики, что в корне ошибочно.

Еще один пример. Е. Карпиков пишет, что сегодня следует говорить не только о традиционных факторах производства и связанных с ними формах дохода (труд – заработная плата, капитал – процент и т.д. – Л.Д.), но о рентном факторе производства, который позволяет его владельцу получать дополнительный доход, сверх некоего среднего уровня. При этом под рентным фактором исследователь имеет в виду «разнообразного рода ресурсы (прежде всего природные), которые в результате своей экономической эксплуатации

позволяют их монопольному владельцу (собственнику, пользователю) получать

7 Индикатор энергетического истощения рассчитывается как произведение физических объемов добычи сырой нефти, природного газа, угля на величину ресурсной ренты (разности рыночной цены ресурсов и стоимости их добычи и распределения) (Олейник А.

8 Сырьевой рост против технологического развития // Экономист. 2004. № 5. С. 21-22, 29.

дополнительный рентный доход (сверхприбыль) на продукт или услуги»9. Но ведь так понимаемый рентный ресурс и есть традиционный фактор производства

«земля», которому соответствует традиционный факторный доход «рента»? О земле и других природных ресурсах, как о рентном факторе производства, ученые говорят уже не одно столетие (как и о ренте, как одном из факторных доходов).

По нашему мнению, сегодня говорить надо не только о традиционных ресурсных факторах производства, которые, будучи задействованными в процессе производства, приносят своим владельцам некий сверхдоход, но о неэкономических ресурсах, способных генерировать рентные доходы. Например, во все времена факт обладания средствами производства (землей, капиталом и т.п.) являлся основой для эксплуатации других людей. Но в настоящее время главным ресурсом, позволяющим эксплуатировать человека человеком, является административный ресурс – должность и положение, занимаемое субъектом. Вопрос о собственности стал менее значимым, чем вопрос об управлении. Значительная доля национального богатства в современном обществе присваивается не столько собственниками производства, сколько

администраторами (чиновниками, топ-менеджерами)10. Судьба компаний все

больше зависит не от тех, кто ими формально владеет, а от тех, кто ими реально руководит. В литературе это явление отмечено как революция менеджеров.

Административный ресурс нематериален по своей природе, но это не делает его менее эффективным в плане возможности эксплуатации другого человека и извлечения административной ренты, особенно в России. Отмечая зависимость распространения разных форм ренты от институциональной среды, А.Олейник приводит такой пример: в документах на английском языке (найденных им

26.03.2009 через поисковик Google) относительная частота использования

выражений административная рента и ресурсная рента составляет 1 к 34,5, в то

9 Карпиков Е.

10 Заметим, еще в IV в. до н.э. Аристотель в «Риторике» сформулировал мысль, что богатство состоит в пользовании, а не в праве собственности.

время как в русскоязычных документах – 2,2 к 111. В нашей стране всегда огромное значение имел властный ресурс, позволяющий извлекать политическую, статусную ренту.

При обсуждении перспектив российской экономики, возможностей уменьшения ее рентно-сырьевой (главным образом, нефтегазовой) зависимости, необходимо поставить точный диагноз состояния экономики, определить направления и факторы ее трансформации. Стоит отметить, что и в зарубежной, и в отечественной научно-исследовательской среде немалое число авторитетных ученых и специалистов уделяют свое время и внимание анализу нефтегазовой зависимости стран-экспортеров минерально-сырьевых ресурсов12. Вместе с тем, как показывает предметный анализ вопроса, в современной России отсутствует внятная и последовательная стратегия социально-экономического развития страны; результативность действий властей по преодолению рентно-сырьевой зависимости и деиндустриализации экономики остается крайне низкой.

Определенную долю вины за деиндустриализацию российской экономики отечественные исследователи возлагают на теорию постиндустриальной экономики, в соответствии с которой, развитие прогрессивного человечества в XXI в. будет определяться сферой услуг. В 1990-е гг. в России были популярны представления, что, мол, национальная экономика имеет «перезрелую» индустриальную структуру занятости, гипертрофированную долю сферы материального производства, мешающие ей стать постиндустриальной13. В результате, негативное для страны состояние деиндустриализации экономики реформаторами и их идеологами выдавалось за объективный переход к постиндустриальной стадии развития общества и экономики.

Сегодня, для обозначения основных тенденций очевидных изменений в

производственной, финансовой сфере, организационных структурах и

11 Олейник А. О природе и причинах административной ренты: особенности ведения бизнеса в российском регионе

N // Вопросы экономики. 2010. № 5. С.58.

12 См., например, Ергин Д. Добыча: Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть. М.: Альпина Паблишер,

2011; Как избежать ресурсного проклятия /под ред. М. Хамфриса, Д. Сакса, Д. Стиглица. М.: Изд. Института

Гайдара, 2011; Гайдар Е. Гибель империи. Уроки для современной России. М.: РОССПЭН, 2006.

13 Балацкий Е., Потапова А. Отраслевые закономерности рыночной трансформации экономики // Мировая экономика и международные отношения. 2000. № 6.

отношениях, исследователи стали использовать термин «новая экономика», а как синонимы к нему – экономика знаний, креативная экономика и т.п.14. Отечественные авторы, анализируя феномен новой экономики в России в контексте преодоления экспортно-сырьевой модели развития и модернизации сложившейся в стране рентозависимой системы общественного воспроизводства, все чаще используют определение неоиндустриальная (новая индустриальная, реиндустриальная15) экономика, подчеркивая тем самым, что новая экономика, будучи и креативной, и информационной, и экономикой знаний, полностью основывается на индустриальном базисе.

Данная позиция четко сформулирована С.Губановым. Ученый выделил в процессе индустриализации две исторические фазы и показал продолжение процесса в новейшее время, его качественное возвышение. Первую фазу, основанную на электрификации, наша страна прошла в советский период своей истории. Вторая фаза (неоиндустриализация) основана на трудосберегающих технологиях (компьютеризации, автоматизированном машинном производстве), и ее задачи России предстоит решать в нынешнем веке16. Схожее заключение делает В.Супрун: «Главный вывод современной экономической науки состоит в том, что без индустриального производства и постоянного обновления всех отраслей промышленности невозможно обеспечить реализацию достижений неоиндустриального этапа»17.

Вместе с тем, отмечая определенные перекосы в выводах коллег, связанные

с несколько поверхностным представлением о перспективах постиндустриальной

14 См., например: Зуев А., Мясникова Л. Электронный рынок и «новая экономика» // Вопросы экономики. 2004. №

2; Стрелец И. Новая экономика: гипотеза или реальность? // Мировая экономика и международные отношения.

2008. № 3.

15 В данном исследовании мы будем придерживаться подхода А.Амосова, который подчеркивает, что широко используемые в научном сообществе понятия «реиндустриализация», «неоиндустриализация», «инновационная индустриализация» и пр., являют собой разные аспекты современной стадии индустриального развития. Если в первом понятии акцентируется идея восстановления индустрии, сокращенной в ходе деиндустриализации, то второе понятие отражает новый этап индустриального развития технотронного типа, а в третьем случае на первый

план выходят инновации. Хотя для специалистов в вопросах стратегического планирования эти нюансы важны,

«для экономической философии новое индустриальное развитие можно считать обобщающим понятием», –

полагает ученый. (Амосов А. Как преодолеть отставание в развитии // Экономист. 2013. № 4. С.20).

16 Губанов С. Державный прорыв. Неоиндустриализация России и вертикальная интеграция. М.: Книжный мир,

2012. С.43-44.

17 Супрун В. О роли реального сектора в развитии общества // Экономист. 2012. № 6. С.77-78.

стадии развития социально-экономической системы России18, мы считаем, что все же следует отдать должное самой теории постиндустриального развития19. В ее рамках акцентированы важнейшие вопросы, требующие пристального внимания исследователей. Это вопросы, связанные с новым типом экономического роста, с меняющимся характером отношений собственности и новой социальной

структурой общества, с поведением хозяйствующих и регулирующих субъектов и местом человека в системе трансформирующихся социально-экономических и культурно-психологических отношений, с качественно новым содержанием трудовой деятельности. Кроме того, теория постиндустриального развития базируется на эволюционной и институциональной теории, развивая, углубляя их.

Что касается идеи о необходимости неоиндустриализации российской экономики, то она убедительно обоснована отечественной экономической наукой и находит все большее признание20. И сегодня главным видится вопрос не о том, в каком направлении следует ориентировать экономическое развитие страны21. Вопрос в том, как перейти на путь новой индустриализации, какие факторы и условия могут этому способствовать, а какие, напротив, следует рассматривать

как тормозящие становление неоиндустриальной модели развития.

Акцентуация способствующих и сдерживающих факторов развития тем более актуальна, что имеется явное несоответствие между формально правильными декларациями властей о намерениях по переводу национальной

экономики с рентно-сырьевого пути развития в направлении инновационной и

18 По нашему мнению, поверхностным является представление о том, что суть постиндустриальной экономики и ее признаки связаны, прежде всего, с изменением отраслевой структуры экономики, с доминированием сферы услуг в национальном выпуске и структуре занятых. Мы связываем определение «постиндустриальная» с двумя критериями. Во-первых, в основе постиндустриальной экономики лежит новый технологический уклад, предполагающий, главным образом, немеханические способы преобразования материи (подход С.Глазьева, Д.Львова). И, во-вторых, постиндустриальная экономика предполагает качественно новое содержание труда: вместо репродуктивного ручного или машинного труда, акцент переносится на творческую деятельность.

19 Основные положения теории представлены, например: Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество. М.: ООО

«Издательство АСТ»: ООО «Транзиткнига»; СПб.: Terra Fantastica, 2004; Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. М.: Academia, 2003; Иноземцев В. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречие, перспективы. М.: Логос, 2000.

20 См., например: Толкачев С. Поиск модели неоиндустриализации России // Экономист. 2010. № 12; Хубиев К. Неоиндустриальная модернизация и альтернативные подходы к ней // Экономист. 2013. № 4; Цветков В. Об отправной точке неоиндустриальной модернизации // Экономист. 2010. № 11.

21 Хотя и этот вопрос носит дискуссионный характер. См., например: Колганов А., Бузгалин А. Реиндустриализация как ностальгия? Теоретический дискурс//СОЦИС: Социологические исследования. 2014. № 1.

неоиндустриальной экономики, и реальной политикой22. Более того, в последние годы в научном сообществе наблюдаются попытки представить сохранение экспортно-сырьевой модели отечественной экономики «как едва ли не позитивное, хотя реально оно суммируется одним словом – деиндустриализация» и влечет за собой воспроизводственную, ресурсную и отраслевую отсталость страны23. В этой связи актуальным является вопрос о концептуальных приоритетах развития, на которые следует ориентироваться.

Мы выделили три методологических похода к определению концептуального содержания государственной политики по переводу отечественной экономики с рентно-сырьевой траектории развития, на путь диверсифицированной, неоиндустриальной экономики.

Первый подход связан с технологической стороной вопроса по неоиндустриализаци экономики. Сторонники технократического подхода особый акцент делают на развитии производительных сил путем масштабной технологической модернизации с использованием высоких технологий и убеждены, что «если мы за 10-15 лет заменим отжившие технику и технологии на новейшие, то станем не просто развитым, а могучим государством»24. При всей стратегической значимости выдвигаемого приоритета, следует отметить, что он не полностью отражает ведущие тенденции современного социально- экономического прогресса25. Важным видится развитие фундаментальных и прикладных положений, связанных с оптимизацией условий и факторов расширенного воспроизводства.

Суть второго подхода можно определить как макроэкономический детерминизм, согласно которому ключевыми направлениями прилагаемых усилий должны быть следующие: «обеспечение макроэкономической

стабильности, включая низкую инфляцию и понятные правила изменения курса

22 См. подробнее: Даниленко Л. Инновационный путь для российской экономики: декларация, реальность, перспективы // Инновации. 2011. № 7.

23 Селезнев А. Ресурсное обеспечение неоиндустриальной модели развития // Экономист. 2013. № 2. С.3.

24 Дасковский В., Киселев В. О мерах и формах государственного участия // Экономист. 2011. № 8. С.43.

25 См.: Плискевич Н. Тупики инструментальной модернизации // Общественные науки и современность. 2010. №

2.

национальной валюты; содействие конкуренции; развитие финансового рынка с

«длинными» деньгами; создание государством необходимой инфраструктуры; стимулирование развития отраслей с высокой добавленной стоимостью; поддержание институтов инноваций; снижение административных барьеров». Именно такая политика, по мнению А.Кудрина, «приводит к изменению структуры экономики не в результате государственной экспансии в отдельных секторах экономики, это – эволюционный процесс раскрытия рыночного потенциала новых отраслей»26.

Третий подход представлен в исследованиях С.Глазьева, Г.Фетисова.

Рассуждая о стратегии устойчивого развития российской экономики, эти ученые подчеркивают необходимость преодоления макроэкономического детерминизма, учета исторического контекста, того факта, что «наука, техника, культура, рациональное природопользование, политические и гражданские отношения – все это не менее значимые «производительные силы», чем финансы или предпринимательская инициатива». Действенность политики по неоиндустриализации экономики предполагает анализ сильных и слабых сторон национального хозяйства с учетом глобальной перспективы. Авторы убеждены, что «только та политика, которая учитывает всю сложность современного мироустройства, ставит проблемы развития с научной добросовестностью и

ответственностью, может вести страну… к успеху»27. Кроме того, стратегический

взгляд на трансформационные процессы в стране требует оценки не только будущего, но и пройденных этапов, с тем чтобы «постичь внутреннюю логику событий, …распутать узлы переплетения объективного с субъективным в совокупности факторов, определяющих экономическую динамику»28.

Заметим, что именно такой методологический подход лежит в русле

традиций отечественной экономической мысли, к специфике которой относится

«комплексное социо-духовно-экономическое восприятие действительности; ее

26 Кудрин А. Влияние доходов от экспорта нефтегазовых ресурсов на денежно-кредитную политику России // Вопросы экономики. 2013. № 3. С.5.

27 Глазьев С., Фетисов Г. О стратегии устойчивого развития экономики России // Экономист. 2013.№ 1. С.13.

28 Кучуков Р. Государственный сектор как локомотив модернизации // Экономист. 2010. № 9. С.6.

нацеленность на философско-методологическое обоснование экономических явлений и процессов; включение в анализ не только «сущего», но и

«должного»;… акцент на общенациональном… уровне и трудовом характере экономики»29. В частности, С.Булгаков выступал против «экономического материализма», который, как он считал, «должен быть не отвергнут, но внутренне превзойден»30.

Поддерживая данную позицию, со своей стороны добавим, что рациональное управление современной национальной экономикой требует подхода к ней, как к сложной био-политико-социально-экономической системе. Например, сегодня страна, не учитывающая тенденции эколого-хозяйственного развития, превращается в аутсайдера мировой экономики и политики. Не случайно все большее внимание исследователей привлекает доктрина интеграции экономического и экологического подходов при рассмотрении проблем общественного воспроизводства31. Именно зеленая экономика, как новая модель развития мировой экономики (модель экологически ориентированного роста), была в центре внимания саммита «Рио + 20», состоявшегося в июне 2012 г. в Рио- де-Жанейро. Между тем, в России «полностью отсутствует национальная стратегия «зеленого роста» национальной экономики»32, хотя ее выработка представляется актуальной. Пренебрежение же политической сферой и политико- экономическим анализом при оценке и разработке стратегических мер национальной экономической политики приводит к попаданию в разного рода

«ловушки», предопределяет неэффективность этих мер33.

Потребность глубже разобраться в сущности социально-экономической системы, сложившейся в России в ходе рыночных трансформационных процессов, и необходимость уточнения вектора дальнейшего развития страны

29 Кульков В. Национальная ориентация политической экономии: необходимость и формы реализации // Журнал экономической теории. 2013. № 2. С.112.

30 Булгаков С. Философия хозяйства. М.: Наука, 1990. С. 7.

31 Дышаева Л. Устойчивое развитие как безальтернативная стратегия эколого-экономического поведения // Экономист. 2013. № 5.

32 Шварц Е., Книжников А. Экологический императив, экологическая политика России 2000-х и

конкурентоспособность экономики // Общественные науки и современность. 2012. № 4. С.32.

33 См.: Асемоглу Д., Робинсон Дж. Политика или экономика? Ловушки стандартных решений // Вопросы экономики. 2013. № 12.

предопределяют теоретическую и методологическую базу нашего исследования. Такой базой служат, главным образом, два направления экономического анализа: политэкономическое и институциональное34. Несмотря на то, что изначально, на рубеже XIX-XX вв., институциональная теория «возникла и развивалась как оппозиционное учение…политической экономии»35, современные исследователи, выявляя внутреннюю связь институционализма и политэкономии, обосновывают необходимость формирования институциональной политической экономии и отмечают ее богатый методологический потенциал36. Действительно, целый ряд факторов способствует сближению предметов и методов этих двух ветвей экономической теории. Отметим некоторые из них.

В отличие от Economics (включающей в себя теорию неоклассического синтеза, монетаризм, теорию предложения, гипотезу о рациональных ожиданиях и др.), представляющей mainstream современной экономической науки и изучающей функциональные связи в экономике на уровне производительных сил, то есть с «технической» точки зрения, политическая экономия и институциональная теория изучают экономические отношения, которые, хотя и возникают в процессе производства, распределения, обмена и потребления благ, всегда носят социально, исторически, политически обусловленный характер и всегда, так или иначе, институционально оформлены. Эти отношения связаны с экономическими и социальными интересами разных субъектов собственности, с господствующим типом социально-экономического присвоения. Через анализ этих отношений и раскрывается сущностный характер социально-экономической системы, формально определяемой как рыночная экономика (смешанная

экономика рыночного типа) в большинстве современных стран.

34 Хотя структурно и политическая экономия, и институциональная теория включают в себя разные концепции (например, различают радикальную, сравнительную, международную, неортодоксальную, структуралистскую, конституционную, новую, экологическую политэкономию, политэкономию развития, власти, труда, капитала, счастья и др. разновидности; выделяют традиционный институционализм и неоинституцонализм, в границах котором развиваются институцонально-социологическое направление, теория прав собственности, трансакционная теория организации и др.), в рамках нашего исследования детализация этих нюансов не представляется важной.

35 Нуреев Р. Эволюция институциональной теории и ее структура // Институциональная экономика: учебник / Под общ. ред. А.Олейника. М.: Инфра-М, 2007. С.26.

36 Гриценко А. Политическая экономия в ретроспективе и перспективе // Журнал экономической теории. 2013. №

2. С.44.

Кроме того, Economics, опирающаяся на функциональный (маржиналистский) подход, будучи вполне операциональным учением в ситуациях, когда экономика является устойчивой и качественно заданной, оказывается неспособной решать вопросы, возникающие в динамичной и качественно неопределенной социально-экономической среде, когда даже

«хозяйственный механизм… изменяется так быстро, что исследователи порой не успевают уловить связи между многочисленными переменными системы, а если и успевают, то только для того, чтобы убедиться в том, что эти связи уже нарушились»37. Между тем, динамичное развитие современной социально- экономической системы приводит к изменениям не только в хозяйственном механизме, но во всех элементах системы, в результате чего меняется ее сущность (предмет анализа политической экономии) и институциональные условия (предмет для институционализма). И то, и другое плохо формализуется и слабо поддается математизации Economics, но требует диалектической и логико- исторической методологии.

Методологической слабостью Economics является ее ограниченность рамками рыночного хозяйства (рыночной экономической цивилизации), которое возводится в абсолют. Но современный мир экономически неоднороден и существуют разные тенденции развития38. Политическая экономия, как и институциональная теория, выступают как теории развития общества, показывающие динамику социально-экономических процессов и явлений в национально-историческом контексте. В рамках политэкономии и институционализма преодолевается такой методологический недостаток Economics, как господство универсалистских парадигм и подходов, дефицит национальной специфики, игнорирование специфически национальных факторов развития экономики (национальная экономическая ментальность, разная

потребность государственного присутствия в экономике и др.).

37 Балацкий, Е. Диалектика познания и новая парадигма экономической науки // Мировая экономика и международные отношения. 2006. № 7. С.75.

38 См., например: Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. М.: АСТ, АСТ Москва, Полиграфиздат, 2010; Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, Мидгард, 2007

Отметим также, что, с одной стороны, любая экономическая деятельность протекает в определенных, исторически конкретных институциональных условиях и границах, которые влияют и на саму деятельность, и на ее результаты. С другой стороны, те или иные институциональные условия и рамки исторически складываются в процессе экономической деятельности. Следовательно, анализ социально-экономической модели развития, условий и факторов расширенного воспроизводства в стране требует интеграции политэкономического и институционального подхода, а сама взаимосвязь этих двух направлений экономического анализа, в силу очевидного продуктивного ее характера, выступает как важное и актуальное направление совершенствования современного экономико-теоретического знания.

Какие аспекты выделенных направлений экономического анализа представляют наибольшую значимость для нашего исследования?

Говоря о политической экономии, наиболее важными выступают такие традиционные черты этого научного направления как системность анализа, указание на социально-политические и национально-исторические аспекты экономического развития, акцент на взаимной обусловленности характера экономических отношений и уровня развития и характера производительных сил, воспроизводственный подход к социально-экономической системе.

Классическая политическая экономия рассматривает социально- экономические явления со стороны труда – категории исторически «вечной», поскольку нетрудовое производство невозможно в принципе. В классической экономической теории вопрос о соотношении живого труда и природных ресурсов в процессе хозяйственного развития является одним из важнейших: труд понимается как целенаправленная деятельность человека, посредством которой он видоизменяет предметы природы и приспосабливает их для удовлетворения своих потребностей; в процессе труда происходит развитие способностей человека; труд является субстанцией социально-экономической

жизни общества39. Причем, если западному индивидуалистскому обществу «более соответствует обменно-полезностная неоклассическая парадигма», то для России,

«в которой исторически складывалось коллективистское… сообщество», более органичны «характеристики трудовой парадигмы»40.

В рамках политической экономии социальная сторона экономических явлений и процессов отражается в категории прибавочной стоимости, которая создается в процессе трудовой деятельности, распределяется и присваивается классами – различными по своему экономическому и социальному положению слоями населения. Вопросы социально справедливого распределения доходов, по мнению яркого представителя классической политической экономии Дж.С. Милля, являются ключевыми для повышения уровня жизни народов. В трактате

«Основы политической экономии и некоторые аспекты их применения к социальной философии» Дж.С.Милль особое внимание уделял совершенствованию отношений распределения и выдвигал идею прогрессивного налогообложения. Причем наиболее подходящим объектом налогообложения Милль считал незаработанный доход, в частности, прирост земельной ренты41.

В качестве «локомотива» развития политическая экономия рассматривает

производство машинных средств производства, что способствует трудосбережению и обеспечивает достижение более высоких результатов хозяйственной деятельности при меньших затратах ресурсов. В значительной степени по этой причине, в методологическом плане отечественные исследователи связывают ответ на вопрос, останется ли Россия экспортно- импортной периферией или займет одно из ведущих мест в группе индустриально развитых стран мира, с отказом от неоклассической (либеральной) теории, получившей широкое распространение в России в период рыночной

трансформации, и выбором в пользу классической политической экономии42.

39 Вечканов Г. Планирование как система и метод управления // Экономист. 2012. № 12. С.13, 14.

40 Кульков В. Национальная ориентация политической экономии: необходимость и формы реализации // Журнал экономической теории. 2013. № 2. С.112.

41 Всемирная история экономической мысли. В 6 т. Т.2 / МГУ им. М.В. Ломоносова. М.: Изд-во МГУ, 1988. С.115.

42 Супрун В. О роли реального сектора в развитии общества // Экономист. 2012. № 6. С.72- 73.

Следует, однако, заметить, что классическая политическая экономия, формируя ориентиры хозяйственной деятельности, движение к которым характеризуется как прогресс социально-экономической системы, в политическом плане предполагает следование именно либеральной экономической политике.

«Именно идеи экономистов классической школы ликвидировали помехи, создаваемые вековыми законами, обычаями… и освободили гений реформаторов и новаторов от смирительных рубашек гильдий, опеки правительства и разнообразного общественного давления», – подчеркивал Л. Мизес43.

Хотя, с другой стороны, А.Смит, виднейшей представитель классической

политической экономии, выступал за проведение активной социальной политики, подчеркивая, что государство должно «создавать и содержать определенные общественные учреждения, создание и содержание которых не может быть в интересах никаких отдельных лиц…, потому что прибыль от них никогда не сможет оплатить издержки отдельному лицу…. хотя и может часто с излишком оплатить их большому обществу»44.

Что касается институциональной экономической теории, то к ее

разработкам сегодня обращается большое число российских ученых45. Особое внимание институциональной теории к имущественным отношениям и правам собственности, историческим условиям их формирования, выгодно отличает ее от других экономических школ. Кроме того, основной областью экономического анализа в рамках институциональной теории выступает не сфера производства, а сфера обмена, а в современной экономике, как показало наше исследование, основные источники рентных доходов связаны не столько со сферой производства благ, сколько со сферой их обращения (обмена).

Значимость институционального подхода не в последнюю очередь

обусловлена и растущим осознанием необходимости коррекции концептуальных

43 Мизес Л. Человеческая деятельность: трактат по экономической теории. Челябинск: Социум, 2005. С.12.

44 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Эксмо, 2007. С.648.

45 См., например: Административные барьеры в экономике: институциональный анализ / Под ред. А.Аузана, П. Крючковой. М.: СПРОС-КонфОП, 2002; Институциональный анализ и экономика России / Под ред. В.Рязанова. М.: Экономика, 2012; Кирдина С. Институциональные матрицы и развитие России. Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 2001; Нуреев Р. Россия: особенности институционального развития. М.: Норма, 2009.

положений рыночных реформ в России, учитывая их практические результаты. Например, Е. Гонтмахер пишет, что России сегодня стоит перед выбором двух вариантов модернизации – догоняющей и поисковой. В рамках первого варианта задача заключается в отборе образцов институтов, действующих в тех обществах,

«которые мы сами должны признать передовыми». В рамках второго варианта все оказывается сложнее, поскольку в этом случае Россия должна включится «в мейнстрим идейных поисков, которые сейчас идут на Западе», с тем, чтобы

«проанализировать наметившиеся там тенденции развития» и «не повторять механически то, что в этих странах изживается под влиянием общественного прогресса»46. Ученый убежден (и мы разделяем это убеждение), что выбор следует делать в пользу поисковой модернизации.

В контексте поискового варианта, суть модернизации – не просто отказ от модели экспортно-ориентированного и рентно-сырьевого развития, а формирование институтов, способных обеспечить социально-экономическое и политическое развитие страны с учетом новейших цивилизационных тенденций. Одна из таких тенденций – выход за пределы экономикоцентризма, то есть представления «экономических факторов развития и функционирования общества в качестве основных, базовых для всех иных социальных сфер»47, узкого

«экономицистского» подхода, игнорирующего социальные, культурные,

экологические аспекты развития.

К примеру, популярные в России установки типа «энергосбережение – верный способ снижения издержек», «экология – это бизнес» и т.п., являются типичными примерами «экономицистского» подхода. На Западе акцентуация всего того, что связано с зеленой экономикой имеет не только экономическое содержание. Речь идет о смене ценностных ориентиров в системе удовлетворенности человека жизнью и оценками собственного места в мире. «От

добычи, эксплуатации ресурсов и «проедания» природы, мы наблюдаем переход к

46 Гонтмахер Е. Российская модернизация: институциональные ловушки и цивилизационные ориентиры // Мировая экономика и международные отношения. 2010. № 10. С.3.

47 Матюхин, А. Экономикоцентризм в российском либеральном мышлении // Обозреватель-Observer. 2011. № 11.

С.22.

партнерству с ней»48, что рождает принципиально новые нормы и стандарты поведения, как в обществе, так и в бизнесе. «Рыночные методы позволяют интенсифицировать использование всех видов ресурсов, в том числе и природных, но это не обязательно означает экологизацию производства. Следовательно, менять надо не только курс политики, но и сами ориентиры общественного развития», – пишет Л.Дышаева49.

Вышеприведенные соображения актуализируют важность анализа не

столько собственно экономических явлений и процессов, сколько необходимость совокупных политических, социальных, исторических и экономических исследований, в рамках которых экономические факторы являются лишь частью интегральной системы функционирования современного общества50. Центральной проблемой трансформации современного общественного и экономического устройства страны является социально-политико-экономический синтез. В таком контексте выход за рамки экономикоцентризма в научных исследованиях нами связывается с использованием аппарата институционального анализа. Методологический подход, заложенный в его основание, во-первых, характеризуется междисциплинарностью, а во-вторых, ориентирован на изучение особенностей формирования социально-экономического поведения субъектов под влиянием меняющейся институциональной среды и, следовательно, подходит для поисков более приемлемой модели социально-экономического развития России, нежели рентно-сырьевая модель.

Уточняя теоретическую и методологическую базу нашего исследования, заметим, что на важность социальной перспективы рассмотрения экономических процессов и явлений обращает внимание известный методолог экономической

науки Т.Лоусон51. В развитых странах уже более двух десятков лет развивается

48 Гонтмахер Е. Российская модернизация: институциональные ловушки и цивилизационные ориентиры // Мировая экономика и международные отношения. 2010. № 10. С.7.

49 Дышаева Л. Устойчивое развитие как безальтернативная стратегия эколого-экономического поведения // Экономист. 2013. № 5. С.78.

50 Именно такой подход характерен для исследований О.Бессоновой, С.Барсуковой, С.Кирдиной, С.Кордонского.

51 Lawson T. The Current Economic Crisis: Its Nature and the Course of Academic Economics // Cambridge Journal of

Economics. 2009. Vol. 33. No 4.

такое направление экономической науки, как социоэкономика52, предметом которой являются «взаимосвязи социальных и экономических аспектов функционирования и развития хозяйственных систем различных уровней»53. В последние годы интерес к социоэкономической динамике усилился и среди отечественных авторов, и уже появились работы по данному направлению54.

В своем исследовании мы придерживаемся средового подхода, а социоэкономика как раз и появилась под воздействием вызовов современной хозяйственной практики, в которой не природные или капитальные ресурсы являются главным фактором экономического развития, но человеческие и социальные; в которой рыночная конкуренция смещается в сторону социального поля взаимодействия; в которой достигнуто понимание того, экономическое развитие не является самоцелью, но служит инструментом развития и реализации потенциала человека. В таком контексте осмысление взаимосвязей между экономическими, социальными и прочими факторами развития и аспектами жизнедеятельности становится особенно актуальным и предопределяет

постановку новых задач для науки и исследователя55.

В последние годы исследователи определяют специфику социально-

экономической системы, сложившейся в современной России, через понятие

«рентно-сырьевая экономика». В этой связи важно разобраться с экономической природой ренты, как категорией современной экономической науки. В следующем параграфе мы сконцентрируем внимание на основных характеристиках и определениях ренты, рассмотрим некоторые противоречивые, допускающие двойное толкование суждения, касающиеся данной социально-

экономической категории.

52 В отличие от так же интенсивно развивающейся в последние годы экономической социологии, социоэкономика строит взаимодействие экономической науки с другими общественными науками на базе, прежде всего, экономического подхода, избегая, тем не менее, экономического империализма.

53 Тихонова Н. Социальный либерализм: есть ли альтернативы? // Общественные науки и современность. 2013. №

2. С.34.

54 См.: Шабанова М. Социоэкономика (для экономистов, менеджеров, госслужащих). М.: Экономика, 2012.

55 См.: Даниленко Л. Социогуманитарный фон и факторы модернизационных процессов и создания новой экономики в России: Монография. М.: ИНФРА-М, 2013.