СТРУКТУРА И ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ B ТЕ­ЗИСНОЙ ФОРМЕ.

I. Определения философии и основные признаки реального философствования.

1.1. Негативные определения философии.

• Метапринцип. Hu одно отрицательное определение философии не может быть просто так отброшено.

а), классические негативные определения:

1. Философия есть любительство, потому что нет критерия, позво­ляющего нам отличать “истинное философствование”, т.е. истину в философии, от псевдофилософствования или “пустой болтовни”.

2. Философия есть дилетантизм, т.к. у нее нет четко очерченного пред­мета, и потому философствующий практически не ограничивает се­бя в рассуждениях, смело вторгаясь в смежные интеллектуальные области, относительно которых он порой не обладает даже самыми элементарными специальными знаниями.

3. Философия есть знахарство, поскольку у философа нет метода, применение которого гарантировало бы систематическое производ­ство нового знания и алгоритмическое разрешение возникающих проблем. B этом смысле философ подобен знахарю, добиваясь успеха исключительно путем случайного открытия и интуитивного озарения, а также посредством выполнения определенного рода бес­смысленных действий с неким рациональным вкраплением, субъек­тивно никак не вычленяемым.

4. Философия есть софистическая лженаука, главным образом, по при­чине того, что в философствовании нет и не может быть никакой

29-1277

системы. Вместе с тем, используя всевозможные софистические ухищрения, философы стремятся создать иллюзию системности и научности, аналогично тому, как это делают графологи, астрологи, уфологи, хироманты и прочие оккультисты.

5. Философия есть догматический вздор, потому что конкретное фило­софствование не имеет под собой достаточного рационального осно­вания, и это заставляет философствующего структурировать свое мышление посредством осознания невесть откуда взявшихся про­блем и вопросов, обращаясь при этом к случайно выбранным фило­софским авторитетам.

б), позитивистские негативные определения:

6. Философствование бессмысленно, потому что любая подлинно фи­лософская концептуальная конструкция соответствует всякому чув­ственно данному, равно как и любое, произвольно вычлененное из универсума чувственно данное, соответствует всякой подлинно фи­лософской конструкции.

7. Философствование индуктивно не подтверждаемо, _{потому что “подлинный” философ, оперирующий “подлинными” философски­ми категориями, всегда может заменить любой из используемых им примеров противоречащим ему контрпримером.

8. Любое философское утверждение одновременно недоказуемо ( непод- тверждаемо) и неопровержимо, потому что в любой возможной предметной области количество возможных примеров точно урав­новешивается количеством возможных контрпримеров.

9. Философствование принципиально дедуктивно не упорядочиваемо, потому что экстенсиональное и интенсиональное отношение катего­рий в любой мыслимой философской системе таково, что из них де­дуктивно следует все, что угодно. Как только философское говоре­ние дедуктивно упорядочивается, оно перестает быть подлинно фи­лософским.

1.2. Философствование как переход концептуальной границы.

• Философствующий, в отличие от ученого, попросту не может не пе­реступать исторически отведенных ему концептуальных границ, по­тому что без этого его философствование вырождается в некую сци- ентистски ориентированную иллюзию.

• Переход границы - это всегда пародирование той или иной монодис- циплинарной деятельности, подобно говорению с акцентом. Именно поэтому натурфилософствование прошлого с точки зрения сегод­няшнего монодисциплинарного знания попросту смешно, и лишь осознание его исторической отдаленности от нас позволяет отно­ситься к нему с должным пониманием.

1.3. Философствование как пародирование.

• Лучшие образцы современного философствования воспринимаются как пародии на ранее философски высказанное, что в исчерпавшей себя или, точнее, в исчерпанной нами концег.гуальной системе вся­кая подлинно творческая деятельность с какого-то момента стано­вится вторичной, третичной и т.д., т.е.

1.4. Философствование как концептуальное кружение и “вечное воз­вращение”.

• Философская мысль бессильно снует вокруг одних и тех же, давно приевшихся тем, и каждый последующий философ явно или неявно, осознанно или неосознанно воспроизводит какого-то своего пред­шественника, имя которого, возможно, навеки затеряно в анналах истории.

1.5. Эклектичность философии.

• “Подлинные” философские категории логически независимы друг от друга и задают совершенно разные видения мира, механически соединенные в рамках одной концептуальной конструкции.

• Внутренняя эклектичность философствования проявляется B том, что всякий достаточно образованный в историко-философском пла­не исследователь, синтезируя свою систему, концептуально воспро­изводит на категориальном уровне всю известную ему философию в целом, вследствие чего накопление “философских знаний” приводит вовсе не к прогрессу и к большей степени ясности, как это, напри­мер, имело место в классическом естествознании, а наоборот, все к большей и большей неясности и “запутыванию”.

• Всякое концептуальное образование эксплицитно содержит в себе элементы концептуально-иного, логически не совместимые с кон­цептуально-доминирующим, причем, в особые, критические момен­ты онтологизирования, иное, до того безнадежно затерянное в глу­бинах текста, внезапно расширяется, захватывая все новые и новые концептуальные поля.

• Наличное концептуальное пространство тяготеет к некому макси­мальному уровню внутренней эклектичности на манер известного закона возрастания энтропии, что не позволяет автоматически от­личать, например, продукты позитивного мышления от продуктов негативного, а те, в свою очередь, от продуктов маргинального мышления. B целом же каждая из локальных составляющих челове­ческого говорения активно дезорганизует противостоящее ей кон- цептуально-иное и, в свою очередь, дезорганизуется им, перманент­но распадаясь и диффундируя в расширяющемся концептуальном универсуме.

II.

11.1. Типология философствования.

• Компилятивный тип философствования: философ стремится выра­зить свои мысли через мысли других философов, которые выступа­ют для него в качестве безусловных авторитетов, угнетающих мыс­лительный процесс философствующего.

• Критический тип философствования: философ выражает свои мысли через отрицание мыслей других философов, сознательно окарикату­ривая концептуальные построения последних.

• Спекулятивный тип философствования: философ пытается обойтись без медиатора, оставаясь в своей концептуальной деятельности на­едине с самим собой.

• Реинкарнационный тип философствования: философствующий мыс­ленно перерождается в авторитет, становится им.

• Примечание. Реальный процесс философствования в подавляющем большинстве случаев предполагает какое-то сочетание всех четырех обрисованных выше типов. Однако, концептуальные построения, соответствующие духу своего времени, как правило оказываются од­нотонно методологически окрашенными.

11.2. Технология философствования.

• Правило 1. Философствование есть говорение о бытии, nue. обо всем сразу, и потому философствующий должен стремиться к практи­ческому осуществлению подобного говорения.

• Правило 2. Философствующий должен знать, что говорение о бытии невозможно, и потому он должен осуществлять его лишь номиналь­но, фактически ориентируясь в своем говорении на нечто иное.

• Правило 3. Философствование должно быть таким, чтобы экстен­сиональный зазор между бытием и сущим был минимальным, nue. чтобы сущее было экстенсионально максимально полным, а не-сущее - экстенсионально максимально пустым.

• Правило 4. Философствующий должен диалектически синтезиро­вать новое понятие, буквально из некого концептуального “ничего”, чтобы придать именно ему статус бытия как истинно-сущего.

• Правило 5. Философствование должно представлять собой переход из одной позитивно упорядоченной концептуальной системы в дру­гую.( Примечание. Маргинализируя и тем самым разрушая старые, устоявшиеся системы понятий, философствующий таким образом расчищает место для новой системы, маргинализацией которой когда-нибудь займутся другие философы).

• Правило 6. Синтез концептуальной мутации осуществляется по­средством перенесения определенной конструкции в качественно иной, нежели традиционный, контекст. ( Примечание. Основная методо­логическая задача практического философа заключается в том, что­бы выделить некую маргинальную область между понятиями, либо между имеющимися системами понятий, и попытаться как-то за­полнить ее, следствием чего должно явиться расширение одной или обеих пограничных концептуальных систем, либо - в идеале - синтез качественно новой маргинальной системы позитивного знания).

• Правило 7. Всякое подлинно философское говорение пытается упразднить самое себя. (Примечание. Последнее предполагает полное концептуальное деструктурирование наличного Я. Мы должны без­жалостно разрушить доселе составлявшую нашу суть концептуаль­ную конструкцию, постулировав в качестве единственно-истинного первый фундаментальный принцип всякого глобального сомнения, согласно которому “Все есть все”).

11.3. Концептуальные инфекции.

• Каждое из несовместимых философских говорений, подобных мате­риализму и идеализму, будучи намеренно или случайно занесенным в структуру другого, разрушает его изнутри.

• Bce наше обыденное словоупотребление до такой степени “пропитано” демокритово-аристотелевым онтологизмом, что мы не можем развернуто помыслить нечто иное достаточно последова­тельно,; образно выражаясь, почерпнутая нами из соответствующей традиции наличная “концептуальная кровь”, которую мы пытаемся “перелить” в структурируемый альтернативный “концептуальный организм”, оказывается “не той группы”, и потому вместо оживле­ния убивает.

III. Исторические и метатеоретические особенности философствования.

111.1. Эволюция философствования.

• B эволюционном плане философские системы могут быть уподобле­ны мыльным пузырям: сначала они стремительно расширяются в своем концептуальном объеме, а затем с необходимостью лопаются по причине чрезмерной концептуальной утонченности.

• Философствующий извлекает из небытия принципиально новую концептуальную конструкцию, разрушающую привычный строй го­ворения. Подобно кругам на воде, от нее расходятся своеобразные концептуальные волны, трансформирующие ближайшие к ней структуры и т.д., пока не переструктурируется весь концептуальный универсум. Именно поэтому философствующий должен всякий раз начинать практически “с нуля”, по-картезиански (точнее, сверхкар­тезиански) подвергая все глобальному сомнению.

• Философ только инициирует процесс мышления, позитивные “плоды” которого, как правило, пожинаются не им. Отталкиваясь от одного берега, он, очевидно, надеется когда-нибудь увидеть “другие берега”, что в большинстве случаев не дано не только ему, но и его философским последователям, т.к. вновь позитивно упоря­дочить разрушенное философствующим прежнее позитивное гово­рение почему-то удается другому, совершенно не имеющему отно­шения к философии индивиду, и по-другому, нежели это изначально планировалось при разрушении.

111.2. Неудовлетворенность философией.

• У философии нет более строгих критиков, нежели сами философы, изначально нацеленные на разрушение чужих систем с целью утверждения своих собственных.

• Кризис современной философии проистекает из неудовлетворен­ности ею самою собой, т.е. из невозможности соответствовать уста­новленным ею для себя критериям, которым, однако, более и менее удовлетворяет современная реальная наука.

111.2. a. Другие формы неудовлетворенности в культуре.

• B явственной форме неудовлетворенность наукой в самой науке, как правило, никак не институализируется.

• Мораль есть институализация неудовлетворенности наличным бы­тием.

111.3. Концептуальные мутации.

• Тысячелетние традиции, как правило, гасят самоструктури- рующуюся концептуальную мутацию, эклектически проникая в нее и одновременно эклектически структурируя ее в себя. Мир меняется, однако его изменение оказывается локальным и неустойчивым, так

220

что никакая концептуальная генерация не может окончательно за­вершить сам процесс концёптуальной генерации, перманентно про­должаемый сменяющими друг друга поколениями философствую­щих.

IV. Философствование как онтологизирование.

IV. 1. Четыре фундаментальных онтологических принципа:

1. Принцип Парменида. Бытие есть, а небытия нет.

2. Принцип Левкиппа-Демокрита. Бытие есть и небытие есть.

3. Принцип нирваны. Бытия нет и небытия нет.

4. Принцип Гераклита. Бытия нет, а небьггие есть.

IV. 2. Концептуальная подмена.

• Bce без исключения философствующие под видом говорения о бытии рассуждают о чем угодно, но только не о бытии.

• Якобы мысля о бытии, философ всякий раз логически некорректно ставит на его место нечто, экстенсионально менее общее; примеча­тельно, что подобная подмена рано или поздно с необходимостью обнаруживается другими философствующими, и это превращает ис­торию философствования в непрерывную цепь “заблуждений”, “разоблачений” и, наконец, “дезавуаций”, за которыми следуют но­вые “ заблуждения”.

IV. 3. Первая дихотомия.

• Первая дихотомия есть выделение якобы-бытия из структуры под­линного бытия посредством произвольного расчленения экстенсио- нала последнего. При этом выделяемое якобы-бытие эксплицирует­ся нами как сущее ( *11.143. C.168), а отбрасываемое логическое до­полнение к якобы-бытию - как не-сущее. Специфическая особен­ность развиваемой трактовки: сущее суще не потому, что оно су­ществует, т.е. включено в бытие, а потому, что оно существенно для конкретного философствующего, выделившего из бытия именно его, а не что-то другое. Напротив, не-сущее не существенно для кон- кретно-выделяющего и этим самым концептуально закрыто для не­го.

V. Философствование и другие разновидности

221 человеческого знания.

V.1. Основные разновидности человеческого знания.

0. Метапринцип. Всякое говорение эклектически содержит в себе все возможные структурно разнородные компоненты.

1. Позитивно-научное есть погруженность говорящего в наличное бы­тие. Ученый не противопоставляет себя реальности, пытаясь раз и навсегда зафиксировать ее как некое не зависящее от него, т.е. “статуарное”, метастабильное изначально-данное.

2. Негативно-моральное проистекает из неудовлетворенности говоря­щего наличным бытием, которое принципиально неприемлемо, но в то же время единственно-мыслимо, так что неудовлетворенность ло­кализуется и сводится к устранению из бытия отдельных негативных компонентов, закрывающих собой путь к “истинному миру”.

Ъ.Маргинально-философское есть переход говорящего от наличного бытия к чему-то иному, структурирование которого необходимо упраздняет сам переход, т.е. предшествующее философствование. Иначе говоря, философия маргинальна не только по форме, но и по сути, из чего и проистекает та самая двусмысленность, на которую неоднократно указывает Хайдеггер.

4. Экзистенциальное представляет собой специфически-важный случай маргинального, выделение которого оказывается возможным исклю­чительно по причине предельной общности категорий бытия и не­бытия.

5. Собственно-бессубъектное есть специфическая форма человеческого мышления, позволяющая, отрицая наличное бытие, особым образом структурировать в небытииДдугяе.

V. 2. Соотношение философии и науки.

• Философия представляет собой специфическую разновидность ин­теллектуальной деятельности, которая характеризуется отсутствием критерия истины, предмета, метода, системы и основания. Напротив, подлинной наукой можно назвать лишь то, что предполагает наличие всего вышеперечисленного. Следовательно, философия не есть нау­ка ни в каком отношении.

• Наука возникает не прежде и не параллельно философии; она репро­дуцируется непосредственно из философии как результат неудовлет­воренности последней самою собой.

• Подобно тому как родители, сознательно пытающиеся воплотить в детях свою улучшенную модификацию, получают не улучшенного себя, а улучшенное или даже ухудшенное по отношению к себе Дру­гое, так и реальное воплощение в жизнь идеального философствова­ния порождает не идеальное философствование в реальности, а ре­ально “идеальное” Другое, т.е. науку.

• Современное естествознание и в первую очередь теоретическая фи­зика - это и есть наиболее развернутый вариант демокритова или, точнее, демокритово-аристотелева осязательного говорения, что де­лает любое онтологическое философствование концептуально избы­точным и потому бессмысленным: к чему структурировать возмож­ные онтологические системы, если таковая уже имеется в действи­тельности!

V. 3. Методологические правила концептуального строительства в нау­ке.

• Правило !{“прямое”). Термины, не задающие позитивной интер­претации ни одному из объектов описания науки, должны быть ис­ключены из языка науки.

• Правило !(“обратное”). Объекты, не имеющие ни одной пози­тивной интерпретации в языке науки, должны быть исключены из предметной области науки.

• Правило 3. Ученому следует абстрагироваться от индивидуальных различий между реальными объектами до тех пор, пока в его распо­ряжении не окажется метастабильный, вечный по отношению к нам абстрактный объект.

V. 4. Философствование и математизирование.

• Философствование фатально противоположно математизированию, потому что любые внедренные в философский текст символические конструкции приобретают некое дополнительное неопределенное со­держание, размывающее их жесткий первоначальный смысл. По­следнее приводит символически философствующего к той самой дву­смысленности, о которой говорил Хайдеггер: с одной стороны, мы честно пытаемся максимально адекватно воспроизвести те или иные символические ( в данном случае - формальнологические) конструк­ции; с другой стороны, если нам это окончательно удастся, то рабо­та окажется абсолютно пустой: как в философском, так и в фор­мальнологическом отношении.

V. 5. Мораль каине-знание.

• Морализирование - это скорее не знание, а особый род интеллекту­ального чувствования, т.е. способность ориентироваться в незнае­мом, двигаясь наощупь в абсолютной темноте наличного небытия. Отсюда трагическая альтернатива: либо примириться с существую­щим, уже познанным злом, либо “вслепую” отвергнуть его, как пра­вило, в пользу гораздо большего зла.

223

V.6. Диалектика как диалект.

• Диалектика есть специфически маргинальное языковое образование или некий метадиалект, предполагающий говорение, отличающееся от общепринятого в данной лингвистической сфере. B этом смысле философ, изъясняющийся на научном языке, должен говорить на нем неправильно, профанно, смешно.

V.7. Экзистенциальная интерпретация проблемы времени.

1. Прошлое и будущее онтологически и гносеологически симметричны относительно настоящего.

2. Возможность конструирования будущего предполагает возмож­ность конструирования прошлого. И если конструирование прош­лого - иллюзия, то конструирование будущего - тоже не более, чем иллюзия.

3. He только будущее, но и прошлое содержит в себе принципиально неэлиминируемую неопределенность онтологического плана, что обуславливает его онтологическую изменчивость.