Демократия и свобода

Конституционный либерализм, возникший в Британии и воспринятый в Америке, в первую очередь стремился к защите гражданских и религиозных свобод. Представительная демократия развилась с ростом конституционного либерализма.

Ведь даже в случае свободных и честных выборов — а это sine qua non* демократии — результатом может оказаться нелиберальная демократия (Zakaria 1997; Zakaria 2003), в которой большинство будет не поддерживать экономические и гражданские свободы, а подавлять их. Во многих мусульманских странах самодержавные правители либеральнее народных масс, и если бы тамошнее большинство получило возможность делать все по-своему, оно несомненно уничтожило бы даже те свободы, которые сегодня предоставляются диктаторами. Считается, что привлекательность демократии заключается в том, что она предотвращает развращающее воздействие абсолютной власти в автократических режимах, о чем говорил лорд Актон. Но, как свидетельствуют примеры бессчетных диктаторов, избранных на свои посты во многих странах третьего мира и в бывших коммунистических странах, надежда эта часто не сбывается. Конечно, выборы, наделившие их властью, не всегда были столь же свободными и честными, как на Западе, но в общем и целом они отражали волю большинства.

10              Следует отметить, что по чисто формальным критериям — регулярность

выборов и пр. — многие государства могут быть названы демократическими, хотя в них отсутствует политическая и экономическая свобода.

Непременное условие (лаг.).

С тех самых пор, как Гитлер и Муссолини получили свою власть с использованием механизма выборов, теоретиков демократии преследует страх, что участие народа в политике может оказаться орудием демагогов, играющих на иррациональных импульсах масс (Lipset 1959). Таким образом, свобода не всегда сопутствует демократии11. Хотя гражданские и экономические свободы для классического либерала суть фундаментальное моральное благо, на достижение которого направлено хорошее государственное управление, этому благу вовсе не обязательно служит именно представительная демократия как единственная соответствующая ему форма правления. Отцы шотландского Просвещения и создатели американской Конституции прекрасно знали о возможном конфликте между свободой и демократией[105].

11. На деле даже в Соединенных Штатах Америки, этом эталоне либеральной демократии, многие наблюдатели отмечают постепенный сдвиг от представительной демократии к демократии участия (самым ярким примером является Калифорния с ее народными инициативами и референдумами), что может привести к некоей форме нелиберальной демократии, в которой интересы меньшинств будут подавлены, все формы авторитета и профессионализма будут принижены как проявления элитизма, противоречащие демократии, а неинформированная публика станет шарахаться из стороны в сторону, подчиняясь новейшим веяниям общественной моды (см.: Zakaria 2003; Berkowitz 2003).