Насколько вероятно переключение?

Сегодня никто уже не сомневается в том, что переключение и обратимость капитала возможны. Но насколько велика вероятность того, что это действительно случится? Самуэльсон, признавая справедливость теоремы о переключениях, выражал некоторые сомнения по поводу ее эмпирической значимости.

стационарно-равновесными состояниями, а это имеет мало общего с процессом замещения труда капиталом, который в первую очередь приходит на ум всякий раз, когда мы встречаем стандартное утверждение австрийской школы, что падение нормы процента способствует "углублению" капитала (т. е. вложению его во все более окольные методы производства. — {Прим. ред.).

Столкнувшись с хорошо известной проблемой проверки утверждений, полученных на основе сравнения различных статических состояний, экономисты кембриджской школы не стали ее решать, а занялись вместо этого доказательством теорем об условиях, исключающих возможность переключений. Самая известная из этих теорем гласит: чтобы исключить возможность переключений в n-секторной модели с фиксированными коэффициентами затрат, в этой модели производство хотя бы одного капитального блага в порядке исключения должно описываться гладкой неоклассической производственной функцией. Кроме того, в производстве этого капитального блага должны участвовать все виды ресурсов, имеющихся в экономике. Удалось доказать, что эмпирическая значимость переключения зависит также от того, падает ли норма процента ниже некоторого критического уровня и изменяются ли цены на продукцию, когда производители возвращаются к прежним технологиям. Главней вывод из всех публикаций на эту тему, а новые работы продолжают появляться до сих пор и конца им не видно, заключается, по-видимому, в том, что эмпирическое определение точек переключения предполагает возможность измерить степень замещаемо- сти ресурсов в экономике — проблема, которая вряд ли будет решена в ближайшем будущем.

Представители кембриджской школы всегда любили модели, использующие линейные Леонтьевские технологии, т.е. модели, в которых каждый продукт каждого сектора производится с использованием единственной технологии. При таком подходе эамещаемость ресурсов целиком зависит от потребителей, которые выбирают один набор товаров, а не другой, причем производство различных наборов потребительских благ требует использования разных технологий. Таким образом, замещение ресурсов в таких моделях происходит через "черный ход". Иными словами, даже в худшем случае, когда замещение ресурсов в производстве исключается по предположению, в определенном смысле оно все же имеет место, но определяется структурой конечного спроса, включая спрос иностранных покупателей. Это тем более справедливо, если для описания производственных возможностей используется "анализ деятельности" (activity analysis) [см. гл. 11, раздел 6], хотя и этот подход еще весьма далек от производственных функций неоклассической теории, для которых характерно беспрепятственное замещение факторов. Таким образом, ответ на вопрос, имеет ли место переключение на самом деле или нет, далеко не очевиден. Если возврата к прежним технологиям не происходит, то явление обратимости капитала все равно может иметь место, во всяком случае если технологий больше, чем две. Но чтобы получить обратимость капитала, потребуется вводить еще более "хитрые" предположения относительно технологии, например о существовании больших разрывов между коэффициентами затрат для различных технологий. Если уж мы не можем убедить себя в том, что переключение — это самое обычное явление, то и в обратимость капитала вряд ли поверим.