Шахматная модель расового разделения Шеллинга

Другой пример используемой в экономической науке теоретической модели не столь знаменит, как рынок «лимонов», но мне самому он очень нравится^[283]. К тому же он заслуживает признания как один из самых первых образцов широко используемого сегодня теоретического метода, известного как эволюционная теория игр с локализованными взаимодействиями в пространственной структуре.

В центре внимания автора книги находится одна из классических для экономической науки тем: непреднамеренные социальные последствия некоординированных действий отдельных людей. Используя большое количество новых поразительных примеров, Шеллинг показывает, что спонтанные человеческие взаимодействия чаще всего ведут к возникновению на социальном уровне непреднамеренных паттернов; в одних случаях эти паттерны желательны, но во многих других—нет.

Интересующая нас глава книги открывается широкой неформальной дискуссией по поводу сегрегации по цвету кожи и полу в различных социальных условиях. Шеллинга интересуют, прежде всего, паттерны сегрегации, возникающие в результате добровольного выбора отдельных людей. Он утверждает, что одним из важнейших примеров такой самосегрегации является рынок жилья в американских городах. Черные и белые американцы^[284] склонны

селиться в обособленных районах; со временем границы этих районов изменяются, но сама сегрегация сохраняется. По мнению Шеллинга, ситуация, когда почти все население Америки стремится жить в таких в высшей степени сегрегированных районах, весьма маловероятна. Поэтому он задается вопросом: не является ли такая наблюдаемая на социальном уровне жесткая сегрегация непреднамеренным следствием индивидуальных действий людей, в основе которых лежит исключительно предпочтение к отказу от жизни в районе, где люди с другим цветом кожи составляют подавляющее большинство? В контексте столов в кафетерии, которые занимают игроки бейсбольной команды, Шеллинг формулирует свою гипотезу следующим образом:

Игроки могут игнорировать, принимать и даже предпочитать столы смешанного состава.

Обсудив целый ряд случаев самосегрегации как по цвету кожи, так и по полу и применяя к каждому из них гипотезу, согласно которой жесткая сегрегация является непреднамеренным следствием гораздо более мягких предпочтений, Шеллинг представляет «модель самоформирующегося соседства». Он с ходу обезоруживает читателя: «Одно из наиболее ярких представлений о динамике явления может быть получено, если вы выделите полчаса своего свободного времени, запасетесь двумя столбиками монет в один и десять центов, письменным столом, большим листом бумаги, духом научного сомнения или, в его отсутствие, любовью к игре» (р. 147).

Согласно инструкции, необходимо расчертить лист бумаги сеткой 8x8 квадратов (шахматная доска). Монеты в 10 и 1 цент: «представляют членов двух гомогенных групп —мужчин и женщин, черных и белых, франко- и англоговорящих людей, офицеров и солдат, студентов и преподавателей, серферов и пловцов, хорошо и плохо одетых граждан. В общем, необходима любая полная и узнаваемая дихотомия» (Schelling, 1978, 147).

Затем мы распределяем монеты по клеткам сетки. Каждая клетка должна быть либо «закрыта» монетой, либо оставаться пустой (важно, чтобы на доске оставалось определенное свободное пространство). Затем мы постулируем условие, определяющее, является ли монета «довольной» своими соседями. Например, мы можем установить, что монета считается «довольной», если, по крайней мере, одна треть ее соседей (то есть монет, занимающих смежные с ней по горизонтали, вертикали или диагонали квадраты) принадлежат к тому же самому типу, что и она сама.

Примечательно, что общая стратегия рассматриваемой нами главы из книги Шеллинга имеет большое сходство с той, с которой мы познакомились в статье Акерлофа. Каждый из авторов утверждает, что в некоем экономическом или социальном феномене может быть выявлена некая повторяемость, закономерность R (плохие товары вытесняют хорошие, расовая сегрегация, сохраняющаяся несмотря на изменение географических границ). Каждый из них утверждает, что R может быть объяснена посредством комплекса каузальных факторов F (продавцы лучше информированы, чем покупатели; общее предпочтение заключается в том, чтобы избегать чрезмерного количества соседей отличного от своего собственного типа). Имплицитно каждый из авторов делает три утверждения: о том, что R имеет место (часто имеет место); о том, что F оказывает воздействие (часто оказывает воздействие); и о том, что F является причиной, вызывает R (или склонно вызывать). Ни одно из этих утверждений не выдвигается как проверяемая гипотеза, но для каждого из них предлагается неформальное свидетельство, источником которого служат специально отобранные практические ситуации. Эти свидетельства, как представляется, подтверждают первые два утверждения. Каждый автор использует для подтверждения своего утверждения о причинно-следственной связи формальную модель. В каждом случае формальная модель является очень простым, полностью описываемым и самодостаточным миром. В описание модели встроены и предполагаемые каузальные факторы F. В модели мира R обнаруживается в своей экстремальной форме. Предполагается, что в этом случае утверждение о том, что в реальном мире F вызывает Л, воспринимается как более правдоподобное. Но как сделать это утверждение более правдоподобным?

4.