Восточноазиатское экономическое чудо и азиатский финансовый кризис

В 1992 г. Международный банк опубликовал исследовательские материалы под названием «Восточноазнатскос чудо». Под таким выразительным заголовком описывались экономические достижения стран, расположившихся по широкой дуге от Таиланда до Южной Кореи.

В Таиланде, Малайзии и Индонезии в первой половине 1990-х гг. цены акций выросли на 300-500%, производство в обрабатывающих отраслях росло фантастическими темпами. Котировки акций в большинстве восточноазиатских стран удвоились в 1993 г. и продолжили свой рост в 1994 г. Взлетели цены на недвижимое имущество. Экономика бурно развивалась. Увеличивался объем торгового дефицита, Поскольку ценовые «пузыри» в восточноазиатских странах формировались без оглядки на существующие различия экономических структур, доходов надушу населения, обменных курсов национальных валют, равно как и невзирая на то, являлась ли каждая конкретная страна международным кредитором, как Сингапур, Тайвань, или Гонконг, или международным должником, как Таиланд или Малайзия, существует обоснованное подозрение, что «пузыри» в этих странах имели общее происхождение и раздувались извне.

Американские, японские и европейские компании активно пользовались тем, что издержки при производстве их продукции в Китае, Таиланде и других восточноазнатских странах были значительно ниже. Быстрый экономический рост стал и результатом и причиной притока иностранного капитала, особенно из Японии. Японские инвестиции первоначально были направлены на строительство в этих странах сборочных цехов, на которых использовалась более дешевая местная рабочая сила; дорогие в производстве компоненты по-прежнему производились в Японии, но затем отправлялись на дешевое сборочное производство в соседние страны. Оттуда большая часть продукции экспортировалась в Соединенные Штаты, Японию и некоторые другие страны. Вслед за прямыми инвестициями японских компаний из Японии потянулись компании-поставщики и банки. Основой экономики стал рост экспортного производства, который почти всегда базировался на низкой стоимости местной национальной валюты. Значительная часть экспорта производилась компаниями, штаб-квартиры которых располагались в Соединенных Штатах, Японии и на Тайване. Южнокорейские компании начали вкладывать капитал в Китай и Индонезию из-за того, что уровень заработной платы в этих странах был гораздо ниже, чем в Южной Корее.

Затем зимой 1996 г. таиландские финансовые компании, занимающиеся предоставлением краткосрочных потребительских кредитов — многие из которых были созданы крупными тайскими банками, чтобы обойти инструкции, ограничивающие возможности предоставления банками таких кредитов, — начали нести крупные потери по своим ссудам. Иностранные кредиторы стали постепенно увеличивать стоимость кредитов, предоставляемых таиландским финансовым учреждениям, и финансирование из зарубежных источников пошло на убыль. Возможности Центробанка Таиланда по поддержанию обменного курса национальной валюты, бата, на прежнем уровне были быстро исчерпаны, и в начале июля 1997 г. бат подвергся резкой девальвации.

Обесценивание бата вызвало эпидемию, и в течение 6 месяцев валютные курсы национальных валют восточноазиатских стран, за исключением китайского юаня и гонконгского доллара, снизились на 30% и более.

Сценарий развития восточноазиатских кризисов стал повторением аналогичных событий в Японии, произошедших на 10 лет раньше. Разговоры о восточноазиатском чуде прекратились, и им на смену пришли рассуждения о «блатном капитализме», стихийной приватизации и разрушительной роли спекуляций.

Критическое обесценивание национальных валют приводило к существенным потерям для тех компаний, которые брали кредиты в долларах США, японских иенах или некоторых других иностранных валютах. Банки, кредитовавшие эти компании, также понесли убытки; причиной банкротства банков в большинстве азиатских стран стали их собственные потери, вызванные переоценкой активов, а также убытки, понесенные их клиентами. Девальвация национальных валют также привела к очень быстрому изменению торговых балансов азиатских стран, которые из дефицитных превратились в профицитные.

Зеркальным отражением этого процесса стал резкий рост дефицита торгового баланса Соединенных Штатов; в действительности рост курса доллара США являл собой обратную сторону девальвации тайского бата, малазийского ринггита, индонезийской рупии и других азиатских валют, которые не были привязаны к доллару США, как китайский юань и гонконгский доллар.