Внеэкономические способы

Лоббирование в органах власти с целью получения кре- дитов, налоговых льгот, оказания давления на неплатель- щиков и т.п. Оказавшись в 1992 г. в сложном положении, не- которые мощные предприятия, группы предприятий и целые отрасли в поисках наиболее простых и быстрых способов ре- шения своих проблем постарались получить прямую помощь со стороны государства.

187

В частности, одним из наиболее крупных получателей де- нег из бюджета стала угольная промышленность, которая до- билась этого во многом благодаря своему мощному забасто- вочному потенциалу. Для финансирования угольной промыш- ленности был создан внебюджетный фонд, в который в 1994-

1995 гг. перечислялись деньги, полученные за счет взимания специального налога с юридических лиц. Ставка этого налога сначала была установлена на уровне 3%, а позже 1,5% добав- ленной стоимости. И хотя в 1996г. спецналог был отменен, а внебюджетный фонд ликвидирован, угольщики еще довольно долго получали прямую и косвенную поддержку от государст- ва в виде субсидий на социальные нужды, льготных тарифов на грузовые железнодорожные перевозки и т.д.

Еще одним примером успешного решения своих проблем благодаря лоббистской деятельности в органах власти были финансовые привилегии «Газпрома». Несмотря на все свои экономические преимущества (огромный экспортный потен- циал, монопольное положение на российском рынке, очень значительное влияние на рынках СНГ и многих европейских стран) «Газпром» после начала острой фазы кризиса столкнул- ся с теми же сложностями, что и другие предприятия.

Этот фонд формировался за счет целевых отчислений от себестоимости продукции, производимой корпорацией, а так-

же за счет зачисления в фонд значительной (от 40 до 48% в разные моменты времени) части выручки от экспортных (за

пределы СНГ) поставок газа для федеральных нужд. Средства, поступавшие в этот стабилизационный фонд, никакими нало- гами не облагались. Это означало, что, не в пример большин-

ству других российских предприятий, «Газпром» получал ог-

ромные дополнительные средства для решения своих финан-

188

совых проблем. Оценить примерный размер дополнительного выигрыша «Газпрома» помогает следующий расчет.

Федеральный экспорт составлял 83% общего объема экспорта

газа в 1993 г. (86 млрд. куб. м) и 53% в 1994 г. (58,3 млрд. куб. м). Размер отчислений в фонд стабилизации – примерно 35 долл. США за 1 тыс. куб. м экспортируемого газа. Иными словами,

«Газпром» имел возможность зачислить в фонд стабилизации из этого источника примерно 3 млрд. долл. в 1993 г. и 2 млрд. долл. в

1994 г. Если данный оценочный расчет соответствует действи-

тельному ходу событий, то величина освобождений только по налогу на прибыль, связанному с экспортной выручкой, соста-

вила не менее 500 млн. долл. в 1993 г. и 150-250 млн. долл. в

1994 г. И эти суммы составляли лишь часть дополнительных средств, оставшихся в распоряжении «Газпрома», поскольку в

приведенных оценках не были учтены ни прочие налоговые

освобождения, ни дополнительный доход от так называемых отчислений от себестоимости, которые, по сути, представляли собой ту же самую не облагаемую налогами прибыль.

Правда, в некоторых документах, источником которых яв-

ляется сам «Газпром», утверждалось, что суммарная величина фонда стабилизации составила лишь 976,8 млрд.руб.

(1 млрд.долл.) в 1993г.

1994 г. Эти данные вызывают серьезные сомнения, так как из тех же документов получается, что размер стабилизационного

фонда в 1994 г. был меньше, чем одна только сумма компен-

саций за федеральные поставки. Иначе говоря, скорее всего реальная величина фонда стабилизации в данном случае была занижена. Но даже если числа, приведенные в отчетах «Газ- прома», были верны, все равно размер налоговых освобожде- ний получается очень значительным. Только по налогу на прибыль он не мог быть меньше 150-200 млн. долл. в 1993 г. и

100-160 млн. долл. в 1994 г.

Внебюджетные фонды, подобные описанным выше, были образованы под давлением предприятий и в других секторах

экономики, в том числе в оборонной промышленности, в ме-

таллургии и в отраслях топливно-энергетического комплекса.

189

Суммарная величина финансовых ресурсов, попадавших во внебюджетные фонды, к 1994 г. стала сопоставима с доходной частью федерального бюджета. Благодаря наличию этих фон- дов многие (и прежде всего влиятельные) предприятия полу- чали доступ к дополнительным деньгам, которые помогали им решать различные финансовые проблемы. И хотя внебюджет- ные фонды были формально ликвидированы в начале 1996 г., от- расли и предприятия, как правило, получили определенную ком- пенсацию. В частности, «Газпром» какое-то время не платил экспортных пошлин за вывоз газа. Кроме того, в 1996 г. были в

4 раза снижены пошлины на импорт газовых труб [190].

В ряде случаев предприятия добивались от властей права безнаказанно задерживать свои платежи кредиторам. Напри-

мер, в первой половине 1994 г. башкирские нефтеперерабаты-

вающие и химические заводы благодаря поддержке республи-

канского правительства оплачивали не более 10-15% стоимо- сти получаемых тепла и электроэнергии. При этом местные власти фактически запретили местным электросетям прекра- щать подачу энергии на заводы-должники, угрожая в против- ном случае уволить все руководство «Башкирэнерго».

Некоторым крупнейшим производителям удавалось облег- чить себе решение сбытовых проблем, вынудив федеральное правительство осуществить протекционистские меры и раз- личными способами (повышением ввозных пошлин, квотиро- ванием импорта и т.д.) ограничить доступ иностранных това- ров на российский рынок.

Анализируя ситуацию с индивидуальными льготами, полу- ченными некоторыми предприятиями от органов власти, мож- но сказать, что во многих случаях они действительно помогли производителям приспособиться к кризисным явлениям и в определенной степени сохранить свой производственно- технологический потенциал. Более того, само по себе создание

190

внебюджетных фондов, осуществление протекционистских мер и прочих форм государственной поддержки, на наш взгляд, не было ошибкой. Они вполне могли и даже должны были стать важными элементами государственной промыш- ленной политики, столь необходимой для реструктуризации российской экономики. Однако существовавшая в тот период практика предоставления индивидуальных льгот не была ос- нована на какой-то внятной концепции господдержки, а явля- лась, как правило, следствием политического веса конкретных руководителей, личных связей между чиновниками и произ- водственниками и т.п. Как следствие, государственная помощь предприятиям носила хаотичный характер, не имела какой- либо внутренней логики и мало способствовала решению мак- роэкономических проблем. В результате такого подхода наи- более значительные льготы получал «Газпром», и без того на- ходившийся в весьма благоприятной финансовой ситуации. А многие обрабатывающие производства, которые имели очень значительный потенциал и, получив относительно небольшую поддержку, могли бы восстановить свою конкурентоспособ- ность и превратиться в полноценные локомотивы экономиче- ского развития, тем временем рухнули.