Методология исследовательских программ Лакатоса

Если рассмотреть концепцию Шпенглера через призму идей, развиваемых в философии науки (мы определяем подобный методологический прием как концептуальную мутацию), то выясняется, что из всех моделей процесса научного познания к Шпенглеру ближе всего модель, построенная в свое время Имре Лакатосом и получившая наименование «методология исследовательских программ»^[92].

История науки, по Лакатосу, это история конкурирования различных исследовательских программ, которые представляют собой совокупность теорий, сходных в структурном и концептуальном отношении и базирующихся на одном и том же

эмпирическом базисе^[93]. Исследовательская программа включает в

себя конвенционально принятое «жесткое ядро» и защитный пояс

102

вспомогательных гипотез .

Утверждения «жесткого ядра» практически неопровержимы, поскольку их всегда можно защитить от фальсификации, введя в защитный пояс соответствующие вспомогательные гипотезы. Например, контрпримеры, опровергающие закон сохранения энергии, превращаются в подтверждающие примеры, посредством введения новых форм энергии. Аналогичным образом Фрейд, столкнувшийся с контрпримерами, опровергавшими представление об Эросе как об основном инстинкте, вводит второй основной инстинкт - Танатос, позволяющий трансформировать обнаруженные контрпримеры в эмпирические подтверждения психоанализа.

Лакатос разделяет исследовательские программы на прогрессирующие и регрессирующие. Первые удачно предсказывают новые эмпирические факты и объясняют феномены, обнаруженные случайно, либо открытые в других программах. Регрессирующие программы дают лишь запоздалые объяснения того, что и так объяснено в рамках других программ^[94].

Лакатос приходит к выводу, что программа может быть ложной и даже логически противоречивой, главное - ее продуктивность.

Дело в том, что успеха в науке можно добиться только посредством открытия нового эмпирического знания, поэтому истинная, но абсолютно бесплодная программа не может привлечь внимания научного сообщества. Как говорил один из немецких профессоров Максу Планку, поделившемуся с ним желанием посвятить жизнь физике: «Молодой человек, не губите себя! В физике уже все открыто». Как известно, из логического противоречия можно вывести все, что угодно, в том числе и истинные следствия. И если частота подобных выводов достаточно велика, соответствующая программа может оказаться привлекательной для научного сообщества.

Вместе с тем, ни одна из программ, как бы она не регрессировала, не может отстать настолько, чтобы можно было поставить на ней окончательный крест. Любую программу можно защищать сколь угодно долго, другое дело, что это может отрицательно сказаться на карьере ученого, тяготеющего, как все люди, к выбору более легких путей. Иначе говоря, выбор между программами осуществляется у Лакатоса не столько по логическим (большая вероятность истинности), сколько по социологическим критериям (большая продуктивность, то есть большая вероятность достижения успеха).

5.6.