§ 2.1. Договор как правовое средство обеспечения франчайзинга

Для осуществления (обеспечения) франчайзинга необходимо обладать соответствующими правовыми средствами. При этом набор правовых средств и форм их осуществления должен быть установлен для различных бизнес-

117

моделей (проектов) франчайзинга .

Как справедливо указывал в свое время Д.Д. Гримм, любое исследование начинается с ответа на вопрос о том, «какую область явлений мы желаем изучить и по возможности объяснить, и потому немыслимо судить

о предмете исследования, не обособив его предварительно и не очертив его

118

границы» .

Ранее отмечалось, что отношения франчайзинга возникают и развиваются как в гражданско-правовой, так и публично-правовой сферах, соответственно этому различаются и средства. Публично-правовые средства обеспечения отношений франчайзинга мы рассмотрим в § 2 настоящей главы.

Согласно выбранной модели (проекта) и стратегии франчайзинга используются разные частноправовые средства его осуществления, поскольку каждому проекту франчайзинга должны соответствовать органично необходимые договорные конструкции, оформляющие взаимные права и обязанности участников конкретного проекта. Обычно франчайзинг опосредуется через различные системы договорных связей. Под системой договорных связей в сфере франчайзинга следует понимать совокупность договоров, заключение которых является условием достижения экономических целей предпринимательской деятельности, основанной на ^{[108] [109] договоре франчайзинга. Такая система связей имеет определенную структуру, проявляющуюся в упорядоченности заключения договоров и взаимосвязи их условий.}

Согласно ГК РФ эти отношения регулируются договором коммерческой концессии (ст. 1027 ГК РФ). В соответствии с ним правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности, на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Такой договор обоснованно считается взаимным, двусторонне обязывающим, возмездным, консенсуальным, каузальным, срочным или бессрочным^[110], предпринимательским^[111]. После принятия ФЗ «О

франчайзинге», предполагаем, систематизирующее место вместо договора коммерческой концессии займет договор франчайзинга.

Надо отметить, что даже после уточнений ГК РФ сохраняются неясности относительно того, что же именно «предоставляется». Казалось бы,понятно - «комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав». Но далее (п. 2) речь идет уже об использовании «деловой репутации и коммерческого опыта», которыетакже должны быть как-то «предоставлены» (во всяком случае, ими как-то должно быть дозволено пользоваться).

В целом в доктрине и судебной практике сложилось понимание того, что следует считать входящим в понятие «комплекс», возможность использования каких исключительных прав предоставляется. Это прежде всего права на товарный знак (знак обслуживания). Наличие прочих исключительных прав в составе «комплекса» лишь допустимо (это может быть исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец, коммерческое обозначение, ноу-хау). В литературе описан первый в России факт передачи в 1996 г. по договору коммерческой концессии прав на использование обозначений, а также 35 изобретений и семь промышленных образцов, от правообладателя - компании «Колгейт- Палмолив», США, пользователю - АО «Колгейт-Палмолив», РФ .

Иногда можно встретить возражения относительно возможности использования в составе франшизы права на авторские произведения и селекционные достижения^{[112] [113] [114]}. Но это, скорее, недоразумение, связанное с тем, что права в отношении таких объектов просто редко предоставляются, хорошо известны передачи в составе франшизы компьютерных программ, в отношении которых действует правовой режим авторских произведений.

Права в отношении фирменных наименований передаваться не могут в силу их природы и национальной регистрации, невозможности какого-либо оборота (иной передачи), здесь возникновение исключительного права

~ 123

приурочено к включению наименования в соответствующий реестр .

Л.А. Трахтенгерц, говоря о коммерческом обозначении, приходит к выводу, что «речь при этом идет о сокращенном фирменном наименовании - условном словесном обозначении, фирменном знаке, логотипе и т.п., составляющем часть фирменного наименования»^{[115] [116], далее автор ссылается на наименования «макдональдс», «HP» (Хьюлет Паккард-Hewlett-Packard), «мерседес», «кока-кола» и т.п. Но сегодня, в том числе в связи с действием ст. 1538 ГК РФ, это утверждение неточно. В соответствии с положениями ст. 6-bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности коммерческое обозначение не требует регистрации, но оно охраняется в силу общеизвестности. А индивидуализирует оно именно «предприятие» (см. п. 2 ст. 1538 ГК РФ) в значении равном или близком значению этого слова в ст. 132 ГК РФ (но не организацию-правообладателя!). Следовательно, фирменное наименование, если и может как-то отражаться в коммерческом обозначении, все же не совпадает с ним . При этом не следует исключать споров относительно того, является или не является то или иное коммерческое обозначение таковым; от франчайзера может потребоваться доказать, что его усилия привели к тому, что состав оборудования, уровень подготовки кадров франчайзи способны обеспечить такое же по качеству производство товаров, услуг как и у самого франчайзера.}

Касательно коммерческих обозначений вообще нужна оговорка: в отношении их возникает особое исключительное право, имеющее специальный режим уже потому, что такие обозначения не требуют государственной регистрации и в решающей степени зависят от «известности», действие их прекращается в облегченном порядке^{[117] [118] [119].}

Но не ясно, следует ли признавать договором коммерческой концессии договор, по которому передается лишь право на использование изобретения или, скажем, полезной модели? Некоторые авторы полагают, что в «комплекс исключительных прав» в обязательном порядке включается право на товарный знак .

Полагаем, существо рассматриваемых отношений заключается в возможности связать реализуемый товар и технологии с определенным «именем», воплощенным в соответствующем обозначении франчайзера. В связи с этим было бы правильным в нормативном порядке прямо указать, что в «комплекс», указанный в п. 1 ст. 1027 ГК РФ, обязательно входит исключительное право на товарный знак и (или) коммерческое обозначение. Остальные могут входить, а могут и не входить. Анализ судебной практики свидетельствует, что при решении вопроса о том, надо ли непременно передавать именно «комплекс» прав или же допустимо предоставить право на один объект (например, предоставить право пользоваться товарным знаком), достаточно предоставить возможность использовать товарный знак. По сути, предоставление права его использовать воспринимается как конститутивный признак сегодняшней коммерческой концессии .

В судах встречаются случаи неправильной квалификации отношений при коммерческой концессии, есть случаи, когда суды общей юрисдикции

признавали «продажу бизнеса» договором, сочетающим признаки купли- продажи и коммерческой концессии, а также франчайзинга (?!) .

Кроме того, сделки, поименованные как «коммерческая концессия», нередко прикрывают незаконные сделки, в том числе по уступке прав по

130

договорам долевого участия в строительстве квартир .

Договоры коммерческих организаций об обучении граждан определенным навыкам и технологиям не могут быть квалифицированы как

131

договор коммерческой концессии .

В случае отчуждения исключительного права франчайзером другому лицу, лицензионный договор не прекращает действия (п. 7 ст. 1235 ГК РФ), с учетом п. 4 ст. 1027 ГК РФ это положение относится и к договору коммерческой концессии. Данное обстоятельство порождает ряд вопросов, в том числе о том, кому именно должны производиться платежи; сложилось обоснованное мнение, что это должен быть новый правообладатель .

Если же прекращена правовая охрана товарного знака по обстоятельствам, указанным в ст. 1514 ГК РФ, то следует считать

133

прекратившим действие и договор франчайзинга .

Следует отметить, что в судебной практике считается допустимым изменение средства индивидуализации без прекращения самого договора. Так, суд кассационной инстанции признал, что договор коммерческой концессии сохранил силу, несмотря на то что коммерческое обозначение ^{[120] [121] [122] [123] [124]}

франчайзера была зарегистрировано как товарный знак^{[125] [126].}

Поскольку в основе франчайзинга лежит предоставление комплекса исключительных прав, при отсутствии в составе франшизы исключительных прав заключенный договор подлежит переквалификации . Подобные ситуации, как представляется, могут возникать, например, если исключительное право прекратило действие или, скажем, было признано недействительным. Если между сторонами сложились и другие отношения, например, по использованию оборудования, то в связи с изменением предмета данный договор должен быть переквалифицирован на договор аренды.

Существенно, что в судебной практике сложилось обоснованное мнение о том, что отсутствие у франчайзера на момент заключения договора исключительных прав само по себе не должно приводить к признанию договора недействительным или ничтожным. «Договор коммерческой концессии является консенсуальным договором и считается заключенным по достижении сторонами соглашения по всем его существенным условиям. Закон не связывает момент заключения договора с наличием у передающей его стороны комплекса исключительных прав ... Действительное же наличие либо отсутствие у ответчика права на товарный знак, на полезную модель в момент заключения договора коммерческой концессии относятся к сфере исполнения такого договора, а не к моменту его заключения»^[127].

В контексте действующей редакции п. 2 ст. 1028 ГК РФ этот вывод должен быть скорректирован: даже если договор и считается заключенным, то не считается переданным комплекс исключительных прав (закон говорит о том, что «несостоявшимся» является лишь «предоставление прав»).

Таким образом, если не было регистрации предоставления комплекса исключительных прав (ранее - самого договора), договор может быть признан или недействительным , или несостоявшимся (незаключенным) . Такое различие решений (и подходов) обычно связано с тем, может ли договор существовать без регистрации предоставления прав. В частности, суды ссылаются на п. 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», предусматривающий, что сторона договора, не прошедшего необходимую государственную регистрацию, не вправе ссылаться наего незаключенность. В таких случаях требуется выяснить, какие именно права предоставлялись, являлась ли предоставляющая сторона правообладателем и т.п. При этом в силу ст. 180 ГК РФ, недействительность лишь части условий договора (о предоставлении прав) не требует признавать весь договор недействительным .

Иногда предпринимаются попытки расширить перечень ситуаций, способных быть квалифицированными как договор франчайзинга, например, пытаясь добиться признания им договоров, по которым передается тот или иной электронный контент (базы данных). В судебной практике не признаются договорами коммерческой концессии договоры, по которым лишь предоставляется тот или иной объем информации, а не разрешение

140

использовать комплекс исключительных прав .

Механизм наделения правами на указанные объекты заслуживает ^{[128] [129] [130] [131]}

отдельной оценки и в принципенуждается в самостоятельном исследовании. В данном случае отметим лишь, что франчайзинг не равнозначен лицензионному договору (ст. 1235 ГК РФ), тем более не может восприниматься как договор об отчуждении исключительного права (ст. 1234 ГК РФ); правообладатель (франчайзер) при любом составе условий им и остается. Существенно, что в обновленной редакции ст. 1028 ГК РФ речь идет не о «передаче» исключительного права, а именно о «предоставлении ... права использовать» соответствующие права. Да, в соответствии с п. 4 ст. 1028 ГК РФ по договору коммерческой концессии применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, но «если это не противоречит положениям» гл. 54 и существу договора коммерческой концессии. Таким образом, по существу сформирован особый способ правонаделения в отечественном праве (это не отрицает необходимости дальнейших исследований формирования полномочий франчайзи).

Применительно к коммерческому обозначению фактически установлен особый порядок предоставления права использования^{[132] [133]. И потому, что в соответствии с п. 2 ст. 1540 ГК РФ установлен ряд ограничений , и потому, что п. 5 этой статьи допускает предоставление такого права в порядке, предусмотренном договором аренды предприятия (ст. 656), и потому, что лицензионный договор в отношении коммерческих обозначений не применяется. Регистрационные процедуры проводятся лишь в том случае, когда такое право предоставляется в составе франшизы.}

О наличии специфики появления права использовать обозначения по договорам коммерческой концессии неоднократно отмечалось в

литературе^{[134] [135]. Так или иначе, но возможность использования}

соответствующих исключительных прав должна быть как-то предоставлена (говорить о «передаче» в данном случае было бы неверно). В судебной практике встречаются дела, где суды специально отмечают, что фактически права «не предоставлены» . Кроме того, судами отмечается, что законодательством не предусмотрен сам момент, когда такие права считаются предоставленными^[136]. Полагаем, такой момент должен определяться прежде всего в договоре и быть приурочен к передаче необходимой документации, оборудования, иных вещей, а также совершения действий, в результате которых и возникает реальная возможность использовать права в достаточном объеме. В качестве дополнительного аргумента уместно сослаться на письмо Минфина РФ от 4 сентября 2008 г. № 03-03-06/01/509^[137], в котором отмечается, что ГК РФ не содержит положения, предусматривающего, что условия договора коммерческой концессии применяются с момента совершения регистрационных процедур; поэтому учетные операции могут быть связаны с днем начала использования комплекса исключительных прав. В этом есть логика, в том числе и потому, что сама по себе регистрация «предоставления комплекса прав» может не дать возможность реально использовать их (например, если не передан товар, маркированный знаком франчайзи). Впрочем, сама действующая редакция п. 3 ст. 1027 ГК РФ «подсказывает» возможность различных вариантов определения этого момента: правила о лицензионном договоре подлежат применению лишь постольку, поскольку не противоречат гл. 54 ГК РФ и существу договора концессии.

Регистрация предоставления «комплекса исключительных прав» пока осуществляется в соответствии с ранее утвержденным Административным регламентом . После проверки заявления (в пределах 10 дней) в течение двух месяцев заявление изучается «на соответствие регистрации» (п. 7.5.1— 7.7), далее принимается решение о регистрации или об отказе в регистрации. При положительном решении на каждом из двух экземпляров делается отметка о регистрации с указанием номера и даты регистрации (п. 10.1.5), сведения о регистрации публикуются в официальных изданиях Роспатента. Замена государственной регистрации договора актом регистрации предоставления комплекса исключительных прав отражает общую тенденцию отказа от регистрации именно договоров (что видно и в случае с отказом от государственной регистрации сделок с недвижимостью) и в литературе оценивается положительно . Следует отметить, что при регистрации предоставления комплекса исключительных прав фактически осуществляется и проверка отсутствия нарушений прав других лиц, т.е. реализуется контрольная функция (в п. 7.10 названы и критерии, которым должны удовлетворять представленные материалы)^{[138] [139] [140].}

Официальная статистика пока не дифференцирует обычные лицензионные договоры и договоры коммерческой концессии. В 2014 г. зарегистрирован 8461 лицензионный договор и договор коммерческой концессии в отношении 15 661 товарного знака (на 1,6% ниже по сравнению с 2013 г. и не достигло уровня 2012 г.). При этом доля товарных знаков в договорах, в которых в качестве стороны, предоставляющей право, выступает российское лицо, составляет 11 840 или 75,6%, в то время как доля товарных знаков в договорах, в которых в качестве стороны, предоставляющей право, выступает иностранное лицо, составляет 3821 или 24,4% соответственно^[141].

Закон предусматривает письменную форму договора франчайзинга, а п. 2 ст. 1028 ГК РФ устанавливает необходимость осуществить государственную регистрацию предоставления права использования комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав во ФСИС. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся.

Если несоблюдение письменной формы неизбежно влечет признание договора незаключенным^[142], то несколько иначе должен решаться вопрос об отсутствии акта государственной регистрации. Если заключенный договор может быть квалифицирован иначе, нежели договор коммерческой концессии, то только поэтому он не может считаться незаключенным или недействительным, а права и обязанности должны оцениваться как возникшие и подлежащие защите^[143].

Что касается использования деловой репутации правообладателя, то вызывает недоумение предложение законодателя использовать деловую репутацию франчайзера в «определенном объеме».Деловая репутация не может использоваться в каком-либо объеме. Она либо не используется, либо используется, поскольку именно франчайзер отвечает своей репутацией за действия (бездействие) франчайзи. Наконец, она не может передаваться, так как в силу своей сущностной специфики неотчуждаема, речь может идти лишь о дозволении франчайзера ссылаться на взаимодействие с ним, его

153

авторитет, имя, возможности и т.п.

Законодатель не относит к существенным условиям договора коммерческой концессии условие о постоянном техническом и консультационном содействии пользователю со стороны правообладателя с целью обеспечения необходимого качества производимых им по договору (т.е. под маркой правообладателя) товаров, выполняемых работ или оказываемых услуг, ставя его в зависимость от усмотрения сторон (п. 2 ст. 1031ГК РФ). Тем самым франчайзеру (правообладателю) предоставляется возможность самому выбирать правомерный вариант поведения и привлекать сторонние организации (аутсорсеров) для технического и консультационного содействия пользователю. Обязательным с точки зрения договора коммерческой концессии является только инструктаж пользователя и его работников по всем вопросам, связанным с осуществлением переданных ему правообладателем прав (п. 1 ст. 1031 ГК РФ). Однако и эту обязанность правообладатель может исполнить путем привлечения третьих лиц, обладающих необходимыми знаниями и умением.

Поскольку к договору коммерческой концессии (исходно, если это не противоречит его существу) применяются правила о лицензионном договоре (п. 4 ст. 1027 ГК РФ), то к такому договору должны применяться правила п. 6 ст. 1235 ГК РФ, устанавливающие, что существенными условиями договора коммерческой концессии являются:

1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору с указанием в соответствующих ^[144] случаях номера и даты выдачи документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство);

2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Кроме того, существенным условием договора коммерческой концессии является установление размера вознаграждения правообладателю (франчайзеру).

Франчайзинг предполагает не только предоставление комплекса исключительных прав, но и наличие у франчайзи соответствующего оборудования, сырья и материалов для организации бизнеса под маркой франчайзера. В связи с этим франчайзер в рамках осуществления отношений франчайзинга бизнес-формата неизбежно инвестирует в деятельность франчайзи определенные средства, передает оборудование, сырье (материалы) для изготовления товаров (оказания услуг, выполнения работ) под маркой франчайзера, обучает персонал франчайзи стандартам ведения бизнеса франчайзера. Совершая определенные инвестиции, правообладатель (франчайзер) должен иметь возможность осуществлять контроль и надзор за соблюдением франчайзи стандартов ведения бизнеса и соответственноконтролировать надежность возврата своих инвестиций.

В судебной практике в отношении пакета технологий, передаваемых франчайзером, также используется термин «стандарт». Например, в одном из дел такой стандарт содержал «технологию оформления магазинов, включая авторские права на дизайн магазинов и дизайн вывесок, оформление витрин, технологии закупок товаров, продаж товаров, размещение товаров на полках

154

магазинов ... консультирование покупателей и т.д.» .

Судебная практика лояльно относится к случаям, когда в договор франчайзинга включаются права и обязанности, не связанные с объектами ^[145] интеллектуальной собственности (например, по хранению товаров, оказанию услуг и пр.). В таких случаях обычно следует квалификация договора как смешанного (п. 3 ст. 421 ГК РФ). Однако договор коммерческой концессии не может иметь своим единственным предметом действия, предусматриваемые иным поименованным или непоименованным договором. Так, в одном из дел кассационной инстанцией было установлено, что «действительная воля сторон была направлена на предоставление ответчиком истцу права оказывать на территории аэровокзального комплекса услуги по упаковке багажа пассажиров с применением видов упаковки с помощью машинного или ручного типа и производить реализацию товаров посредством вендинговых аппаратов», такой договор не является договором коммерческой концессии.Кассационный суд не согласился с мнением апелляционной инстанции, признавшей договор незаключенным: хотя он и не является договором коммерческой концессии, он все же был заключен и исполнен, по существу является непоименованным договором, что не исключается законодателем^[146].

Однако необходимо учитывать, что излишняя правовая нагрузка на договор коммерческой концессии, т.е. придание ему характера смешанного договора будет отрицательно сказываться на ведении бухгалтерского учета операций в рамках осуществления франчайзинга.

Таким образом, обязательным элементом категории «комплекс исключительных прав» (франшиза) является исключительное право на товарный знак (знак обслуживания), остальные исключительные права - на изобретение, полезную модель, секрет производства (ноу-хау) и др. могут и не предоставляться. Это объясняется тем, что задача франчайзинга - установление связи между осуществляемой предпринимательской деятельностью по реализации товара (работы услуги) и определенным «именем», воплощенным в соответствующем обозначении франчайзера. Сложивший механизм предоставления права использовать комплекс исключительных прав в соответствии с п.1 ст. 1027 ГК РФ - это самостоятельный способ наделения правами, не совпадающий с “tradicio” (ст. 223-224 ГК РФ) и «принципом (началом) внесения» (относительно прав на объекты недвижимости). Поскольку сами исключительные права в таком случае не передаются, сохраняется ряд неопределенностей, негативно влияющих на практику развития франчайзинга и требующих разрешения. Норма о необходимости государственной регистрации «предоставления» комплекса исключительных прав при коммерческой концессии (п.2 ст. 1028 ГК РФ) не предопределяет момента «предоставления» этих прав. Правило п.3 ст. 1027 ГК РФ допускает возможность различных вариантов его определения, правила же о лицензионном договоре подлежат применению лишь постольку, поскольку не противоречат главе 54 ГК РФ и существу договора коммерческой концессии. В связи с этим, для возникновения данных возможностей у франчайзи недостаточно акта регистрации, поскольку требуется предоставить (передать) необходимые документы, товар, оборудование, иные объекты, позволяющие реально использовать соответствующие права в достаточном объеме.

Помимо договора франчайзинга, а в соответствующих случаях лицензионного договора, договора поставки (условно-основные договоры), в целях достижения цели и исполнения обязанностей часто требуется заключение и вспомогательных договоров, состав которых зависит от сопутствующих отношений, необходимых для реализации определенного проекта франчайзинга. Так, правообладатель или пользователь может привлечь патентного поверенного для подготовки и подачи документов в Федеральную службу по интеллектуальной собственности (далее - ФСИС) для государственной регистрации предоставления права использовать исключительные права франчайзера; ряд действий осуществляет входящий во ФСИС ФГУ «Федеральный институт промышленной собственности Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам» (далее - ФИПС). Более того, в силу п. 2 ст. 1247 ГК РФ иностранные юридические лица могут вести дела с ФСИС только через патентных поверенных, зарегистрированных в установленном порядке.

В силу положений ст. 4 Федерального закона о патентных поверенных они могут действовать от имени доверителя, заказчика или работодателя, т.е. на основании договора поручения, договора о возмездном оказании услуг или трудового договора.

В случае осуществления проекта внешнего франчайзингабизнес-формата правообладателем выступает франчайзер (поставщик, лизингодатель), который является нерезидентом Российской Федерации. Если при этом он не осуществляет свою деятельность на территории Российской Федерации ни лично, ни через представительство, то он получает определенные налоговые преференции. В частности, если франчайзер (поставщик) напрямую заключает с патентным поверенным договор о возмездном оказании услуг, то Российская Федерация не может быть признана местом реализации таких услуг и, следовательно, в этом случае НДС не взимается (п. 4 ст. 148 НК РФ). Освобождение от уплаты НДС позволяет снизить стоимость услуг патентного поверенного на величину НДС (18%).

В соответствии с договором возмездного оказания услуг патентный поверенный обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст. 779 ГК РФ). Как отмечал Высший Арбитражный Суд РФ, предметом отношений по возмездному

оказанию услуг являются именно определенные действия или определенная деятельность, приводящая к определенному результату^[147].

Между тем анализ судебной практики выявил две позиции судов по вопросу согласования предмета договора в части конкретизации действий, которые должен совершить исполнитель для заказчика.

Согласно первой в договоре должны быть указаны вид и объем услуг, т.е. конкретные действия, которые исполнитель услуг обязан совершить для заказчика . В соответствии со второй позицией для определения предмета договора возмездного оказания услуг достаточно указать в нем лишь определенную деятельность исполнителя без объема услуг.

По мнению Президиума ВАС РФ, при рассмотрении споров необходимо исходить из того, что данный договор может считаться заключенным, если в нем перечислены определенные действия, которые обязан совершить исполнитель, либо указана определенная деятельность, которую он обязан осуществить. Когда предмет договора обозначен указанием на конкретную деятельность, круг возможных действий исполнителя может быть определен на основании предшествующих заключению договора переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев делового оборота, последующего поведения сторон и т.п. В нашем случае содержание конкретной деятельности поверенного (исполнителя) может быть определено из закона о патентных поверенных.

Полномочия патентного поверенного фиксируются в доверенности. При этом доверенность, выданная в иностранном государстве, может быть легализована путем проставления на ней апостиля^{[148] [149].}

В результате оказания услуг патентным поверенным заказчик (правообладатель, франчайзер) должен получить оба экземпляра договора (свой и франчайзи) с отметкой ФСИС о дате и номере регистрации совершенного действия. Поверенный должен передать их заказчику по акту приема-передачи. Если вести дела по регистрации франчайзер поручаетдругому лицу, то пошлину (регистрационный сбор) уплачивает

160

сам

Перемещение товаров через таможенную границу делает целесообразным привлечение таможенного представителя. Отношения таможенного представителя и декларанта (иного заинтересованного лица) должны строиться на основе договора. При оказании услуг по декларированию договор заключается непосредственно между декларантом и таможенным представителем (п. 3 ст. 60 Федерального закона о таможенном регулировании в РФ)^[150].

Вместе с тем договор между таможенным представителем и декларантом по своей правовой природе не может быть договором об оказании услуг, в силу которого исполнитель по заданию заказчика совершает действия или осуществляет определенную деятельность.

В силу положений ст. 12 Таможенного кодекса Таможенного Союза таможенныйпредставитель совершает от имени и по поручению декларанта или иных заинтересованных лиц таможенные операции, что является квалифицирующим признаком отношений принципала-агента, которые должны оформляться агентским договором^[151].

В силу ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору агент обязуется за вознаграждение совершать по поручению принципала юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала. Очевидно, что в случае привлечения в качестве агента таможенного представителя все права и обязанности в результате совершения последним таможенных операций приобретает принципал (декларант).

Агентский договор между таможенным представителем и декларантом отвечает признакам публичного договора, поскольку в силу п. 4 ст. 60 Федерального закона о таможенном регулировании в РФ отказ таможенного представителя от заключения договора при наличии у него возможности оказать услугу или выполнить работу не допускается, за исключением случаев, когда исполнение такого договора будет выходить за сферу деятельности таможенного представителя, а также когда у таможенного представителя имеются достаточные основания полагать, что действия или бездействие декларанта или иного заинтересованного лица являются противоправными и влекущими уголовную либо административную ответственность в области таможенного дела. Он не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим лицом в отношении заключения договора, за исключением предоставления льгот в отношении цены и иных условий договора для отдельных категорий представляемых лиц.

Специальным условием договора между декларантом и таможенным представителем является условие о предоставлении таможенному представителю права уплачивать таможенные пошлины, налоги и сборы. В случае отсутствия такого условия в договоре таможенный представитель не вправе уплачивать пошлины и налоги, а обязанность по уплате пошлин и налогов лежит непосредственно на декларанте (п. 5 ст. 60 Федерального закона о таможенном регулировании в РФ).

Правовое положение таможенного представителя специфично еще и потому, что он несет солидарную с декларантом ответственность за уплату необходимых пошлин и налогов (п. 6 ст. 60 указанного Закона). При этом само по себе отсутствие в договоре условия о предоставлении таможенному представителю возможности совершения таких платежей не освобождает его от этой ответственности. Таким образом, в агентском договоре целесообразно предусматривать обязанность декларанта перечислять на счет таможенного представителя авансовый платеж в размере подлежащих уплате таможенных платежей.

Особое место в отношениях между таможенным представителем и декларантом должно занимать разрешение вопроса об уплате штрафов и иных санкций при нарушении таможенного законодательства.

В соответствии со ст. 17 Таможенного кодекса Таможенного союза за несоблюдение требований таможенного законодательства ответственность несет таможенный представитель. Если по вине декларанта таможенный представитель допустит административное правонарушение,

предусмотренное ст. 16.2 КоАП РФ (недекларирование либонедостоверное декларирование товаров и (или) транспортных средств), и будет привлечен к административной ответственности, то в агентском договоре должна быть предусмотрена возможность компенсации ущерба таможенного

представителя за счет декларанта. При этом ущерб, понесенный таможенным представителем от штрафов за административный проступок, может быть ему компенсирован только при наличии вины декларанта.

Особенностью агентского договора с таможенным представителем является невозможность признания его не заключенным в случае, если в отношении товаров, перемещаемых через таможенную границу, уже совершены таможенные процедуры. Но, думается, в этом сказывается, скорее, невозможность применения норм о реституции (п. 2 ст. 167 ГК РФ) и возврат сторон в первоначальное положение.

В систему сопровождающих (дополнительных) договорных связей франчайзинга может быть включен и договор банковского счета. Это обусловлено необходимостью открытия валютного счета в коммерческом банке для осуществления расчетов по договору поставки и договору коммерческой концессии. Валютный счет необходим для покупки-продажи иностранной валюты и перевода валюты за рубеж в счет оплаты поставленного оборудования и материалов. Кроме того, валютный счет необходим для перечисления платежей за пользование средствами индивидуализации поставщика (франчайзера), передаваемые подоговору коммерческой концессии (паушальный платеж и роялти). При этом банк, являясь агентом валютного контроля, должен по заявлению пользователя (франчайзи) оформить паспорт импортной сделки для осуществления таможенных операций в отношении перемещаемого через таможеннуюграницу оборудования и материалов.

Уже отмечалось, что альтернативой покупки необходимых для внешнего франчайзинга бизнес-формата помещений является их аренда. В связи с этим оправданно включение в договорную модель отношений внешнего франчайзинга бизнес-формата договора аренды недвижимого имущества. Общие положения о договорах аренды нежилых помещений достаточно исследованы^[152], отметим лишь следующее.

Договор аренды нежилых помещений в зданиях или сооружениях, а также самих зданий или сооружений должен составляться в форме единого документа. При этом договор аренды здания или сооружения, заключенный на срок не менее года, подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 2 ст. 615 ГК РФ к договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами. Вместе с тем ни ГК РФ, ни Федеральный закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»^[153] не содержат положений, исключающих требование п. 2 ст. 651 ГК РФ (обязательная госрегистрация договора аренды здания или сооружения, заключенного на срок не менее года) для договоров субаренды.

Судебная практика исходит из того, что договор аренды здания (сооружения) или нежилых помещений, заключенный на срок не менее года, подлежит обязательной государственной регистрации. Такой договор при отсутствии госрегистрации считается незаключенным. Вместе с тем договор аренды здания или сооружения, заключенный (возобновленный) на неопределенный срок, не подлежит государственной регистрации.

По вопросу отнесения размера арендной платы к существенным условиям договора аренды существует две позиции судов. Первая - размер арендной платы является существенным условием договора аренды помещений^[154], вторая - размер арендной платы не является существенным условием договора аренды помещений^[155]. В такой ситуации можно рекомендовать сторонам договора аренды нежилых помещений в зданиях и сооружениях, во избежание правовой неопределенности указывать в договоре аренды размер арендной платы.

Привлечение рекламных и маркетинговых агентов для продвижения товаров франчайзера обуславливает необходимость включения в договорную модель внешнего франчайзинга бизнес-формата также агентские договоры.

Агент (посредник) может действовать как от своего имени, так и от имени того, кто дал ему поручение (принципала) (в этом отличие агентского договора от других посреднических договоров - поручения и комиссии). Только в первом случае все права и обязанности в результате выполнения поручения переходят к агенту, а во втором - к принципалу. И если агент заключил по поручению принципала договор от своего имени, отвечать за нарушение или неисполнение этого договора будет именно агент. В связи с этим, согласовывая условия агентского договора, необходимо определить, от чьего имени действует агент при выполнении поручения^[156].

Для агентского договора характерно предоставление агенту более обширных возможностей действовать в интересах принципала. В частности, агенту может быть поручено проводить как рекламную кампанию, так и маркетинговые исследования. Подобная деятельность, как правило, предполагает установление между агентом и принципалом более длительных отношений, нежели складывающихся при поручении и комиссии, т.е. специфика агентского договора состоит в многократности оказания услуг в сочетании с их многообразием^[157].

Отношения, возникающие из агентского договора, регламентируются нормами гл. 52ГК РФ «Агентирование». Кроме того, к ним применяются правила ГК РФ о договорах поручения и комиссии, учитывая некоторое сходство между ними и агентским договором. Нормы о договоре поручения (гл. 49ГК РФ) применяются к агентскому договору, по которому агент действует от имени принципала, а правила о договоре комиссии (гл. 51ГК РФ) - к договору, по которому агент выполняет порученные действия от своего имени. Указанные правила могут использоваться для регламентации возникающих отношений, если они не противоречат специальным нормам об агентировании или существу агентского договора (ст. 1011ГК РФ).

Привлечение органов по сертификации при производстве товаров (работ, услуг) неизбежно при работе на современном рынке^[158]. По общему правилу отношения с ними оформляются путем заключения договора об оказании услуг по сертификации товаров, работ, услуг. Конкретизация услуг в предмете договора в данном случае осуществляется либо путем указания конкретного вида деятельности органа по сертификации или испытательной лаборатории, либо указанием конкретных действий, которые осуществляет орган по сертификации или испытательная лаборатория по заданию заказчика.

Конечной целью таких договоров является получение по акту приема - передачи сертификата соответствия товаров франчайзера имеющимся в России техническим регламентам. Потребность в сертификации существует и в случаях, когда требования к продукции разрабатываются и применяются добровольно; примером могут служить используемые модели франчайзинга бизнес-формата по организации фастфудов (включая сеть корпорации McDonalds на территории России).

В рамках реализации бизнес-моделей внутреннего и конверсионного франчайзинга также выстраиваются адекватные системы договорных связей. Так, при стратегии конверсионного франчайзинга отношения франчайзинга возникают в силу сложного юридического состава: 1) договора отчуждения исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности; 2) государственной регистрации перехода исключительного права на соответствующий объект; 3) договора коммерческой концессии; 4) регистрации предоставления комплекса исключительных прав.

Принципиальное значение для сохранения отношений конверсионного франчайзинга имеет стабильность состава основных участников - франчайзера и франчайзи. При этом по договору об

отчужденииисключительных прав на объекты интеллектуальной собственности могут передаваться права на отдельные объекты прежнего правообладателя, тогда как по договору коммерческой концессии прежнему правообладателю (франчайзи) будет передан именно комплекс

исключительных прав.

В рамках стратегии торгового франчайзинга правовыми основаниями возникновения, осуществления и прекращения отношений франчайзинга будут служить договоры, которые регламентируют передачу франчайзи товаров и прав на использование средств индивидуализации франчайзера. Значимым является и то,какой торговый франчайзинг осуществляется: внешний или внутренний. При реализации внешнего торгового франчайзинга необходимо учитывать право, которое будет подлежать применению для регулирования данных отношений.В соответствии с положениями п. 1 ст. 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, ГК РФ и обычаев, признаваемых в РФ. При этом, если право, подлежащее применению, невозможно определить, то применяется право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано (п. 2 ст. 1186 ГК РФ).

Статья 1210 ГК РФ предоставляет сторонам, осуществляющим внешний торговый франчайзинг, возможность самим выбрать право, подлежащее применению к их правам и обязанностям по договору (п. 1 ст. 1210 ГК РФ). Вместе с тем, если из совокупности обстоятельств дела, существовавших на момент выбора подлежащего применению права, следует, что договор реально связан только с одной страной, то выбор сторонами права другой страны не может затрагивать действие императивных норм страны, с которой договор реально связан.

Поскольку договоры, лежащие в основе внешнего торгового франчайзинга, исполняются на территории РФ, то к таким договорам должны применяться императивные нормы законодательства России и прежде всего императивные нормы, регулирующие существенные условия договоров.

В основе торгового франчайзинга должен лежать договор поставки . Вместе с тем, как было показано ранее, экономическая выгода франчайзера возникает не только от продажи товаров своему франчайзи (дистрибьютору), но и от использования франчайзи средств индивидуализации франчайзера. В связи с этим возникает вопрос о целесообразности заключения единого договора, включающего элементы договора поставки и элементы лицензионного договора на передачу права использования отдельных средств индивидуализации франчайзера как правового средства организации торгового франчайзинга.

По нашему мнению, заключение единого договора не является целесообразным по следующим соображениям.

Во-первых, такой договор по своей правовой природе будет являться смешанным (п. 3 ст. 421 ГК РФ). При этом в соответствии с положениями п. 5 ст. 1211 ГК РФ к договору, содержащему элементы различных договоров, ^[159] применяется, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, с которой этот договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан.

По праву России для заключения смешанного договора, лежащего в основе отношений торгового франчайзинганеобходимо, чтобы стороны согласовали все существенные условия, предусмотренные для различных элементов такого договора. В соответствии с положениями ст. 432 ГК РФ под существенными понимаются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе как существенные, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение^{[160] [161] [162]}. Такое понимание существенных условий позволяет определить, когда договор заключен и когда его еще нет.Следует также учитывать и ряд правовых позиций высших судебных органов по этим

172

вопросам .

Поскольку в нашем случае договор содержит элементы договора поставки и элементы лицензионного договора, то возникает проблема согласования существенных условий обоих договоров .

Во-вторых, договор поставки товаров не подлежит государственной регистрации, тогда как предоставление комплекса исключительных прав по договору коммерческой концессии требует регистрации. Отсюда может следовать вывод о том, что на регистрацию следует предоставлять весь такой (смешанный) договор (регистрация «по частям» не предусмотрена).

В-третьих, при заключении единого смешанного договора затруднен бухгалтерский и налоговый учет: в договоре поставки учитываются материальные активы, а в лицензионном - нематериальные активы.

Это означает, что реализация торгового франчайзинга должна осуществляться автономно договором поставки и лицензионным договором о передаче права использования средств индивидуализации франчайзера.

Выделение системы договорных связей в рамках разных видов франчайзинга не только не отменяет экономическую цель отношений торгового франчайзинга, но и создает дополнительные удобства основным участникам отношений торгового франчайзинга в согласовании существенных условий для каждого договора.

Правила ст. 506 ГК РФ не устанавливают каких-либо требований к существенным условиям договора поставки, следовательно, в соответствии с п. 3 ст. 455 ГК РФ условия договора поставки считаются согласованными, если договор позволяет определить наименование и количество товара. При этом, исходя из универсального принципа определенности правовых отношений, условие договора о наименовании товара должно быть сформулировано с той степенью конкретности, которая позволяет индивидуализировать объект порождаемых договором обязательств. Разумеется, каждая из сторон вправе настаивать на включении и других условий, которые в таком случае также рассматриваются как

174

существенные .

Анализ позволяет считать, что единого мнения о значении условия о сроке поставки в судебной практике не сложилось. В одних случаях срок исполнения обязательства по передаче товара признается существенным ^[163] условием договора поставки, а не при его несогласовании договор признается договором купли-продажи (нормы, регулирующие договор поставки, к нему не применяются ). Реже срок поставки признается существенным условием договора поставки без мотивации¹⁷⁶. В других случаях этот срок признается существенным, но рассматривается как «определимое условие» договора поставки, само по себе отсутствие условия о таком сроке не влечет признания договора незаключенным, а срок исполнения в этом случае определяется в соответствии со ст. 457 и 314 ГК РФ . Наконец, встречаются дела, когда срок исполнения обязательства по передаче товара не рассматривается как существенный и в соответствии с п. 1 ст. 457 ГК РФ может быть определен по правилам п. 2 ст. 314 ГК РФ. Суд, применяя ст. 457 и 314 ГК РФ, не признает срок исполнения обязательства по передаче товара существенным условием договора поставки, отмечается, что договор поставки, не содержащий такого условия, является заключенным .

Срок в поставке является несущественным условием в смысле ст. 432 ГК РФ, если только одна из сторон прямо не заявила об этом, а квалифицирующим обстоятельством поставки как таковой (в частности, для отграничения от розничной купли-продажи). Именно в этом смысле и надо толковать ст. 506 ГК РФ, где о сроке говорится как обстоятельстве, позволяющем понять, что вообще есть поставка.

Высказывания отдельных судов о том, что срок является существенным, обычно основаны на факте упоминания срока в ст. 506 ГК РФ и потому не точны¹⁷⁹, на подмене понятий (значимость выдается за «существенность» в

175Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 3 мая 2011 г. по делу № А33-10003/2010 // СПС «КонсультантПлюс».

176Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 27 июня 2011 г. по делу № А58-5980/10 // СПС «КонсультантПлюс».

177Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 24 августа 2011 г. по делу № А33-6267/2010 // СПС «КонсультантПлюс».

178Определение ВАС РФ от 17 июня 2010 г. № ВАС-7850/10 по делу № А14-12518/2009-356/20 // СПС «КонсультантПлюс».

179 См., например: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 12 сентября 2011 г. № Ф07-6700/11 по делу № А56-49607/2010 // СПС «КонсультантПлюс».

специальном правовом смысле). Наконец, срок, в том числе с учетом положений ст. 431 ГК РФ, обычно определяем исходя из намерений сторон, используемой технологии и прочих обстоятельств. Признание же договора незаключенным только потому, что в его тексте отсутствует срок, ведет к весьма тяжелым последствиям для обеих сторон.

Таким образом, в договоре поставки срок имеет значение только для квалификации договора, но не для решения вопроса о том, заключен он или нет. Тем не менее с учетом существующей неопределенности в правовой позиции арбитражных судов и до формирования правовой позиции по этому вопросу Верховным Судом РФ, сторонам может быть рекомендовано согласовывать срок поставки товаров или устанавливать в договоре порядок определения данного срока.

Иногда возникают споры и относительно признания цены товара существенным условием договора поставки. Обнаружились две противоположные позиции: 1) цена товара является существенным условием договора поставки и2) условие о цене не является существенным . На самом же деле предмета для спора быть не должно: если ни одна из сторон не настаивала на включение цены в текст договора, нет оснований считать это условием существенным в значении ст. 432 ГК РФ , в том числе с учетом универсальной нормы п.3 ст. 424 ГК РФ. С учетом реально сложившейся правоприменительной практики необходимо рекомендовать сторонам согласовывать в договоре цену товара или указывать способ ее определения.

Ассортимент товара не является существенным условием договора поставки, поэтому даже если стороны и не согласовали ассортимент ^{[164] [165] поставляемого товара, то это не может служить основанием для признания договора поставки незаключенным.}

С учетом проведенного анализа практики применения арбитражными судами законодательства, регулирующего поставку товаров, мы можем констатировать, что в договоре поставки как неотъемлемой части возникновения отношений торгового франчайзинга сторонам следует согласовать существенные условия: 1) о наименовании товара; 2) количестве товара; 3) сроке поставки товара.

Общие сведения о лицензионных договорах как компоненте

183

франчайзинга приведены ранее и в достаточной степениисследованы , поэтому отметим лишь следующее.

При передаче права использования товарного знака правообладатель обязан представить доказательства наличия у него исключительного права на знак, т.е. предоставить свидетельство, и в лицензионном договоре необходимо указать номер и дату выдачи такого свидетельства.

Отметим, что государственная регистрация товарного знака иностранного поставщика должна проводиться с учетом соответствующего приоритета товарного знака (конвенциального, выставочного или по дате международной регистрации). Таким образом, поставщик (франчайзер) должен предоставить покупателю (франчайзи) свидетельство о государственной регистрации товарного знака, выданного в РФ, поскольку именно оно подтверждает возникновение исключительного права на товарный знак и факт предоставления правовой охраны товарному знаку в Российской Федерации.

Исключение составляют общеизвестные товарные знаки, имеющие особый правовой режим (ст. 1508 ГК РФ). В целом вопросы регистрации и ^[166]

использования таких знаков определены в ГК РФ и сегодня достаточно

183 185

изучены , хотя остались некоторые сложные моменты и неясности .

С учетом проведенного анализа субъектного состава отношений торгового франчайзинга можно выделить как основные, так и

вспомогательные гражданско-правовые средства его реализации.

Общая договорная модель осуществления отношений внешнего торгового франчайзинга опирается на договор поставки и лицензионный договор (основные договорные средства). По своей правовой природе указанные договоры -консенсуальные, возмездные, взаимные

(двустороннеобязывающие).

В договорной модели внутреннего торгового франчайзинга в целом действует та же схема, но с учетом того, что оба участника являются резидентами РФ.

В основе франчайзинга лежит представление о том, что однажды найденная успешная модель, организационная и коммерческая схема ведения бизнеса, опирающаяся на сильный бренд, может быть воспроизведена многими участниками рынка. Для франчайзера он является эффективным средством расширения и развития дела, успешность которого уже доказана, распространения бренда, уже подтвердившего свою жизнеспособность и привлекательность как для потребителей, так и для самой бизнесорганизации в качестве стабильной основы ее корпоративной культуры.

По критерию необходимости включения тех или иных договоров в состав договорных моделей четко прослеживаются связи «первого уровня» (связи основных участников отношений франчайзинга). Как следует из ^{[167] [168] приведенных договорных моделей, отношения «первого уровня» образуют неразрывный синтез отношений франчайзинга и поставки, однако предмет договора поставки принципиально меняется в зависимости от стратегии франчайзинга. Так, в стратегии торгового франчайзинга предметом договора поставки всегда будет конкретный эксклюзивный товар франчайзера. Напротив, в договоре поставки в рамках стратегии франчайзинга бизнесформата предметом договора поставки будет оборудование, на котором франчайзи будет изготавливать эксклюзивный товар франчайзера, под его контролем и надзором.}

Договорные связи «второго уровня» охватывают отношения основных и факультативных участников отношений франчайзинга и представляют собой системы сопутствующих (обеспечивающих) договоров, на содержание которых правоотношение по предоставлению франшизы оказывает не столь сильное влияние.

Для предпринимателей-франчайзи механизм франчайзинга и его конкретные модели предоставляют целый ряд преимуществ, делают возможным сочетание индивидуальной предпринимательской инициативы, самостоятельной творческой активности, независимости с принадлежностью к крупной бизнес-структуре, что обеспечивает защищенность и снижение рисков. Во-первых, они получают готовые проверенные эффективные модели ведения бизнеса, успешный бренд, деловой стиль и т.д., позволяющие, даже не имея опыта, вести собственный успешный бизнес. Во-вторых, связь франчайзера и франчайзи является постоянной, и любые непредвиденные ситуации, которые неминуемо возникают, разрешаются совместно, при помощи более опытного, организованного и обладающего большими ресурсами старшего партнера. В-третьих, предприниматель-франчайзи обладает конкурентным преимуществом, которым никогда не будет обладать начинающий индивидуальный предприниматель - именем, брендом, репутацией своего старшего партнера-франчайзера. Как правило, договор франшизы предполагает определенную территорию ведения бизнеса, которую осваивает франчайзи, что делает его относительно защищенным от конкуренции.

Подводя итоги, следует отметить, чтофранчайзинг базируется на модели договора франчайзинга (до настоящего времени - договоре коммерческой концессии), но, исходя из избранной модели бизнеса и вида франчайзинга, дополняется системой иных договоров, обеспечивающих его реализацию иных договоров (договоры поставки, дистрибьюции, лизинга, возмездного оказания услуг и т.д.). Избранная модель бизнеса предопределяет не только систему необходимых договоров, но также состав лиц, влияющих на реализацию франчайзинга. При выборе франчайзинга бизнес-формата франчайзер может выступать в качестве правообладателя, поставщика лизингодателя. Франчайзи может выступать в качестве пользователя, дистрибьютора, лицензиата, лизингополучателя. Структура договорных связей при осуществлении франчайзинга вариативна, отражает их экономическое содержание, позволяя соединить индивидуальную предпринимательскую инициативу, творческую активность с принадлежностью к определенным стандартам и правилам веления бизнеса.

Состав действий участников в модели договора франчайзинга значительно отличается от действий по договору коммерческой концессии, не совпадает с ним, поскольку франчайзинг предполагает не только предоставление права использовать комплекс исключительных прав, а, как правило, предоставление права на осуществление предпринимательской деятельности франчайзи по заранее определенным правилам и стандартам франчайзера, включая комплекс исключительных прав,обучение персонала и передачу опыта, возможность получения необходимого оборудования, сырья, материалов для реализации технологий и стандартов франчайзера, и т.д. В связи с этим, модель договора франчайзинга представляется наиболее оптимальной, носящей системообразующий характер, а также

предусматривающая возможность заключения иных договоров. В то же время излишняя «нагрузка» на договор франчайзинга (коммерческой концессии) т.е. придание ему характера смешанного договора с включением обязательств по иным договорам, будет отрицательно сказываться на правопорядке в данной сфере, включая ведение бухгалтерского и налогового учета соответствующих операций.