Генезис и современное состояние корпоративных отношений в банковском секторе экономики России

В начале ХХ века российскими и зарубежными учеными-

экономистами ставился вопрос об «анализе блестящего синтеза» - поня-

26

тии финансового капитала .

Исследователи выделяют два типа отношений банков и промышленных предприятий, характерных для того времени: складывающиеся на почве повседневных кредитных операций, где «банки выступают в специфически присущей им роли институтов, дающих и создающих кредит»[18], и отношения, возникающие в связи с «выполнением банками функций посредников в доставлении промышленности новых (акционерных и облигационных) ка-

30

питалов - на почве «иррегулярных» банковских операций» . Первый тип - это торговый кредит (в том классическом понимании, что и в наше время), кредит для новых оборотных средств - оборотный промышленный кредит и капитальный кредит - Anlagekredit, то есть кредитование основного капитала. Экономисты на заре ХХ века считали, что торговый кредит не заинтересовывает банки в развитии промышленности, выплачивается из выручки от операций и является краткосрочным. Второй - оборотный кредит - заинтересовывает банк только как партия будущего товара, что принесет ему доход, но не даст серьезного импульса к развитию предприятия, так как не является «вложением в интенсификацию». Его, пожалуй, следует рассматривать как среднесрочный, зависящий от вида продукции и масштаба производства. Однако кредитование основного капитала является твердой базой существования банка и гарантирует ему постоянный минимальный доход.

С позиции начала XXI века, можно утверждать, что кредитование основных средств предприятия - это органический эволюционный шаг к выходу банков на рынок капиталов. Банки стремились, «в большинстве случаев, чтоб кредитование не превращалось «в участие в кредитной фор-

32

ме» . С другой стороны, возврат такого кредита возможен только при увеличении акционерного или облигационного капитала предприятия - путем обращения к рынку капиталов.

Выгода обеих сторон от кооперации финансово-кредитных институтов и промышленных предприятий в отношении ценных бумаг очевидна. Предприятие экономит время, получает вливания денежных средств и консультации о рынке ценных бумаг и о своем положении на нем. Банки могут получить контроль над предприятием, проводить широкие операции с ценными бумагами и зарабатывать деньги на «случайных сделках» и дорогих кредитах. Наравне с интересами банков, по И.Ф. Гиндину, существуют и интересы директоров, которые не могут быть удовлетворены исключительно регулярными операциями. В области же иррегулярных операций перед директорами открываются широкие возможности получения всякого рода доходов благодаря приближению к банку и отчасти за счет банка. Эмиссионные операции допускают особенно широкую «общность интересов» банка и его директоров: игра на бирже, операции с ценными бумагами и предоставление мест в пределах предприятий директорам банков приносит им немалый доход. Личная заинтересованность директоров и на рубеже XIX - XX веков была фактом, диктующим более активную политику банков в отношении промышленности, чем это вызывалось бы интересами «продуктивного размещения банковских активов» (Гиндин И.Ф.) не только сегодня.

Правовая среда финансово-промышленных объединений конца XIX - начала XX веков была довольно слабо определена. На рубеже веков кроме обычных банков в России широко развита сеть так называемых банкирских домов и контор.

33

тельство» . Развито в больших масштабах краткосрочное кредитование (торговое, кредитование оборотных средств). Вся эта деятельность осуществлялась на основании утвержденных правительством уставов, «строго

34

определявших круг деятельности каждого» и «порядок ведения отчетности». Законом от 22 мая 1884 года устанавливались правила закрытия и случаи ликвидации учреждения. «В середине 80-х гг. в Министерство финансов поступило много жалоб на участие банковских домов и контор в

35

биржевых спекуляциях» . С этого момента начинается особо активная разработка проектов в направлении ужесточения деятельности любых кредитных учреждений.

«В начале 1900-х гг. некоторые из банкирских заведений стали помещать краткосрочные вклады в долгосрочные операции «небанковского характера»[20]. Имелись в виду вклады в заводские и фабричные предприятия, рудники (именно вложения в основные средства). То есть, несмотря на сопротивление в правительственных кругах этому роду деятельности, капитал (осознано или нет) перетекает в экономическую базу - реальный сектор - на долгосрочной основе. Но наступивший политический и экономический кризис, который мог бы быть назван мировым, повлек банкротство и этих предприятий.

Интересно заметить, что «банкирские заведения Петербурга работали в значительной степени за счет чужих средств»[21] и занимались «главным образом биржевыми операциями за собственный счет и кредитовани-

38

ем спекулирующей публики» . Московские же банкирские заведения были более крупными, «имели относительно больше вкладов и активнее вели

39

учетную операцию» .

В первом десятилетии ХХ века на правительственном уровне было признано: банковская система России - только на начальной стадии развития, а особенно финансово-промышленные отношения.

Обратимся к эволюции финансово-промышленных: отношений периода кон ца XIX - нач ала XX в ека (рис. 6). В развитии отношений банковского и промытитленного капиталов в России выщеляют четоре периода: пРомышленнлш подъем 1890-х годов до кризиса 1900 года, депрессии 1900-1908 годов, промышленный подъем 1909-1913 годов и годы войны 1914-19 11. «Только третий период вышвил вполне развитое взаимоотношения, создающиеся на почве (финансирования промышленности банками. Первые два периода по отношению к третьему представляются как бы1 историческим предисловием, - этапами раови- тия от момента возникновения до зрелого воIяваeния интересующих нас отношаний».Четвер™й же период можно рассматривать как продолжение третьего , но из-за специфики экономини военного времени и новытх тенденцой по нашей теме, саяeанных н войн ой, его следует рассматри- свваятзьаонтндыехльснвоо. йной, его следует рассматривать отдельно.

Активное финансирование банками предприятий

Рис. 6. Развитие финансово-промышленных отношений в России

конца XIX - начала XX века[22]

Исследователи при характеристике взаимоотношений банков и промышленности этих периодов уделяют внимание главным образом петербургским банкам. Они считают, что «из других крупных банков московские (кроме Соединенного), а также Волжско-Камский, представляли собой тип банков, чуждый широкому финансированию промышленности и приближавшиеся к английским депозитным банкам»[23]. И. Левин[24] в своих первых работах отмечает и небольшую роль провинциальных банков. Существует единое мнение, характеризующее первые два периода как спекулятивные. В течение третьего периода наоборот происходили значительные вложения в промышленные проекты. Например, строительство Тверского трамвая. Но у банков не было опыта и разработанной политики финансирования реального сектора экономики. Тверской трамвай, как утверждает И.Ф. Гиндин, давал банку до последних дней его существования «жидкие дивиденды».

Банки начали набирать опыт еще во втором периоде, когда в тяжелой промышленности был застой, а здоровый органический рост наблюдался в легкой промышленности. Примерно в 1905 г. у банков - участников промышленных программ началось падение. Это можно связать с влиянием внешних факторов, в частности с революцией 1905 г., и со все еще продолжающимися спекуляциями на фондовом рынке. Одновременно намечается тенденция к углублению банков в провинцию.

С 1908-1909 гг. наступает новый этап в деятельности банков - они активно начинают финансировать промышленность, и их интересы переплетаются с судьбами многочисленных промышленных предприятий. «Только с этого времени отношения банков к промышленности складываются, как результат сознательной, продуманной политики банков (конечно, в рамках тех целей, которые себе банки ставят)»[25], и только в третьем периоде «выявляются во всей полноте как черты, вообще присущие близкой связи банков с промышленностью, так и особенности банковского финансирования промышленности в России».

В странах Запада в этот период также присутствовали эти явления в процессе создания монополий - последнего для того времени слова «новейшей фазы в развитии капитализма»[26]. Комментируя свои наблюдения,

В.И. Ленин пишет: «Но наши представления о действительной силе и о значении современных монополий были бы крайне недостаточны, неполны, преуменьшены, если бы мы не приняли во внимание роли банков»[27]. Ленин прямо не характеризует процессы рубежа XIX-XX веков. Он проводит параллель между Россией этого периода и процессами монополизации в Европе. Признается неизбежность концентрации вокруг банков и изменения в функциях банков как естественный процесс - переход от

47

«старого капитализма» к «новому». Ленин согласен с Р. Гильфердингом[28], который считал, что промышленники получают «распоряжение над капиталом... лишь при посредстве банка, который представляет по отношению к ним собственников этого капитала. С другой стороны, и банку все возрастающую часть своих капиталов приходится закреплять в промышленности. Благодаря этому он в постоянно возрастающей мере становится

48

промышленным капиталом» . В сочинениях Ленин развивает эту мысль, акцентируя на монополизации. Полемики в правительстве, ужесточение контроля над банковской сферой С.Ю. Витте, да и вообще все происходящее «в верхах» он называет смешным. Споры в Государственной думе для него - «позорная комедия»[29].

С.Ю. Витте же и его сторонники аргументируют усиление контроля над банками не только активными высокорисковыми спекуляциями кредитных учреждений, которые обостряют социальное напряжение, но также развивают идею «облегчения бремени социальной ответственности» банков. Эта идея во второй половине XIX века жарко обсуждалась и немецкими экономистами, которые много посещали США и пытались предвосхитить череду кризисов, вызванных активными спекуляциями. Эти факты, на наш взгляд, свидетельствуют, что уровень развития экономики России до революции 1917г. в среднем соответствовал уровню высокоразвитых европейских держав.

После революции 1917 года всеобщая национализация прошла и в банковской системе, которая потеряла свою относительную независимость и стала полностью подчиняться решениям советского правительства. Вертикальная организация экономической системы не позволяла банкам, не имевшим собственного капитала в современном понимании, независимо осуществлять свои собственные инициативы. В такой ситуации страна находилась до середины периода реформ 1980-х годов. Такое длительное подавление инициативы, искоренение чувства собственности и самостоятельности принятия взвешенных решений не могло не сказаться на экономике страны и банковской системе в частности. Однако уже в 1970-ые годы положение заставляет задуматься руководство СССР о пересмотре структуры экономики.

Советские экономисты тоже понимали, что тесные производственноэкономические связи, подкрепленные единым управлением, являются наиболее эффективными факторами, влияющими на производство и научно-технический прогресс непосредственно. «До 1973 г. основным первичным звеном промышленного производства были предприятия. В конце 60-х годов начался активный процесс формирования производственных объединений... С 1970 по 1973 г. ежегодно создавалось 220-270 производственных объединений»[30]. Этот процесс проходил под жестким централизованным контролем. ЦК КПСС и Совет Министров СССР постоянно регулировали его различными постановлениями: «О некоторых мероприятиях по дальнейшему совершенствованию управления промышленностью» (март 1973 г.), «Об улучшении планирования и усиления воздействия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работ» (июль 1979 г.) и другими. Предполагалось не только наладить технологическую связь между предприятиями, но и подключать научноисследовательские институты. Экономическая целесообразность создания объединений определялась тем, на сколько совместная работа нескольких промышленных предприятий эффективнее, чем их автономная деятельность. Считалось, что при формировании объединений «необходимо стремится к комплексной переработке сырья и материалов, организации производства и комплексной поставке продукции потребителям, рациональной организации основного, вспомогательного и обслуживающего производств, ускорению научно-технического прогресса»[31]. Однако жесткие рамки бюрократии, сугубо ведомственная основа помешали достижению ожидаемого результата. После 1976 года наступил устойчивый спад. Реорганизация основного звена промышленного производства в 1973-1984 годах была осуществлена только наполовину. Резкое замедление процесса создания производственных объединений связано с тем, что «организационные резервы укрупнения предприятий и формирования объединений в рамках отдельных министерств оказались в значительной степени исчерпанными»[32].

После осознания этого комплекса проблематики, уже в период перестройки была выдвинута следующая идея: «Формирование производственных объединений необходимо осуществлять на вневедомственной основе, включая в их состав родственные и однотипные предприятия различных отраслей промышленности. Территориальные барьеры не должны служить препятствием...»[33]. Было отмечено, что этот процесс сопровождается совершенствованием механизма управления, расширением прав и хозяйственной самостоятельности первичных звеньев, сокращением числа утверждаемых показателей и другим. Это обозначило переход к свободным экономическим отношениям, свершившегося во второй полови- не1980-х годов.

Банковская система Советского Союза была небезукоризненна, но прекрасно отлажена и ориентирована, если подходить с позиции оценки ее в промышленности, на обслуживание предприятий по отраслям. В экономической литературе вплоть до перестройки чрезвычайно редко можно встретить конкретную оценку роли тех немногих государственных банков, которые существовали в нашей стране. Причина этого кроется в несамостоятельности банков, в том, что они не имели возможности играть первостепенную, связующую роль в экономике. Над всем стояли централизованные распределительные отношения. Сами банки как таковые не имели собственного капитала. Следовательно, роль банков не могла состоять в управлении и перераспределении финансовых ресурсов, что в свободной экономике определяет лидирующие позиции.

Однако переход к межотраслевым связям на вневедомственной основе не мог осуществляться в рамках прежней банковской системы. Зарождались новые финансовые отношения между предприятиями, которые должны рано или поздно были выйти из-под жесткого государственного контроля в целях оптимизации финансовых потоков. Одновременно, в конце 1980-х годов в России начинает зарождаться частный банковский капитал, который ориентировался на государственный. Последний представлял собой сеть банков, специализирующихся на основных отраслях народного хозяйства страны. Начали появляться частные банки. Это было вполне естественно, так как законодательство было более чем слабым, открывая поле для нечистого бизнеса. Создавалось множество «дутых» банков.

Естественный отбор рынка пощадил лишь действительно сильных, наиболее профессионально функционирующих, мобильных в условиях перемен представителей банковской среды. Постепенно молодые российские негосударственные банки стали приобретать необходимые качества и опыт. На первый план вышел частный банковский капитал, «до этого в основном концентрировавшийся в торговой и финансовой сферах»[34]. Таким образом, к началу 1990-х годов банковская система России аккумулировала в себе большую часть свободного капитала, который «стал проникать в производственный сектор»[35]. Банки стали профессиональными субъектами рыночных отношений, реальной монопольной системой на рынке кредитов, имеющей право диктовать свои условия и определяющей взаимосвязь всех субъектов развивающейся рыночной экономики.

В водовороте реформ, когда была запущена машина приватизации, родилась идея финансово-промышленных групп (ФПГ). «Двадцатый век характеризовался такими глубинными чертами, как ... сращивание и слияние промышленного и банковского капитала и образование качественно нового - финансового капитала, который интегрирует самые разнообразные сферы общественного производства, начиная от промышленности, сельского хозяйства, строительства, транспорта, связи и кончая торговлей, страхованием, банковским делом»[36]. Очень важно, что в развшых странах этот процесс носил естественный исторический характер. Он не прекращался и не нарушался, а только замедлялся на периоды таких объективных причин, как мировые и локальные войны и экономические кризисы.

К сожалению, этого нельзя сказать о России. Революция 1917 года провозгласила полную национализацию. Велась пропаганда антибуржуазных идей, а значит полный переворот в финансово-экономической сфере был определен. Частный сектор экономики - основа финансового капитала - искоренялся. Страна стояла на «развалинах» прежнего строя и должна была строить все заново, что отбросило ее на неопределенное время назад.

Начало 1990 -х годов ознаменовалось новым резким поворотом: был объявлен курс на свободные рыночные отношения и всеобщую приватизацию. Снова предполагалось скорейшее кардинальное реформирование. «В нашей стране производственные и научно-производственные объединения начали создавать в конце 70 - начале 80-х гг., особенно в военной промышленности и новейших отраслях. Казалось бы эти организационнопроизводственные формирования следовало шире использовать при про-

57

ведении экономической реформы 90-х гг. Однако этого не произошло» . Были допущены ошибки, вследствие чего утерян положительный опыт советских времен, многое превратилось лишь в воспоминания. Россия опять отступила назад.

«Идея создания финансово-промышленных групп (ФПГ), обсуждение которой началось в первые месяцы 1993 г. и особенно активно продолжалось во второй его половине, возникла по вполне объективным причинам и выражает достаточно определенные социальные интересы»[37]. То есть эффектом объединения промышленного и банковского капитала должны были стать «обеспечение производственной и финансовой устойчивости в борьбе с конкурентами, ... диверсификация производства, дающая эффект усреднения колебания конъюнктуры быстрого переключения капиталов из одних отраслей в другие»[38]. Правительство с воодушевлением начало рассмотрение вопроса создания ФПГ.

В 1993 году самыми яркими были две концепции принципов формирования финансово-промышленных групп. Первая - концепция М. Юрьева (вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей - 1993 г.), сторонника так называемых «новых» предпринимателей. В ее рамках предполагалось, что «финансовые институты не будут изначально входить в ФПГ, они возникнут внутри группы вследствие необходимости создания финансовой и сервисной инфраструктуры»[39].

«Старые» же управленцы видели участие банков по-другому. Их точка зрения отразилась в программе Госкомпрома: предполагалось проводить «целенаправленный подбор участников заинтересованными государственными органами совместно с предприятиями - членами создаваемых ФПГ с привлечением банковских и инвестиционных структур»[40].

Как показала история, предпочтение отдается традиционным, консервативным позициям. Но такой подбор не исключил личных отношений при решении этих вопросов. Это привело к различию в возможностях получения информации о рынках, а как следствие - к злоупотреблениям, что одновременно обостряет конфликт интересов и убивает зачатки конкурентных начал и справедливого корпоративного управления. С другой стороны, существовали особенности, доставшиеся в наследство из времени застоя: «необоснованные ограничения и бюрократические завалы на пути образования ФПГ и стимулированию их деятельности»[41].

Концепция Юрьева была подвергнута критике по многим направлениям. «Его оппоненты сомневались в возможности создания экономически эффективных структур сверху, в короткие сроки и на основе смеше-

63

ния экономических и политических критериев» . Но, как показало время, именно к такому совмещению Россия и пришла. После спада напряженности, связанной с кризисом августа 1998 года, ФПГ, оставшиеся без своих опекунов-банков, предпочли формировать собственные финансовые элементы.

Сегодня мы наблюдаем постепенное осознание роли взаимодействия банков и промышленности именно как фактора устойчивости банковской системы. Предприятия создают добавочный продукт, что позволяет увеличить национальный доход. Игнорирование производственного сектора и диспропорция перераспределении капитала, а также распределении деловой активности приводит к гиперинфляции, кризисам из-за крушения финансовых пирамид. Свидетелями таких кризисов мы были в 1998г. в масштабах нашей страны. Кризис глобальной финансовой системы, построенной на непропорциональном перераспределении денежных потоков и несправедливой оценке, мы наблюдаем в настоящее время. Поэтому осознанный союз банка и производственного предприятия должен стать плодотворным как для каждого из элементов этой связки, так и для экономики в целом.

В XXI век Россия вступила, проходя в третий раз сложный путь становления финансово-промышленных отношений. Впервые это происходило более столетия назад. Во второй раз попытка была сделана в конце 1960-х годов. В силу того, что доставшуюся в наследство от СССР систему финансово-промышленных объединений с их преимуществами и недостатками мы утеряли, нам необходимо налаживать связи заново. При этом важно учитывать зарубежный и отечественный опыт и современные особенности взаимодействия банков и промышленности в России (рис. 7).

Современная банковская система России далека от идеала. Текущий финансовый кризис выявил проблемы функционирования банков: недостатки административного управления, слабость маркетинга, слабые места в финансовом менеджменте. Из последнего особенно вызывают беспокойство вопросы управления рисками, наличия альтернативных механизмов поддержания ликвидности, капитализации, что столь важно при формировании корпоративной стратегии.

По-прежнему слабым местом в банках и российских компаниях является корпоративное управление, особенно в части соблюдения интересов миноритарных акционеров и ряда значимых групп заинтересованных сторон, качественной отчетности. Несмотря на то, что 2005-2006 годы были отмечены знаком улучшения качества корпоративного управления в России, кризис показал неустойчивость этих улучшений.

Серьезными недостатками современной отечественной ситуации являются, на наш взгляд, следующие аспекты. Во-первых, в редких случаях банки и компании осознанно работают как взаимосвязанные элементы и еще реже эта работа осознанна. Между тем для повышения эффективности банков и компаний это необходимо. Во-вторых, факторы, влияющие на работу банков и их клиентов, часто разнонаправлены. Например, сегодня отечественные банки не лишены выбора размещения средств. Однако не все российские предприятия имеют свободный доступ к альтернативным источникам финансирования, и еще менее - к международным рынкам капитала. Также не находят совместимости низкая рентабельность производства и достаточно высокая стоимость банковского обслуживания.

Факторы:

1. Недостаточная              капитализация банков
2. Наличие альтернатив размещения средств
3. Отсутствие гос. ограничений на миграцию капитала
4. Возможность свободно совершать операции на рынке ценных бумаг
5. Формирование информационной базы данных о клиентах
6. Приоритет краткосрочных ориентиров в стратегическом планировании
7. Высокая изменчивость нормативно-правовой базы
8. Слабая, формальная организация системы взаимного корпоративного контроля

ОБЩЕСТВО

9. Высокая стоимость банковского обслуживания

Факторы:

1. Высокая потребность в финансировании
2. Высокая степень концентрации (сильно укрупненная) структура собственности
3. Общая низкая рентабельность
4. Потребность в обеспечении высоких темпов производства отдельных отраслей
5. Потребность в передовых технологиях
6. Наличие госпрограмм по поддержке отдельных направленийПриороз'ет долгосрочных ориентиров
7. Наличие альтернативных источников финансирования в зависимости от отрасли и размеров организации
8. Стремления к территориальному расширению не наблюдается, диверсификация деятельности вызвана кризисными явлениями
9. Низкая степень управляемости, необходимость повышения

Формальная, неэффективная организация системы взаимного корпоративного контроля в банках в совокупности негибкой и нединамичной управляемостью российских компаний только увеличивают риски банковской деятельности. Иными словами, важные элементы экономики не работают, как части единой системы. Это подтверждается и разными стратегическими ориентирами российских банков и компаний.

Российские банки проявляют слабую инициативу в ведении статистики, столь необходимой для создания качественный методик риск-

менеджмента, и практически не стремятся формировать свой имидж через систему общественного контроля, тем самым не стимулируя ее развития. Нестабильность и непредсказуемость денежно-кредитной политики в недавнем прошлом, а также условия текущего кризиса сформировали у банков так называемую погоню за «коротким рублем».

Предприятия также пассивны в своем стремлении к активному сотрудничеству, несмотря на острую потребность в денежных ресурсах, необходимость высоких темпов производства и управляемости, разработки новых технологий, что предполагает долгосрочную ориентацию бизнеса. Высокая стоимость банковского финансирования и непартнерский подход банков к союзу с предприятиями ослабляют взаимоотношения банков и промышленности в России. Конечно, есть исключения - союзы банков с естественными монополиями. Последние же необходимо рассматривать только как исключение.

Таким образом, можно сделать вывод, что современное взаимодействие банков и промышленности в России не имеет фундамента - основных принципов взаимоотношений этих участников системы корпоративного управления: корпоративной организации отношений (т.е. отсутствует партнерский подход с учетом взаимных интересов), взаимовыгодности (сегодня стороны слабо заинтересованы в развитии отношений), отсутствует взаимный корпоративный контроль, существующие системы управления рисками в условиях неопределенности слабо разработаны, а о конкуренции говорить пока не приходится. Осознание и внедрение этих принципов партнерства банков и их корпоративных клиентов позволит заработать системе финансово-промышленных отношений эффективнее и сформировать отечественную модель корпоративных отношений.