ПРИМЕР 2; ОБРАЗОВАНИЕ

В англосаксонском мире издавна завидовали глубоко структурированной немецкой системе профессионально-технического образования, которая готовит высококвалифицированных и специализированных промышленных рабочих по самому широкому кругу специальностей.

В Америке, напротив, образование имеет скорее концеп - туальную, чем узкоспециализированную направленность[95]. Требовать, чтобы выпускники на экзамене доказали свою «широкую профессиональную подготовку, прежде чем получить право работать по профессии» — как делает земля Северный Рейн-Вестфалия — это, в общем, мягко говоря, не по-американски[96]. В этом смысле Клаус Цвикель, в прошлом видный профсоюзный деятель, был совершенно прав, заявив несколько лет назад, что у немцев есть «профессия», а у американцев только «работа»[97].

В индустриальную эпоху немецкая модель образования способствовала тому, что клеймо «сделано в Германии» стало синонимом высочайшего качества, иблагориятс- твовала росту производительности труда, который сделал возможным непрерывный рост ставок заработной платы в послевоенные десятилетия.

И казалось логичным, что подобная система заслуживает поддержки с помощью законов, защищающих занятость, и довольно щедрых пособий по безработице. В конце концов, если специалист узкого профиля остается без работы, он должен быть готов к длительной безработице[98].

Но что, если технологический прогресс наберет скорость и потребует постоянного освоения новых умений? Что, если современная организация производства все в большей степени требует гибкости? Тогда, разумеется, рабочий, получивший концептуальную, а не узкопрофессиональную подготовку, имеет преимущество — рабочий, которого научили учиться, а не подбирать факты и формулы, рабочий, освоивший весьма общие навыки, а потому способный освоиться на разных рабочих местах, который именно в силу этого меньше нуждается в законах, защищающих от безработицы и гарантирующих щедрые пособия в случае потери работы[99].