(1) Общий характер пред-капиталистической идеологии

Но если движсиио общества зависело уже от новых стиму- лов прогресса, то его строение тогда все еще характеризовалось преобладанием старых экономических элементов, в большей своей части застойных, в некоторой части—вырождающихся. Крепостная деревня глубоко подавлена грубым авторитаризмом помещичьей власти,—а деревня в ту эпоху образует наиболее значительную долю социальной системы; да и в самом городе цеховая организация по существу является смягченно-авторитар- ной, и весьма враждебна главнейшей из новых сил развития— силе конкуренции.

В соответствии с этим находится идеологическое состояние общества. Благодаря относительному консерватизму идеологии вообще здесь авторитарные элементы преобладали еще сильнее, чем в экономике общества. Религиозные формы мировоззрения всецело господствовали над массами, и даже течения наиболее прогрессивные одевались в религиозную оболочку «ересей». Новое содержание с великими трудностями пробивало себе дорогу, вначале приспособляясь еще к старым формам. Авторитарный консерватизм, опираясь на интересы феодальных и полуфеодальных слоев общества, ставил многочисленные препятствия прогрессу техники и познания. "В эту эпоху трагическая судьба постигала большинство изобретателей, преследуемых и цехами, и духовенством, и под их влиянием—государственной властью; тогда же зажигались священные костры для представителей свободной мысли, религиозной и научной.

Но вместе с частной собственностью, как ее отражение, развивается самосознание личности, которая уже не удовлетворяется прежними рамками, от века положенными пределами.

противоречии с фетишизмом авторитарным, по всей линии его подтачивая.

Первыми носителями индивидуалистически - прогрессивного мышления оказались, естественно, городские торговые классы. Торговый капитал на деле начал то преобразование общества, которое вело к радикальной реформе общественного сознания. Но по мере того, как товарообмен расширял и укреплял свою власть над обществом,—и другие классы бессознательно и невольно поддавались новым тенденциям, а затем выдвигали из своей среды их идеологов. Трудность выработки новых форм мировоззрения заставила в поисках за ними обратиться к значительно успевшему уже их разработать античному миру: таков генезие гуманизма и Возрождения. Но базис античной культуры был слишком узок для нового европейского общества; пользуясь старым, оно создавало новое. Началась эпоха великих открытий и изобретений.

Это было преддверием капиталистической культуры. 1) Напр., у германцев еще в эпоху Цезаря и даже Тацита окот круглый год оставался на подножном корму. Запасы корма для окота начинают делать лишь по еле прочного перехода к оседлому земледелию, притом к сравнительно интенсивным ого фЪрмам.

*) Эти названия полосы прямо означают; „количество земли, которое можно вспахать в одно утро, в один день". На протяжении всего феодального периода эта непосредственно-трудовая, суб'єктивная единица измерения, от страны к стране изменяющаяся вместе с качеством почвы и трудностью обработки, оставалась господствующей единицей для измерения площади сельско-хозя"йствеяной земли. Об'ектив- ные меры начинают применяться лишь с того времени, когда зомла перестает быть просто основой пропитания и становится предметом торгового оборота.

•

Общий строй производственных отношений у кочевников феодальной эпохи такой же, как у земледельцев. Сеньер организует охрану стад и территорий, на которых они пасутся, оказывает помощь в случаях падежа, разбирает столкновения подвластного населения, ведает отношениями к соседним ордам и т. д. Его доход тоже принимает форму ренты и сначала является вознаграждением за то, что, направляя коллективную деятельность группы, он обеспечивает общие условия, необходимые для скотоводства на определенной территории, охватываемой кочевьями данной группы. Барщина не играет такой роли, как у земледельцев. Дань скотом и продуктами скотоводства представляет основную форму повинностей вассального населения. Но главным базисом силы шейхов, князьков и т. д. являются их собственный род и собственные стада, как для европейского феодала—его собственное хозяйство. Военные и мирно-организаторские функции у кочевников самым характером их производства связываются тес-

!) Население городов классического мира было много скученнее. Но даже в

VI веке, когда торговля Афин н Коринфа уже перерастала собственно феодальные рамки, все население каждого аз этих городов не превышало 20—25 тысяч.

I) Последовательные етунени этого процесса с большей силой описаны в „Бытии". Но операции, захватывающие обыкновенно несколько поколений, втиснуты здесь в 3-годичный промежуток времени и приурочены к одной личности, к Иосифу. В первый год голода Иосиф взял от египтян ва хлеб все серебро, какое было в Египте. Во второй—таким же способом превратил в собственность фараона весь скот егивтян. „И прошел этот год; я пришли к нему на другой шд, и сказали ему: не скроем от господина нашего, что серебро истощилось и йада окота нашего у господина нашего; ничего не осталось у нас пред господином нашим, кроме тел наших и земель наших.

1) Марко (в „Критике политической экономии", 1859 г., и в I томе „Капитала" 1867 г.) признавал мировыми деньгами и золото, и серебро. Так оно было и в действительности от древнейших времен и до самых последних десятилетий. Но уже Энгельс в одном примечании к 4 изданию I тома „Капитала* (1890 г.) высказывает предположение, что быстрое понижение стоимости серебра—вследствие уменьшения трудовых затрат па его добывание—поведет к тому, что оно перестанет функционировать на мировом рынке в качестве денег. В настоящее время—это совершившийся факт.

!) Несмотря на свою боевую профессию, феодалы в отношении численности едва ли больше других сословий страдают от войны: у них лучшее вооружение и наибольшое искусство; простых дружинников погибало в сражениях, по имеющимся данным, сравнительно гораздо больше; а беззащитных крестьян, судя по описаниям варварского ведения тогдашних войн, относительно еще больше: было в обычае но только грабить, но в значительной мере и истреблять мирное население на аемднх врагов.

В результате относительно быстрого размножения феодалов получилось то, что, дал«з несмотря на большую еще силу и прочность фамильных связей, дальние родственники сеньеров вынуждены с течением времени ограничиваться скромным положением полу-крестьяп, полу-рыдарей, образуя мало-но-малу особый, довольно обширный слой мелкого дворянства, с демократическим образом жизни, и даже своеобразно демократическими тенденциями, как те элементы, нз которых сложилась позднейшая ачг.пііїикал „джентри", большая часть польской шляхты, паши .дети боярскпе" и т.

1) Отчасти, но только отчасти, изменяется это пололсепие к концу античной :шохи. Об этом рочт. впереди, когда нам придется говорить о социальной роии ученых рабов, рабов управителей, вольпоотпутонпико» и і, п.

виновниками недоимок государственных оборов, й чем ближе возвращаемся мы к эпохе Петра I, тем прозрачнее делается постановка „крестьянского вопроса". Так, при Екатерине I в верховном тайном совете рассуждают, что, если крестьяне будут и впредь так же разбегаться от притеснений помещиков, то скоро не с кого будет брать ни податей, ни рекрутов. Замечатольпо ясно выражается в своей записке кн. Ментиков, сотрудник Петра І: осли без армии государству .стоять невозможно, то и о крестьянах надо иметь попечение, потому что солдат с крестьянином связан, как душа с телом и, если крестьянина не будот, то не будет и солдата".

Ужэ Пушкин говорит об Онегине: „Ярем он барщины старинной оброком легким заменил". Накануне реформы перевод крестьян на оброк становится необ ходимым признаком „прогрессивности" и „гуманности" помещика. Даже экономисты до недавнего времени не находили иных объяснений этим явлениям, кроме „общего прогресса просвещения* и личного добросердечия отдельных помещиков.

*) Напомним, что мельницы часто устраивались сеньерами. Мельник был в таких случаях барщинным крестьянином.

началась, но но увенчалась таким успехом, и борьба горожан против податных из'- ятий и привилегий духовенства, а также против промышленного производства при монастырях. Последнее на Западе, как и в России, строилось на эксплоатации почти бесплатного или совершенно бесплатного труда (различные „послушания"). Ремесло было бы убито таким производством,—и в некоторых областях России действительно было убито монастырями, превратившимися в крупные торгово-промышленные заведения. Борьба с монастырской промышленностью отразилась на некоторых революционных требованиях в эпоху геруанекой крестьянской войны.

Ч Эта сторона деятельности цзхов имела существенное значение. Отапливались дома ,по-черяому", т-е. без дымоходов. Все здания были исключительно деревянные; в Гамбурге, Цюрихе, тБерне еще в XII веке, в Магдебур-е, Любеке и Креславле—в XIII веке, в Шпеяере, Гейдельберге и Мюнхене—в следующем. Во Франкфурте-на-йайае еще в XIV, в Аугсбурге еще в XV веке все здания были крыты гонтом (гранью) и соломой. Последнее показывает, какую огромную роль играло земледелие. Средневековые города постоянно горели, как современные русские деревни.